Василий Шахов - Тень Уробороса.Фарс

Кожа на горле убитой была рассечена одним взмахом и с поразительной точностью — почти от уха до уха, пересекая одновременно все жизненно важные артерии и сухожилия. Чтобы нанести такое увечье, нужна нечеловечески твердая и уверенная рука. И, как минимум, много-много лет обучения и работы в ВО или СО нашего Управления…

— Тремендо ферита, — продолжала «эльфийка». — Я такого еще не встречала. Профессионально.

— Тремен… что? — переспросила миссис Сендз.

— Ранение, не совместимое с жизнью, — с некоторой неточностью перевел я. Все-таки язык моего народа отличается большей живостью, чем кванторлингва.

— Мы до сих пор не определили тип оружия, которым оно было нанесено, — призналась моя начальница. — Пронести сюда холодное оружие он не смог бы ни при каких обстоятельствах, — майор кивнула на встроенные в двери датчики-металлоискатели. — Госпожа Зейдельман была «повернута» на безопасности. К ней даже личный охранник смог бы приблизиться лишь с пустыми руками.

— Ну, один-то, похоже, приблизился не с пустыми… — я поднялся на ноги.

— На, посмотри-ка данные, — майор Сендз подала мне свою линзу, наскоро сполоснув ее в очистительном растворе.

Она не успела удалить предыдущую информацию. Передо мной появился список имен тех агентов, что были представлены для ведения этого дела на согласование с вышестоящими. Также присутствовали и краткие характеристики каждого кандидата. В частности, обо мне там было сказано так: «Риккардо Калиостро. Пол — мужской. Возраст — 30 лет. Звание — капитан СО. Специализация: «аналитик-оперативник». Стаж работы в ВПРУ — 12 лет. Активен, умен, ироничен, но по отношению к коллегам неконфликтен. Психологически стоек. Пси-способности — средние (спасибо хоть за то, что не оценили как «на нуле» — подумалось мне в свете вчерашних событий в самолете и в доме Соколиков). Допущен». Успел я ухватить и кое-что о моих коллегах: «Питер Маркус. Пол — мужской. Возраст — 26 лет. Звание — лейтенант СО. Специализация: «аналитик-ролевик». Стаж работы в ВПРУ — 8 лет. Активен, умен, бывает несобран, однако компенсирует исполнительностью. Психологически стоек. Пси-способности — низкие. Допущен». А также: «Рут Грего. Пол — женский. Возраст — 25 лет. Звание — старший сержант СО. Специализация: «аналитик-прогнозист». Стаж работы в ВПРУ — 7 лет. Активность выражена слабо, умна, спокойна, доброжелательна. Психологически уравновешена. Пси-способности — высокие. Допущена». И еще я прочел немного из досье на Фрэнки: «Фрэнк Бишоп. Пол — мужской. Возраст — 29 лет. Звание — лейтенант ПО. Специализация: «досмотрщик». Стаж работы в ВПРУ — 7 лет (почему-то у полицейских годы учебы в Академии в стаж не шли). Активен…»

На этом миссис Сэндз, спохватившись, активировала другой ДНИ. Я просмотрел сухие доклады о нынешнем деле. Зейдельман обнаружил мертвой охранник по имени Кевин Бутроу. Он заметил, что система охраны ее кабинета отключена, попытался выйти на связь и, не получив ответа, наведался в эту комнату лично. Увидев труп, тут же покинул помещение и поставил в известность спецотдел нью-йоркского Управления. Допросы остальной обслуги дома ощутимых результатов не дали.

