Василий Головачев - Журнал «Если» 2010 № 2

Капитан прикинул расстояние. Километра четыре, не больше. Половину можно пройти на технике, а дальше — своим ходом.

— Какая обстановка вокруг? — он пальцем обрисовал ареал на карте партнеров.

— Отмечаем некоторую загрязненность местности. У нас есть предложение.

— Да? Какое? — капитан оторвался от карты.

— Синие драконы очень опасны. Сожалею, что это так. Вы знаете, не в наших правилах вмешиваться, но, исходя из союзнических соображений, мы хотим предложить вам двух наших специалистов. Они хорошо знают повадки тварей и могут помогать вам.

— Они имеют навыки участия в боевых действиях?

— Нет. Определенно нет, — ответил переводчик.

Не хватало еще и к этим нянек приставлять. Кто же тогда работать станет?

— Тогда, боюсь, нет смысла брать их с собой. Думаю, будет достаточно, если в случае необходимости они нас проконсультируют по существующим каналам связи. И спасибо за предложение. Мы это высоко ценим. Переведите.

С минуту торки переговаривались между собой и, кажется, весьма бурно. Впрочем, судить об уровне их эмоций очень трудно. Наконец переводчик заговорил:

— Мы считаем, что наши специалисты принесут вам пользу на месте. Мы не имеем права настаивать, но в данном случае считаем необходимым их участие в рейде.

— А они не могут прямо здесь и сейчас ввести нас в курс дела?

Последовала еще одна жестяная перепалка.

— Если я правильно понял, вы не хотите брать их с собой?

— Я считаю, что это было бы нежелательно.

Переводчик прокашлял по-своему и тут же был подозван один и; торков, державшийся в сторонке. Шеина с ним, помнится, уже однажды знакомили. Биолог, кажется.

— По нашим наблюдениям, у синих драконов происходит ускоренная мутация. У каждого следующего поколения могут возникнуть способности, которых не наблюдалось у их родителей. Или они были слабо выражены. Нас беспокоят именно детеныши, — синхронно переводил толмач. — Мы предполагаем, что они могут быть особенно опасны. Тем, что непредсказуемы.

— А вы думаете, ваш специалист в состоянии распознать эту мутацию на месте? Она может как-то внешне проявиться?

— Мы этого не исключаем.

— В таком случае их, вероятно, устроит видеоизображение, которое мы постоянно будем транслировать с камер каждого бойца? Помнится, их качество вас удовлетворяло.

Снова последовал жесткий диалог.

— Мы вас понимаем. И больше не будем настаивать. Мы просим, чтобы вы при малейшем затруднении обращались прямо к нам. Большая просьба: проводите съемку как можно тщательнее.

Шеин показал на камеру, намертво вмонтированную в шлем. Проблемы «взаимопонимания» техники решили еще лет пять назад. Пускай и не до конца. Почему не разрешили применять лингвотеры?

— Вы увидите все то, что видит каждый из нас. Да, чуть не забыл. Горец!

— На связи, — сразу раздался в наушнике голос Славика.

— Тащи сюда пакет.

По персональной просьбе ему с Земли привезли роскошную книгу «Природа Земли». Издатели замысливали это как дорогое пособие для школьников, изготовленное в подарочном оформлении. Тонкий психологический и коммерческий расчет! Инопланетяне же могут рассматривать книгу в качестве разведданных — как профессиональный военный Шеин не мог этого не понимать, — но отношения порой стоят дороже, чем некоторая утечка информации.

Вася с минуту рассматривал толстенький томик, издавая механические звуки.

— Он восхищен, — тихонько переводила Кармен. — Он никак не ожидал подобного. Такая прекрасная планета. Очень хороший подарок. Он сердечно благодарит.

У капитана нехорошо заспешили мурашки по спине.

— Он тоже хочет сделать вам подарок. Не такой большой, но он очень старался. Нет, извините, они старались. Он и его жена. Или дочь. Тут тонкая грань, извините.

Капитан улыбнулся. Уходило время, и уходили драконы.

Какой-то торк принес длинную коробку ярко-изумрудного цвета с непонятным рисунком на крышке и передал Васе. Тот медленно и торжественно протянул ее Шеину.

— Нужно открыть, — подсказала Кармен.

Нужно так нужно. Капитан открыл. На мягком ворсистом ложе лежали камни. Обычные камни. Если не считать того, что на каждом имелась косая полированная грань с надписью — или рисунком? — отблескивающая на солнце.

— Очень красиво. Огромное спасибо. Что это?

Когда Кармен перевела, от катастрофического падения челюсти капитана спас только ремешок шлема, захлестнувший подбородок.

— Семейная коллекция. Что-то вроде книги памяти или генеалогического древа. То есть это копия, но абсолютная. На каждом из этих алмазов начертаны достижения предков… Предков дарителя.

— Алмазов?

Самый маленький камешек был размером с горошину. Крупный — с хороший такой мандарин. Она переспросила.

— Да, это алмазы, и у них нет никаких различий с оригиналом. От себя скажу, что такой подарок считается очень ценным. Это как знак особого расположения, большой дружбы.

Капитан тупо смотрел в коробку. Камней было штук сорок. Завтра можно выходить на пенсию.

— Спасибо…

Благодарность вышла с хрипотцой.

— Это очень большой для меня подарок. Я даже не знаю таких слов, чтобы достойно поблагодарить…

Стоп! Он почувствовал, что сейчас его понесет. Еще секунда — и не остановить. Ему еще никогда не дарили алмазов. Тем более в таком количестве. Сколько все это может стоить? Да одного из них хватит, чтобы…. чтобы…

— Благодарю! — Он резко принял стойку «смирно» и кинул вниз подбородок. В каком-то кино видел подобное. И захлопнул крышку. А ведь никакого замка.

— Мы полагаем, что после рейда у нас будет время поговорить, — проскрипел переводчик.

— Обязательно! Теперь мы должны спешить. Увидимся.

По пути к транспортеру капитан буркнул Кармен:

— Про алмазы — никому. Тем более это, скорее всего, просто муляжи. Стразы, — вспомнил он подходящее слово.

— Не думаю.

— А вот это напрасно. Приказ понятен?

— Так точно.

Движение начали резко, практически прыжком с места. Нужно было наверстывать упущенное время.

Действительность оказалась несколько хуже планов; мелколесье, послушно ложившееся под гусеницы и высоко задранные передки транспортеров, закончилось меньше чем через километр. Дальше — лес стеной. Пройти можно, проехать — никак.

— Выходим! — крикнул Шеин. — Горец, за мной!

Славик слишком настырен и любопытен, чтобы оставлять его наедине с подарком. Ценным свидетельством межгалактической дружбы. Или внутригалактической? Понятия все время меняются. То, чему учили в школе, сейчас представляется анахронизмом. В настоящий момент успешность любого крупного руководителя впрямую зависит от его готовности к реформам. Перезагрузка, обновление сознания — как угодно назови. Только бы что-нибудь менять. И еще лучше, чтобы через колено. Хрясь — и поменял.