Мосты (СИ) - Костылева Мария

Неплохое место, хоть и на виду. А спинка скамейки и тень от кровли скроют руку — по крайней мере, настолько, чтобы та не привлекала лишнего внимания.

— Закрой. Теперь запомни, если случится что-то чрезвычайное, и мне, или кому-то из моих людей нужно будет связаться с тобой, пароль будет таким: «Ветер, кажется, с юга».

— А отзыв?

Вместо ответа Саррет постучал костяшками пальцев по скамейке: два раза, и, через паузу, ещё два. Так же, как Элья стучала в ставни к Бирре.

— По любой доступной поверхности, — сказал он. — А теперь ещё минутку посидим и пойдём. Ну, как тебе птицы? Не хочешь приобрести какую-нибудь канарейку?

— Я подумаю.

Когда они встали со скамейки и продолжили углубляться в Остру, Элье оставалось только дивиться тому, как Саррет умудрялся ориентироваться в хитросплетениях этих улочек. Даже если он был здесь не впервые, его умение находить обходные пути было выше всяческих похвал — и неоднократно требовалось, когда дорогу внезапно преграждало подозрительное сборище, или же, наоборот, если пара неподвижных силуэтов маячила на пустынной улице. «Направо», — вполголоса говорил Саррет, и Элья позволяла ему увлечь себя в очередной проход между домами, в сомнительную арку, а то и вообще в заброшенный дом, через который можно было пройти насквозь… Элья тоже всё это учила, конечно — после того, как её решили сделать агентом, время в тюремной камере летело незаметно за изучением различных карт, а также зубрёжкой названий и стратегически важных точек. Но сходу разобраться в этом квартале девушка бы не смогла.

Путь их кончился неожиданно — Саррет внезапно зашёл в какую-то очень маленькую лавку, приютившуюся между сомнительного вида парикмахерской и заброшенным складом. Очень тусклый световой кристалл позволил Элье увидеть довольно захламлённое помещение, узкое, как кишка, и пропахшее какими-то специями. Вдоль стен стояли высокие, до потолка, стеллажи со всякими банками, склянками, мешочками и коробками.

— Для супа, каши, жаркого… — завела старуха за крошечным, невесть как сюда втиснувшимся прилавком.

Но Саррет шагнул ближе к прилавку, позволяя себя разглядеть, и старуха замолчала.

— Добрый день, — сказал полицейский. — Я пришёл к вашему сыну. И ещё… Аль, подойди сюда, пожалуйста.

Элья приблизилась, робея, сама не зная отчего. Старуха скользнула по ней равнодушным взглядом.

— Это Аль, она иногда может здесь появляться. Это мой человек.

Старуха снова посмотрела на гостью и кивнула.

— Пойдём. — Саррет легонько подтолкнул девушку, вынуждая идти вперёд.

Элья прошла мимо прилавка и нерешительно продолжила свой путь по коридору, где света едва хватало для того, чтобы не врезаться во что-нибудь по дороге.

— Стоп, — вдруг скомандовал Саррет.

Элья удивлённо огляделась. Место, где они стояли, ничем не отличалось от всего остального. Возле стены очередной стеллаж с какими-то коробочками, за ним, вдоль стены — ещё один, с книгами…

— Смотри внимательно. Да, света мало, но ты увидишь. Деревянная шкатулка, полка на уровне твоего плеча.

Элья пригляделась, и действительно обнаружила на указанном месте простую, грубовато сделанную шкатулку. Помимо петель, крышку придерживал небольшой рычажок спереди.

— Продолжай смотреть. Делаешь вот так… — Саррет повернул рычажок в горизонтальное положение, — и открываешь…

Когда он поднял крышку шкатулки, перед Эльей возле стены внезапно выросла металлическая лестница — по такой же, только верёвочной, она раньше залезала к Бирре.

— Иллюзия, — сказал Саррет. — Тут главное — смотреть на шкатулку, пока чары не исчезнут. Если крышка случайно закроется, ты всё равно будешь видеть лестницу и сможешь потом спуститься… Давай за мной.

Ловко перебирая ногами и руками, он полез наверх, к потолку, где обозначились очертания небольшого люка. Элья, перекинув сумку за спину, чтобы не мешалась, осторожно двинулась следом.

Чем выше она поднималась, тем тревожнее ей становилось. Когда Саррет толкнул вверх люк и выбрался на второй этаж, Элья и вовсе застыла. Задрав голову, она смотрела в черноту, подавляя желание спрыгнуть и убежать прочь из этого дома. Бежать, бежать как можно дальше…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ну, где ты там?

Из темноты к ней протянулась рука Саррета. Элья медленно переступила ещё чуть повыше. Ладони судорожно вцепились в очередной железный прут.

Этот прут можно выломать, а потом использовать, как оружие… если они бросятся следом, у неё будет, чем отбиваться, будет, чем протыкать глотки…

Элья тряхнула головой, испугавшись самой себя.

Да нет, это не она… не она… Просто там, наверху, волшебник. Возможно, он часто сражался с такой же нежитью… Тьфу, почему с такой же? Просто с нежитью. А Элья — не нежить. Элья — человек.

Она вцепилась в протянутую руку и выбралась наверх.

Большая комната. Единственный кристалл мерцает одинокой звездой в нагромождениях темноты. Там, где углы этих нагромождений остры, а линии слишком прямы, стоят, по всей видимости, очередные стеллажи.

А ближе к кристаллу, у стола с передатчиком — жуткое существо. Один взгляд на него парализует, и воздух словно заканчивается в тот же миг — ни вдохнуть, ни выдохнуть…

…Элья безмолвно попятилась — но получила довольно ощутимый тычок в спину.

— Люк открыт, — процедил Саррет. — Осторожно.

— Но там…

— Да брось. Он урод, конечно, но не настолько.

— От урода слышу, — парировал знакомый голос.

Элья облегчённо улыбнулась:

— Г… Герек…

Но сдвинуться с места по-прежнему не могла. Ноги были, как ватные, тело сотрясала дрожь.

За спиной негромко стукнуло — это Саррет закрывал люк.

Маг, тем временем, быстро подошёл к Элье и, бесцеремонно схватив её за руку, подтащил ближе к свету. Первый шок прошёл, и девушка, наконец, смогла рассмотреть старого приятеля. Если не считать непривычной чёрной повязки на правом глазу, можно было сказать, что Герек практически не изменился.

— Ты убивала кого-то? — спросил он.

— Что?..

— С тех пор, как мы с тобой в последний раз виделись, ты кого-то убивала?

— Ну… я… да.

— Какое это имеет значение? — спросил Саррет, направляясь в их сторону и попутно касаясь кристаллов, лежавших где ни попадя. В помещении постепенно светлело. Стал виден ещё один стол — круглый, небольшой, человека на четыре; нормальная деревянная лестница куда-то вниз, у противоположной стены; кресла, камин…

— Большое. Порог, который проходит человек в момент смерти — один из самых энергетически сильных, и тот, кто заставляет другого этот порог переступить…

— Ну, началось, — проворчал Саррет. — Я тоже убивал, и не раз. Дальше что?

— Ты — это другое дело. А Элья — не совсем человек. Если она будет убивать, то…

— То окончательно превращусь в нежить, — сказала Элья.

— Я не совсем то имел в виду. Хотя, в общем…

— Ладно, неважно, — оборвала она его рассуждения. И улыбнулась: — Я очень рада тебя видеть. Как ты?

— Потом наобщаетесь. — Саррет выдвинул один из стульев, стоявших возле круглого стола. — Давай, садись. Сеанс через десять минут, мне ещё нужно написать шифровку, а это желательно делать в тишине. Есть что-то, что я должен знать перед тем, как начну составлять сообщение?

Элья села на краешек стула. Она уже успокоилась, но чувствовала себя здесь немного неуютно. Да и Герек как-то странно поглядывал на неё, нервируя.

— Я в прошлый раз спрашивала через Бирру…

— Через агента Улей.

— Да. Так вот, я спрашивала насчёт герцога…

Саррет кивнул:

— Да. Ответ был: про тюрьму рассказать можно, если позволят обстоятельства; о перевербовке даже не думать. Герек, где у тебя чернильница?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Но почему? — удивилась Элья. — Это же шанс остановить армию.

Саррет пожал плечами:

— Им там виднее. Кстати, раз уж зашла речь, скажу сразу, что от тебя хотят: нужно узнать точную дату выступления иланского отряда в Аасту, который, по нашим сведениям, вовсе не отряд, а целый полк.