Станция Вечность - Мер Лафферти

оглядевшись. Пол вокруг дерева, до этого абсолютно чистый, был усыпан осколками зеркала. Все они отражали одну и ту же картину, но с разных углов.

«Они разбили меня. Я смогла достать из ваших мыслей осколки, но они не подходят друг другу».

Миссис Браун обошла комнату, заглядывая в зеркала, и везде увидела шаттл в момент, когда Вечность коснулась их разума.

– Я думала, у тебя теперь новый распорядитель. И где он? Как он вообще допустил весь этот бардак? – поинтересовалась миссис Браун.

«Нет. Только не он. Я не просила. Не соглашалась. Его больше нет. Было так больно».

– Ладно, ладно, спокойно. Что нужно сделать в первую очередь?

«Устранить бреши. Сообщить моей дочери, что я в порядке. Остановить… остановить бой в усыпальнице».

Эти бреши были как ссадины ее внуков. Стоило лишь подумать, и все они предстали перед мысленным взором, практически осязаемые. Миссис Браун могла запечатать их – достаточно было силы мысли и немного заботы.

– Я раньше ничем подобным не занималась, так что мне потребуется время. И мы с твоей дочерью не знакомы, так что свяжись с ней сама.

Новые чувства: шаттл, облегчение, спешка.

– Что там такое в усыпальнице? Ну, кладбище с кучей камней. Что они, подрались друг с другом? Ах, замешаны люди? – Да, точно: Лавли и тот высокий мужчина. – Нет, так не пойдет. Во что она снова ввязалась?

«Она защищает других».

– Ну, тогда ладно. Давай займемся пробоинами.

Время от времени она возвращалась к усыпальнице, поглядывая, как играет на скрипке ее внучка, ее радость и гордость (мелодию, правда, она выбрала просто ужасную; нужно будет с ней об этом поговорить), и как разумные камни теряются под натиском вибраций.

В какой-то момент Лавли оказалась на борту какого-то корабля, а камни продолжили сражаться: отважная юная боевая машина против старого шаттла. Ее ракеты врезались в пушечные порты, пытаясь обезоружить, но почти что не повредили; он выстрелил в ответ, но промахнулся и попал в механизм шлюзовой камеры. Шлюз распахнулся, и двух людей и три шаттла выбросило в открытый космос.

– Им нужна помощь, – сказала миссис Браун, пытаясь найти что-нибудь подходящее. Но станция поддерживала одновременно множество функций, и у нее не было времени в них разбираться.

«Я не смогу сосредоточиться на нескольких делах сразу, пока внутри остаются повреждения. Не стоит беспокоиться. Их подобрал юный шаттл».

– А где моя внучка?

«На борту моей дочери».

– Ну и денек выдался, кому расскажи – не поверят, – пробормотала миссис Браун. – Ладно, молодежь сама разберется. Жаль, правда, ту военную девочку.

«Поверь, о ней еще не скоро забудут».

Два человека на одном шаттле, два на другом, одна трагедия, целая куча людей в одном из медотсеков и один на пути к нему – не целый, но хотя бы живой. Прежний распорядитель; не чета новой хозяйке.

А где же еще одна? Миссис Браун, нахмурившись, поискала женщину с браслетом и обнаружила ее в коридоре – рыдая, она оттирала с ладоней засохшую кровь. Потом заметила что-то на полу у входа в усыпальницу и, нагнувшись, подобрала.

«Все на месте», – подумала миссис Браун и сосредоточилась на пробоинах.

33. Кто же знал, что она на такое способна

Мэллори нервно расхаживала по кораблю, и ее не останавливали ни больная нога, ни низкий потолок – Стефания до сих пор не закончила расширяться.

У Ксана ныло все тело – отчасти из-за массажа сердца, отчасти из-за силы, с которой их вышвырнуло в открытый космос. Да уж, денек выдался тот еще.

