Касэлона. Особенный рейс (СИ) - Гриб Елена Григорьевна

В уголке экрана тут же появилась реклама успокоительного и адреса ближайших аптек. Затем открытая страница сайта вспыхнула зеленым светом и закрылась, а планшет Сэма пиликнул, возвещая о новом сообщении.

— Не смотри, оно на элианском. — Сана улыбалась: довольно и в то же время слегка смущенно, будто исправив ошибку, которую никто не успел заметить.

Райс усмехнулся в ответ и открыл послание.

— У меня встроенный переводчик, — пробормотал, приноравливаясь к непривычному построению фраз.

Она переменилась в лице.

— Твою ж!.. — выдала растерянно.

— Вообще-то это моя реплика. — Смысл написанного настолько огорошил Сэма, что он потерял способность злиться. — Свидетельство о расторжении брака, да? Так вот как ты заставила «Зару» дать тебе доступ к управлению? Брак через галанет? И остальные на это согласились? Даже Аристэй? Он же правильный и честный, чтоб его черти сожрали!

— Элиане плохо разбираются в мимике, но для них важна разница между полами. А Аристэй точно не хотел бы видеть на моем месте свою дочь или тайную любовь. Брось, Сэм, все закончилось. Ты бы и не узнал ничего. Принял бы уведомление за спам и удалил, не открывая.

Райс глубоко вздохнул. На экран уже вернулись дельфины — милые, улыбчивые, с веселыми глазками и бликами на мокрых телах. Сэму пришло в голову, что он никогда не видел их вживую. На Ариппе чистые водоемы стали мифом до его рождения.

— Я уже забрала свои вещи, капитан. Те, что остались, можешь выбросить. Мне жаль, что штрафы за элианина обнулили твой счет. Я нашла несколько контрактов, которые помогут на первых порах. С экипажем сложнее… То есть желающие есть, один чудик даже рвется работать без оплаты, но они все ждут от тебя подвигов. «Касэлона» же спасла планету, помнишь? Я перешлю список, разберешься сам. И… В общем, прощай. Вспоминай меня иногда, ладно? Хотя бы Котю.

— Ты уходишь? — Сэм уже свыкся с мыслью, что жестянка и «Касэлона» идут в комплекте и не разлучатся по своей воле. — Почему?!

Она скорчила умильную рожицу, скрывая промелькнувшую на лице досаду.

— Э-э-э… Мне кажется, кто-то из нас чего-то недопонял, капитан. Совсем недавно ты орал, что я — ненастоящая. По-твоему, мне приятно это слышать каждый день?

— Сана — выдумка. Не ты!

— Даже если я назовусь королевой Ониксиной Великой, то не перестану быть собой. Сана, Котя… Не вижу разницы!

Если бы рядом находилась стена, в которую можно было бы стукнуть кулаком, Сэм бы воспользовался ситуацией. А так… Пришлось всего лишь повысить голос.

— Я вижу, — сказал убежденно.

С физиономии жестянки исчезла улыбка.

— Открою страшный секрет, капитан: проблема не во мне. Ты не выносишь Сану и получаешь то же самое в ответ, тебе нравится Котя — и у нее нет поводов огрызаться. Хватит приписывать мне раздвоение личности. Надоело. Я — это я, но тебе удобнее общаться лишь с невидимой версией меня. Знаю, тебя не переубедить… Ну, бывай, что ли?

Она медлила. Райс видел, что ей совсем не хочется уходить, и то, что рядом не было свободных таксофлаеров, не играло роли. Сана будто ждала, что он что-то ответит. Смотрела на него, словно пытаясь запомнить навеки, и вновь улыбалась.

Потом помахала рукой.

— От тебя даже простого «До свидания» не дождешься. Ладно, не бери в голову. Обойдусь.

И пошла прочь, держа спину ровно, а кулаки сжатыми. Открытка с изображением аквапарка смялась, но жестянка ее не выбросила — возможно, действительно собиралась отправиться туда.

— Я почти смирился с Саной, — неожиданно для самого себя заявил Сэм.

Она остановилась в трех метрах от него, повернулась вполоборота.

— Ты намекаешь на то, что где-то в глубине души не против, чтобы я осталась, капитан?

Райс мысленно повторил эту фразу и понял: ее утверждение полностью ошибочное.

— Да нет, не намекаю. Я говорю прямым текстом, что «Касэлона» — твой дом, выгонять тебя я не собираюсь.

