Ужасно увлекательная жизнь главной героини - Анастасия Медведева

отцу, вообще ничего не значит. Ты просто была в запретных землях все эти годы, - вновь жму плечами, - по какой причине? Да какая разница - по какой причине! Это твоё дело. Мы относились к тебе, как к умершей из-за большой обиды: ты ведь оставила нас в столь юном возрасте! - продолжаю фантазировать в то время, как у Лилы и Сандара расширяются глаза.

- А это не слишком нагло? - неуверенно протягивает сестра.

- А насколько нагло было со стороны Четвертого Дома не расследовать смерть наших бабушки и дедушки? Насколько нагло было радостно выдохнуть после смерти мамы и быстренько выслать Сандару все необходимые бумажки в количестве одного жалкого листочка? - смотрю на неё внимательно, - Халатность судебной системы в отношении нашей семьи, которая, в свою очередь внесла существенный вклад в ход истории, когда владыка самолично вызвал маму на фронт… заслуживает того, чтобы мы открыто высмеяли их беспомощность, когда Сати Гаварр официально вернётся в мир, и никто не сможет этому помешать.

- У меня аж щеки горят, - признаётся сестра, обмахиваясь веером.

- Надо бы ещё сходить к господину Васу и подправить его воспоминания, - киваю самой себе.

- Мне нравится ход твоих мыслей, - признаёт мама, - но моя внешность…

- Оденем тебя, как… тебя. Причешем. Подкрасим. И кто вообще возьмется узнать тебя спустя семь лет?! - фыркаю, отмахнувшись.

- У меня снова появится моя жена… - завороженно протягивает Сандар и отходит в сторону, погружаясь в какие-то свои мысли.

Улыбаюсь, глядя на него. Затем встречаю взгляд мамы.

- Давай попробуем, - кивает она, - но прежде…

- Та-а-ак, - протягиваю в ответ.

- Объясни, как ты собираешься воплощать своё видение мира в реальности?

- Помнишь ваш кружок по интересам, состоящий из трёх подруг? - протягиваю, проходя к окну.

- Разумеется, - отзывается мама, - нас раскрыли, и мы все получили своё наказание - кто-то позже, кто-то раньше. Мне вообще пришлось сбежать в запретные земли, чтобы избежать своего.

Что-то мне подсказывает, что мама зря поддалась панике: когда мой отец принёс проклятый клинок Девдасу, она могла считаться прощенной официально. Папе отдают дань памяти во дворце - по сей день! В его честь около Святого Храма разбит сад!..

Пожалуй, не буду пока ей об этом сообщать…

Должны же у меня остаться хоть какие-то карты на руках?

- Теперь представь, что вместо трёх подруг в заговоре участвуют все юные наследники Великих Домов, - обернувшись на неё, произношу мягко, - в то время, как действующие наследники дискредитированы и лишены доверия.

- Но… как? И ладно - как ты смогла всех их втянуть в свои игры, но как ты сделала их своими единомышленниками? - звучит изумленный вопрос.

- Образование. Углубленная история. Уроки прошлого, - с лёгкой улыбкой отвечаю, - признаться честно, мой первоначальный план был более жесток и суров, но одна девушка смогла доказать мне, что желающих знать правду намного больше, чем я думаю. И их искры горят в ожидании возможности объединиться в пламя.

- Я всегда думала, что нужно беречь людей от тёмного прошлого с ошибками, совершенными нашими предками, - нахмурившись, протягивает мама.

- Можно быть защищенным незнанием, как бронёй. А можно быть вооруженным правдой, как оружием. Твой метод устарел и приведёт лишь к большим бедам - поверь мне, я это знаю очень хорошо, - отзываюсь негромко и отвожу взгляд в сторону, стараясь не думать о своём странном прошлом.

Впереди много работы, но теперь я уверена, что смогу найти поддержку в своих родных - а ведь это самое важное… Если бы они были против, не знаю, какой путь я бы выбрала, - и смогла бы вообще воплотить всё, что задумала?

Всё-таки мы социальные существа. И нам необходимо знать, что нас слышат. И что нас слушают.

И что хотят знать - от чего у нас болит сердце...

Глава 29. Приход

- Моя госпожа, к вам пришли… из дворца… - негромко произносит Неха.

Отвлекаюсь от беседы с Сандаром и прикрываю секретные документы бумагами с отчётностью по доходам с месторождения.

Как только в кузнице смогут создать первый артефакт, мы окончательно разорвём контракт с ювелирным предприятием и возьмём всё дело в свои руки. Для воплощения этой цели лично отобранные Нехой стражники нашего Дома теперь тренируют людей, переселившихся вместе со всем своим семейным бизнесом в наш район на случай попытки захвата.

Да, все люди, живущие вокруг нашего Дома, будут уметь держать оружие в руках и отстаивать наши общие интересы не только словом, но и делом.

Ну, а для защиты шахты я отправлю наёмников госпожи Кири: такие крупные траты теперь не страшны для нашего семейного бюджета. Что касается самой любовницы владыки, она не рискнёт вредить мне - не после того, как своими глазами (пусть и издалека) увидела наш «почти дружелюбный» разговор с наследником Шестого Дома, который в свою очередь даже не думал начинать мстить мне за смерть Камы «прямо здесь и сейчас»…

Мы с Ишей нашли баланс в общении, а вот госпожа Кири невольно оказалась у меня «на карандаше» из-за своего вопроса о том, как ей вернуть душу своего племянника: расскажи я нимфе об этом интересе его тёти, и у последней возникнут крупные проблемы!

Но я отвлеклась…

- Не прошло и месяца, как они проснулись, - протягиваю и показываю рукой, чтобы визитёра впустили внутрь.

- Мне остаться с тобой? - спрашивает отчим.

- Я справлюсь сама, - отвечаю с мягкой улыбкой, - лучше сходи с проверкой на границу нашего района и посмотри, как расселилась семья портных и семья мастеров гончарного дела. Я слышала, у них там были какие-то конфликты из-за дележки палисадника.

С недавних пор мы пользуемся услугами лишь тех мастеров и местных предпринимателей, которые живут в нашем районе. Я предвидела, что нас начнут ужимать, ограничив территорию, по которой слуги могут ходить - так и произошло. Хорошо, что я позаботилась обо всём заранее… В данный момент двигаться по центральному округу из всей нашей семьи дозволено лишь Сандару - и то, лишь по делам, требующим его присутствия. Поэтому наш район, как я стала его звать, обеспечивает Двенадцатый Дом всем, чем необходимо. А мы за это хорошо платим. Взаимная выгода, так сказать, но не без проблем: периодически приходится вмешиваться в дела людей, пришедших к нам под крыло.