– Маму. Она убила маму. И мою учительницу. И методистку! Потом я уехала в универ, но она явно продолжила убивать. Проклятый браслет весь в подвесках! А потом она убила дядю. Просто потому, что не хотела переезжать.

Ксан, морщась, оперся о стену.

– Скорее, не хотела лишаться единственной радости в жизни. Чего ты так спешишь? Никуда она от тебя не денется. Я как раз хотел об этом поговорить, но… – Он устало махнул рукой в сторону двери, за которой ждал космос.

– Она убила Сэма, потому что он ее раскрыл, – сказала Мэллори, потрясая книгой, чем напомнила Ксану недовольных уличных проповедников.

– Но что ей сделала Каллиопа? – спросил он.

Мэллори задумалась.

– Помнишь, тетю Кэти пришлось усыпить, когда она только очнулась? Она закатила истерику из-за пропажи браслета. Его не могла стащить Кэл?

Ксан кивнул:

– Еще как могла. Только откуда Кэти об этом узнала?

– Может, Кэл сама ей вернула? – предположила Мэллори.

– И твоя тетя промолчала? Очень сомневаюсь. Но Кэл говорила что-то про дырявые карманы.

Ксан пошарил в карманах и действительно нащупал большую дыру. Неудивительно, что в этом кармане ничего не было. Раскрыв плащ, он продемонстрировал его Мэллори.

Пока та продолжала размышлять вслух, он похлопал себя по карманам. Одной большой и очевидной вещи недоставало, и он опасался, что она выпала через дыру.

– Кэл его выронила, а тетя Кэти нашла. Книгу она тоже наверняка искала. Если поняла, что Кэл и ее тоже стащила, то могла испугаться, что она обо всем догадается.

Ксан потер лоб.

– Господи, да Кэл со школы книг не читала, наверное. Она умерла практически ни за что. О, кстати…

– Прямо как Сэм, – кивнула Мэл, продолжая расхаживать во все стороны. – И все остальные пассажиры. Кто знает, может, она сейчас идет добивать выживших, просто потому, что ей так захотелось…

– Мэл. Можешь послушать? – перебил Ксан, устав ждать, пока она наговорится. – Во-первых, Вечность пришла в себя. Ей было очень плохо, но сейчас она в полном порядке.

– Она нашла нового симбионта?

– Да, но «Бесконечность» сама не понимает кого. – Он нахмурился, прислушался к «Бесконечности» и помотал головой. – Она посылает мне образ старушки, вытирающей ребенку лицо.

– Миссис Браун? Ни хрена себе, – сказала Мэллори.

– Во-вторых: оказывается, Сонм задолго до других видов начал искать планеты, с которыми можно установить Первый контакт. Мы просто не замечали их среди остальных насекомых. Когда ты наступила на их разведчика, между вами установилась связь.

– То есть мы с Сонмом симбионты? Что-то я не замечала от них никакой пользы.

Ксан пожал плечами.

– У них коллективный разум. Считай, один огромный компьютер. Ты хорошо училась в школе?

– Да не особо. Двоек не получала, но… – Она на мгновение притихла. – В день, когда меня укусили, умерла мама. То есть это Сонм притягивает ко мне убийства? Какой-то паршивый из них симбионт!

Да, это уж точно.

– Слушай, я не знаю, как это работает, но синий улей сам сказал «Бесконечности», что ты с ними связана. В отличие от серебряных, они не хотели тебе говорить, чтобы не нарушать привычный ход жизни.

– Боялись, что их подопытная не обрадуется?

– Не знаю, – ответил он.

– Но я же на них весь день натыкалась! Они могли бы помочь или хоть рассказать, что происходит!

– Мэл, не надо стрелять в гонца, не я же это придумал.

Мэллори плюхнулась на твердый каменный пол, глядя перед собой остекленевшими глазами.

– Ну и что это значит? Мы тоже можем общаться, как вы с «Бесконечностью»?

– Не знаю, наверное.

Под потолком