— Понятно, — я извлек линзу и бросил ее в раствор. — Понятно, что чертовщина какая-то…

Вместо комментария к моим словам Джоконда молча взяла со стола чистый лист бумаги, оторвала кусок, сжала его в руке так, что неповрежденный краешек едва выглядывал из ее ладони, подошла к кожаному креслу и едва уловимым молниеносным движением полоснула по его спинке. Кожа разошлась так, будто по ней проехались тончайшим лезвием. А ведь мебельная обивка подвергалась специальной дубильной обработке, это не та уязвимая оболочка, которую являет собой человеческое тело…

Я покачал головой. Отец показывал мне однажды, что можно сделать, имея под рукой самый безобидный предмет — карандаш, например, или диск-информнакопитель. Но вот так, запросто, листком обычной бумаги… Сказать, что впечатляет — это ничего не сказать.

Начальница «Черных эльфов» подкурила сигарету, подошла к распахнутому окну и выглянула наружу. Миссис Сендз была поражена увиденным. А уж эта женщина на своем веку сталкивалась со многими необычными вещами.

— Считаете, тот задохлик, Жилайтис, мог так запросто чиркнуть старушке по горлышку?

Майор посмотрела на меня с глубоким сомнением. Вряд ли частный охранник обладал навыками агента Управления и был обучен безнаказанному убийству. Даже Зейдельман при всех ее деньгах не смогла бы заполучить такого в личное распоряжение — смотри ту же Конвенцию, а заодно Устав ВПРУ. Маргарита не стала бы рисковать своей репутацией. Если бы Жилайтис прежде работал в нашем ведомстве, Джо выяснила бы это сразу.

Сплошные «не», «не», «не»… А результат — лежит в этой же комнате, в луже крови, окоченевший. Вот вам и «не»…

Судмедэксперты, обработавшие каждый квадратный дюйм кабинета, развели руками. По видимому, здесь имелась тьма отпечатков людей и «синтов», которые служили в этом доме — не исключено, что отметился и свалившийся нам как снег на голову последователь русского Родиона Раскольникова.

Джо поманила меня к себе. Я подошел к ней и тоже выглянул в окно. Кабинет Зейдельман находился на втором этаже особняка. Внизу проходила выложенная плиткой дорожка — никаких клумб и зеленых насаждений.

— Давай посмотрим, — словно прочитав мои мысли, сказала девушка и затушила сигарету в изящной керамической пепельнице.

— Куда посмотрим? — успел спросить я, но Джо уже запрыгнула на подоконник. — Эй, не стоит этого делать!

Она оглянулась через плечо и вопросительно двинула бровью.

— Ну, решать тебе… — я сдался.

Бароччи оттолкнулась от карниза и мягко приземлилась на дорожку, присев почти до земли. Никаких признаков боли у Джоконды я не заметил. Она распрямилась и спокойно направилась обратно в дом через парадное.

Миссис Сендз потерла внутренние уголки своих узких, но слегка округлившихся после этого трюка глаз. Пришлось вспомнить о порученной мне подготовке к «показушным» соревнованиям. После увиденного майор точно заставит меня лечь костьми на тренировках…

— Что Жилайтис? — дабы переменить тему и поскорее отвлечь начальницу от не выгодных мне мыслей, осведомился я.

— Жилайтис в клинике. К нему приставлен конвой. Он еще не очнулся от наркоза, поэтому если вы за него возьметесь, то будете делать это «с нуля»… Возьметесь?

— Конечно, майор. Госпиталь «Санта Моника», не так ли?

Миссис Сендз согласно кивнула. И что всех так и несет в этот госпиталь — сначала Исабель Сантос с ее ветряной оспой, теперь вот этого Андреса Жилайтиса?! Какое-то мистическое стечение обстоятельств, иначе и не назовешь. Сложно представить себе ситуацию, что Жилайтис, выжив после прыжка без парашюта и после минуса пятидесяти семи градусов по шкале Цельсия за бортом, преодолев затем (по земле) несколько тысяч километров и вернувшись обратно в Нью-Йорк, наивно обратился в самую известную столичную больницу с тем, чтобы ему сделали переливание крови и почистили лимфу. Конечно, а то мало ли какой инфекции он там насобирал, в полете, на высоте двенадцати тысяч километров!