Сана не спешила возвращаться. Уперла ладони в бока, недоуменно наклонила голову к плечу.

— Напомню: ты ненавидишь киборгов, а в техническом плане я — киборг.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сэм непроизвольно поморщился. Какой смысл повторять очевидное? То, что она — жестянка, он знал с момента знакомства.

— Я в курсе. А еще ты — владелица трети «Касэлоны», которую тебе присудил элианский суд при нашем десятисекундном разводе вместе с гражданством Ариппы. Могла бы и прочесть мелкий шрифт, раз так легко ввязываешься в авантюры.

— А почему не половины? То есть… Черт! Я же отменила раздел имущества! Тем более, «Касэлона» твоя, а не «совместно нажитое»!

— Не по элианским законам. — Райс подошел к ней. — Треть тебе, треть мне, треть зарезервирована для возможного отпрыска и вернется в мою собственность через полтора года.

— И что теперь делать? — Сана смотрела на него с недоверием и напряжением, явно ожидая вспышку гнева.

— Идти к дельфинам. Надеюсь, они и правда успокаивают, Котя.

На ее губах появилась неуверенная улыбка.

— Скоро и Оникс останется в прошлом, капитан. Это тоже неплохо.

— Не называй меня капитаном.

— Хорошо, капитан.

— Катя?..

— Сэм?..

Он вздохнул. Признаваться или нет? С одной стороны, если сказать правду, жестянка вообразит о себе невесть что, с другой… Хотелось успокоить ее и перевернуть эту страницу жизни.

— Об афере с фиктивным браком меня просветили в полиции три месяца тому назад, после Оникса-12. Даже последствия расписали в подробностях. Я уже не злюсь. Честно.

«Правда?» — говорили нереально синие глаза напротив. Но Сана молчала. Удивление на ее лице сменилось облегчением, потом она разгладила скомканную открытку.

— Значит, к дельфинам? — спросила, жмурясь на солнце.

Райс подозвал притормозивший неподалеку таксофлаер.

— Мне вернули лицензию пилота пассажирских суден, — сообщил, пока таксист парковался рядом.

— Я нашла девятьсот восемь пассажиров на Астру, которых устроит любая дата отлета и прибытия, — мигом отозвалась Сана.

Сэм открыл дверку и, на миг позабыв, что рядом — жестянка, а не обычная девушка, помог ей забраться на прикрытое ворсистым ковром сиденье.

— У нас всего восемь кают, — напомнил, пока она показывала таксисту открытку с нужным адресом. — Или этих «клиентов» можно складывать в трюме? Откуда их забирать?

Сана отрегулировала кресло и подождала, пока таксофлаер поднимется в воздух. Старенький механизм фыркал и гудел, мешая разговаривать, и ей пришлось наклониться поближе к собеседнику.

— С Элиании, откуда же еще? Упакованы по межпланетным стандартам, никаких сюрпризов.

— Ни за что. — Пока что элиане вызывали у Райса сплошь неприятные ассоциации. — Забудь об этом.

— Ладно. Еще есть на примете партия яиц лайсов. Очень компактный лицензированный товар.

— Издеваешься?..

Сана улыбнулась, потянулась к выключенному радио.

— Из нас получилась неплохая команда, капитан. Иногда мы даже понимаем друг друга.

Сэм проследил за проложенным навигатором маршрутом и с удивлением осознал, что ему нравятся сегодняшние планы. Да, это бессмысленная трата времени и денег, но он хотел, чтобы Оникс запомнился им с жестянкой чем-то хорошим. В конце концов, сама по себе система не так и плоха. Два солнца, быстрый галанет, заповедник планетарного масштаба, лайсы…

Стоп!

Кто вновь вспомнил о лайсах?!

«Общество охраны животных благодарит героический экипаж пассажирского судна под названием «Касэлона» за спасение Оникса-12 от загрязнения инородными видами. В знак признательности Александру Райсу, капитану «Касэлоны», будет вручено яйцо сторожевого лайса — символа нашей системы», — тихо вещало радио.

— Не переживай, капитан. — Сана поспешила переключиться на музыкальную станцию. — Прорвемся. У нас есть продукты, да и шоколад не конфисковали… Как-нибудь разберемся.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Сэм усмехнулся и откинулся на спинку кресла, пытаясь уловить сквозь шум мотора хоть какую-то мелодию. Он не собирался расстраиваться. Предстоящий рейс обещал быть… хм, интересным, иначе и не скажешь.