Валерий Мухачёв - Блуждающая река

 -Да, господин майор. И о взрыве самолёта!

 -Или бомбы! Да-да! Ведь что-то заставило Стэнли забыть о том, кто непременно должен был быть рядом с ним! Может ли кто-нибудь поверить, что золотоискатель пойдёт в горы один? Я лично сомневаюсь.

 Райнер сел рядом с шофёром-полицейским. Бритнер - на заднее сиденье, и джип тронулся с места.

 -Надо будет дня через три ещё раз поговорить с этим странным человеком! - бросил через плечо фразу Райнер. Бритнер промычал согласно в ответ, предчувствуя, что он рано обрадовался лейтенантским погонам.

глава шестая

 Утро в редакции "Кантри дьюэрин уикс" - страна в течение недели, было хлопотливым. Ещё бы! Не часто этой газете удаётся напечатать сесацию! Чарльз Бредстоун раскопал эту новость благодаря болтливости медсестры из больницы города Ремкуля, куда в спешном порядке был отправлен из Сорвиля Боб Стэнли.

 Чарльз не был из числа счастливчиков, которым бог подарил вместе с красивой внешностью отцовское или дядино наследство в кругленький миллион долларов. Но и отчаиваться ему приходилось не часто. Он был из числа средних людей, которые встречались в этой стране бизнеса на каждой остановке автобуса, ещё чаще - в такси. и уж точно,в каждом трёхэтажном доме этого города Ремкуля.

 Заслугой его был тот факт, что он не выбивался в люди из фанерных кварталов окраины, где жили по большей части негры, индейцы и опустившиеся алкоголики и наркоманы. Необходимо признаться, что красивый мужчина с выразительным, томным взглядом и очень правильными чертами лица, понравился медсестре даже не с первого, а с мимолётного взгляда!

 Сам Чарльз часто увлекался девушками, польщённый их вниманием к его персоне. Ведь всегда приятно быть богом для какой-нибудь девушки, если, при этом, она тоже не дурна собой.

 И сама профессия репортёра обязывала заводить знакомства для пользы родной газеты, именно используя своё обаяние и коммуникабельность.

 Он столкнулся с Элен, когда она выходила из больницы с необычайно утомлённым лицом. Чарльз два раза попытался с нею разойтись, отчего она вынуждена была взглянуть ему в лицо. Вероятно, её и поразил гипнотический взгляд его чёрных глаз.

 Она раскрыла от внутреннего изумления рот, и уже не пыталась обойти богоподобного молодого человека! Со стороны Элен даже малейшего намёка на сопротивление не было, когда красавец плавным движением руки повернул её за талию в обратном направлении и, воркуя приятнейшие эпитеты, попросил проводить в палату к какому-то таинственно появившемуся в больнице человеку.

 По чёрной лестнице Элен проводила репортёра, куда он просил, находясь в гипнотической эйфории от прикосновений Чарльза Бредстоуна. О, она сразу поняла, что он - её принц, которого она мечтала встретить в свои восемнадцать лет!

 Чарльз Бредстоун на время совсем забыл о существовании девушки, когда увидел человека, чрезмерно худого, не по годам имевшего седину в причёске, правда, уже посвежевшего от ухода за ним.

 Стэнли, а это был именно он, охотно повторил свою историю, рассказанную днём раньше полицейским, более спокойно. Но при словах - "глаза лётчика" - всё повторилось снова! Снова - эти его испуганные глаза, полные ужаса, опять - потеря энергии и бессильное падение на подушку, закатившиеся глаза и слабое биенье пульса.

 "Эффектная фотография Боба Стэнли, единственного свидетеля нападения Советского самолёта на группу золотоискателей, которых, к счастью, оказалось только двое, появится в газете! Второй человек, конечно же, убит бомбой. Только бомбой! Это ли не новое доказательство, что Красные лгут о своём стремлении к миру во всём мире! "Красных - к ответу!" - будет кричать заголовок статьи! И его, Чарльза Бредстоуна, конечно же, ждёт грандиозный успех! Самолёт, конечно, улетел, так как военно-воздушные силы страны не ожидали такого вероломства от русских и, как всегда, оказались не готовы к отпору!" - так думал Чарльз Бредстоун, уже три года прозябавший в отделе рекламы.

 Теперь он считал, всё должно измениться! Пока русские будут опровергать это сенсационное сообщение, доказывать и спорить, он - Чарльз Бредстоун, сделает головокружительную карьеру! Он согласится только на приглашение работать в отделе международных отношений и, непременно, в "Нью-Йорк Таймс" или "Ассошиэйтед Пресс"!

 С самыми радужными картинами будущей своей деятельности, забыв на время об Элен, он спешил первым принести сесационную новость в "Кантри дьюэрин уик".

 В родной, пока ещё, газете его репортаж был встречен недоверчиво. Начальник отдела рекламы спокойно просмотрел материал, бурнул - "что ещё скажет редактор газеты", и предложил заняться своими прямыми обязанностями.

 К счастью для Бредстоуна, редактор, как видно, взглянул на материал совсем иначе, потому что скоро телефонная трубка в маленьком кабинете Чарльза заверещала.

 -Чарли! Вас вызывает редактор!

 В голосе начальника отдела рекламы Бредстоун уловил благожелательные нотки, но это фамильярное обращение - Чарли - неприятно кольнуло самолюбие.

 "Ничего, ещё немного и обращение изменится!" - подумал он. "Материалов хватит надолго, чтобы разжигать интерес читателей, добавляя день за днём всё новые подробности!"

 Перед дверью в кабинет редактора Бредстоун постоял ровно столько, чтобы настроиться на серьёзный разговор. Редактор Уильям Джеррибол поднялся ему навстречу, широко улыбаясь. Совершенно лысый, отчего голова его казалась круглой, как баскетбольный мяч, он и сам походил на мяч для игры в регби.

 Итак, редактор покатился навстречу Чарльзу плавно, будто на коньках по идеально гладкому паркету кабинета, протянул пухлую, тоже круглую дадонь.

 -Господин Бредстоун! Вы со вчерашнего дня - наша гордость! Вашим здоровьем интересуется сам хозяин нашей газеты - господин Берлик!

 -Спасибо, я вполне здоров, - вежливо улыбнулся в ответ Бредстоун. осторожно пожимая пухлую ладонь редактора.

 -Конечно, "Кантри дьюэрин уик" нашего скромного штата - не всемирно известная газета - "Нью-Йорк Таймс", но и у нас бывают иногда новости международного масштаба! И это доказали вы все нам, вашим коллегам!

 -Спасибо, - коротко поблагодарил Бредстоун, давая возможность редактору время для хвалебных излияний.

 -Уже завтра, думаю, наш город заполнят журналисты и фоторепортёры всех столичных газет. Мы должны спешить! Как вы думаете?

 -Пока никак, - признался Бредстоун.

 -А что вы думаете, если мы переведём вас в отдел международных отношений? Поездки и, я знаю, не в одну страну или две. Господин Берлик считает, и я - в том числе, что это у вас получится неплохо! - особо подчеркнув - "и я - в том числе", сказал Джеррибол. Для приличия Чарльз Бредстоун изобразил на лице подобие размышления, выдержал паузу в несколько секунд и коротко бросил: