Елена Клещенко - Файлы Сергея Островски

— Я думаю, наверное…

— Не понимаешь. Ну вот тебе один из сценариев. Если мы его упустим на Землю и вектор начнет распространяться — а едва ли похититель поставит свою добычу на полку в качестве сувенира! — то земляне разделятся на два биологических вида. Более умный и более глупый. Конечно, умников будет значительно меньше, но ведь и хомо сапиенсов когда-то было меньше, чем неандертальцев. Что может быть дальше, объяснять, или сам видишь варианты?

— Нет, сэр. То есть да, вижу варианты, сэр, и ни один мне не нравится, можно не объяснять.

— Вот и хорошо. Теперь ты мне рассказывай. Злоумышленник похитил файл с нуклеотидной последовательностью. Его дальнейшие действия?

Сергей подергал себя за хвост на затылке.

— Ну, он не сможет ее никому переслать, верно? Компьютерные сети Сэнгера не имеют выходов во Вселенскую Паутину. Почта с Земли принимается раз в сутки, через административный канал. Обратная связь — только голосовая… последовательность длинная?

— Длинная, тысячи «букв», причем более половины участков не имеют аналогов, поскольку она кодирует новый белок. Криптография исключена, в голосовом сообщении это не спрятать.

— Ага. Вообще-то он мог воспользоваться каналом дирекции…

— Ну ладно, ты нас не смешивай с дерьмом. Не мог.

— Если он сам не из совета директоров.

— Тогда в заговоре все члены совета. Мы работаем и над этим, но лично я не верю в такую возможность, сейчас поймешь почему. Думай дальше.

— Он может спрятать носитель и дождаться отпуска на Землю.

— И что потом? Сотрудники Института покидают базу так же, как приезжают, — сирыми и нагими, только с деньгами на счету. Ничего кроме идентификатора личности. Даже белье под скафандр им выдают на транспортном корабле. Еще идеи?.. Подсказываю: ничего кроме собственного тела.

— То есть он может проглотить носитель или, э-э…

Шеф только глянул в ответ, и Сергей умолк. Сканер и в земном аэропорту так просто не обмануть. Ну, а если носитель будет не электронным, а каким-нибудь органическим… И тут он понял.

— Вы хотите сказать, что он мог синтезировать вектор и ввести его себе? Чтобы на Земле, допустим, выделить? Или владеть единолично, передавая только собственным детям?

Шеф кивнул и снова включил сигарету.

— Второй вариант был бы большой удачей. Да, скорее всего, именно это он и сделал. Ни в какой другой форме переправить информацию нельзя. Признаю, мы недодумали про ДНК, но, видишь ли, до сих пор генетические объекты информационной безопасности никто не хотел попробовать на себе… И это плавно подводит нас к особым приметам. Похититель сейчас очень умен. Нечеловечески. Заведомо превосходит по IQ любого из нас.

— Счастлив это слышать, сэр. Кстати, а тестирование интеллекта сотрудников нам не поможет?

— Ты меня разочаровываешь. Я уже упоминал, что он очень умен? — достаточно, чтобы занизить результаты, будь уверен.

— А генетический анализ?

— Обманывать генетические тесты научились еще в двадцатом веке — сразу же, как только их начали использовать в большом спорте. И вместе с методами анализа совершенствуются методы обмана. А мы, так уж совпало, находимся в том самом месте, где собрано все необходимое и для тонкого анализа, и для фальсификации. Кровь на анализ наши службы регулярно берут у всего персонала в любом случае, просто из соображений биобезопасности: сотрудник может заразиться какой-нибудь дрянью случайно. Наш Умник об этом знает, следовательно, не мог не подготовиться. К тому же эксперт говорит, что в клетках крови трансфекция проходит медленнее и не полностью, то есть на третьей-четвертой неделе велика вероятность ложноотрицательных результатов. Продолжай.

Сергей прищурился на скальную гряду, незаметно вздохнул.

— В Институте две сотни человек, технический персонал исключаем. Космобиологов — ботаников, зоологов, микробиологов — можем исключить?

— Можем. Во-первых, они слишком заняты самочувствием жаб и тритонов при лунной гравитации, с молекулярщиками и компьютерщиками общаются мало. Во-вторых, что более важно, почти никто из них не обладает необходимыми умениями и допусками.

— Значит, остается меньше сотни. Причем этот человек должен быть умелым хакером и в то же время иметь навыки лабораторной работы и допуск к приборам. И должен уметь работать с приборами в одиночку. Уметь достаточно хорошо, чтобы потом стереть протоколы синтеза — а это тоже, как я понимаю, нетривиальная задача. Кстати, а как этот вектор попадает в организм?

— Простая инъекция. Тут как раз особой квалификации не нужно. А почему ты говоришь об одном человеке? Как насчет сообщников?

— Маловероятно. Заранее спланировать похищение открытия, которого, если я правильно понял, никто вообще не ожидал… А сколачивать группу прямо здесь, среди всех мер безопасности и психологического контроля, мог только самоубийца. Как говорят немцы, что знают двое, знает свинья. Скорее похититель сам и компьютерщик, и «мокрый» биолог. Есть тут такие?

— Молодец. Но проблема в том, что тут много таких. Деньги, которые платят здесь, дуракам не достаются. И знать о векторе могли многие. Однако если иметь в виду тот уровень хакинга, который нам показали, и близкое знакомство с лабораторными приборами — годится только одна группа, из «Селена Джиномикс». Руководитель — Кэтрин Хиггс, область научных интересов — метилирование ДНК, что бы это ни значило. Сотрудники — Эрвин Баумгертнер, Йозеф Радл, Аруна Амритрай. У каждого — высшее IT-образование, все владеют навыками лабораторной работы, все время от времени синтезируют ДНК, причем сами вводят протоколы.

— Их только четверо?

— Рано обрадовался. Ты их еще не видел. Впрочем, завтра у тебя будет возможность. Действовать будем тихо и незаметно, минимум вовлечения непричастных. Напомни, сколько баллов ты набрал на тестах по биобезопасности?

— Но в этом помещении никто не работает с биоматериалами, — холодно сказала Кэтрин Хиггс. Сергей с первого взгляда принял ее за мужчину — рыжие волосы зализаны назад, бледное вытянутое лицо, высокий рост. И голос слишком резкий для женщины, скорее похожий на фальцет. Одевались сотрудники института примерно одинаково, в блузы и брюки.

Сергей, в таком же костюме, с бэджем сотрудника службы биобезопасности на кармашке, виновато улыбнулся и развел руками: мол, я скромный служащий, законов и правил не придумываю и дело мое маленькое.

— Я постараюсь не мешать вашей работе, доктор Хиггс. Предупредите меня сразу, куда не соваться, и я не буду.

— Суйтесь куда хотите, нам тут скрывать нечего, — ответил вместо начальницы темноволосый мужчина округлого телосложения, с эспаньолкой и усами. — Но на кнопки не нажимайте, иначе я не гарантирую…