Касэлона. Особенный рейс (СИ) - Гриб Елена Григорьевна

Взамен требовалась сущая мелочь: стать не просто другим человеком, а конкретной личностью. Отказ не принимался. Наблюдавшие за нами издали вооруженные люди были действенным намеком на правильный ответ.

В первый миг я едва не оставила созданное Торном тело и не бросилась наутек. Да, это бы сработало. Оно бы даже не умерло — продолжило бы бездумно функционировать в режиме «спячки».

Но я прекрасно осознавала, что второго шанса судьба не предоставит. Призрак-Котя не мог вселиться в первого попавшегося киборга и уйти в закат, а найти специалиста по киберпротезированию уровня Торна, растолковать ему свою проблему («Доктор, мозговая активность у меня есть, а вот с мозгом как-то не сложилось. Невидимый он, представляете? Но работает хорошо, мамой клянусь. Подсобите с телом, а?»), уговорить его за просто так потратить на меня месяцы, а то и годы, плюс огромные деньги — задача нереальная.

К тому же кое-что в формулировке предложенной сделки привлекло мое внимание.

Я согласилась.

Не потому, что Толстяк Ник был очень убедительным. После сладких речей Торна, Метта и Антэса я научилась никому не верить, особенно криминальному субъекту, что предлагал нарушить кучу законов и угрожал расправой. Но в речи Никала промелькнуло «мой друг Сэм Райс», и мне захотелось проверить, что готовит судьба в этом направлении.

* * *

Оникс-1

Мира сидела в крохотной каюте эконом-класса на «Арлекине» (пассажирском лайнере, курсировавшем между Ониксом-1 и Рорайной), куталась в любимый пушистый халат и жевала последнюю шоколадку. До отлета оставалось совсем недолго. Еще чуть-чуть — и огромное судно направится в далекую систему, известную на весь мир своими образовательными учреждениями.

Мира не скучала по оставленным в космопорту отцу и брату. В эпоху галанета глупо тосковать по людям, которых можно увидеть в любое время дня и ночи. Или дело в том, что разлука длилась часа три, не больше?

Или в том, что Миру одолевали другие не самые веселые мысли?

Она перечитывала электронную почту и понимала, что хандру не развеет даже ящик шоколада. Выбор всегда непрост, а уж тот, от которого зависит будущее, оставляет в душе тяжелый след.

Астин обещал выйти из семейного дела и клялся в вечной любви. Медицинский университет Рорайны предложил стипендию. Джедилэй Син заявил, что Миранель Волк должна посвятить свою жизнь его сыну и не думать о глупостях вроде карьеры и лицензии.

Сгоряча Мира выбрала учебу. По большей части потому, что не собиралась идти на поводу у Старого Сина. И потому, что на фотографиях Астина в Галаконте мелькала другая девушка — блондинка с кукольным личиком и фигурой модели. К тому же отец вроде бы не хотел отпускать обожаемую дочурку на чужую планету, да и Леви бормотала какие-то сочувствующие слова.

Мира решила поступить по-своему, и лишь оказавшись на борту крупного межпланетного лайнера, начала подозревать, что ее провели.

Отец давно мечтал о том, чтобы она стала врачом. Джедилэю Сину не нужна безродная, необразованная, бедная невестка. Астин не бросил бы семью ради подруги детства.

Они все предатели! Сыграли на ее жажде независимости и отправили на Рорайну! Учиться, тьфу! Кому это вообще нужно? Большинство людей получают образование через галанет!

Мира швырнула подушку в стену и вскочила с твердым намерением связаться с обманщиками и добиться правды. Но освещение стало ярче и прозвучало предупреждение об отлете. Пошел обратный отсчет…

Со злости она даже выполнила инструкции и пристегнулась к койке. А когда капитан поздравил пассажиров с успешным взлетом и пожелал счастливого пути, ссориться перехотелось.

Мира представила другие варианты своей судьбы, и они ей не понравились.

Остаться с отцом и Миком? Заманчиво, но существовало аж два «но». Первое: эта тихоня Леви, на которую запал папа, исчезла бы из его жизни, прикрываясь труднообъяснимыми причинами вроде «я же не нравлюсь Мире» или «это неудобно». Вторая: Мира сама померла бы со скуки.

Повиноваться Джедилэю Сину и стать частью его семьи? Заманчиво, однако роль безропотной тени она не сумела бы исполнить при всем желании.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Убежать с Астином на край света? Если честно, тут Мира особых возражений не имела. К безденежью она привыкла, трудностями ее не удивишь… Вот только Астина надолго не хватит. Невзгоды он видел лишь в фильмах, о выживании в трущобах имел самое расплывчатое представление. И вообще, он был слишком дорог для нее, чтобы обрекать его на участь беглеца.

«Все, что ни делается, к лучшему», — Мира решила радоваться стипендии и не думать о несбыточном. Многие бы полжизни отдали за такую возможность! Нечего жаловаться. Однажды она еще оценит по достоинству свой выбор.

Раздался звонок в дверь.

Мира раздраженно топнула ногой и проорала, что ничего не заказывала. Стоимость ее билета включала только проживание и автомат кормосмесей, визитов знакомых она не ждала по той простой причине, что никого на «Арлекине» не знала, горничная в этом секторе не предусматривалась.

— Кто там?!

Ответа не последовало.

Мира недоуменно пожала плечами и открыла дверь.

— О боже! — ахнула, не веря в реальность происходящего.

За порогом стоял он.

Мечта любой девушки!

Гордый и независимый, с осанкой наследного принца и шальными глазами распутного пирата, прекрасный, дикий и ужасно отощавший!

— Шустрик! Это невозможно! — Мира подхватила его на руки, зарылась носом в длинную мягкую шерсть. — Я так по тебе соскучилась! Откуда ты тут появился? Почему тебя так плохо кормили?!

— Кхе-кхе, — раздалось рядом.

Она и не посмотрела в ту сторону. Сжала кэй-кота покрепче и юркнула обратно в каюту, мысленно перераспределяя свои финансы и вспоминая, сколько стоят котлеты. По всему выходило, что от шоколада придется отказаться, но это было такой малой платой за возвращение питомца!

— Кхе-кхе! — прозвучало громче и гораздо настойчивее.

Мира бросила короткий взгляд на смыкавшиеся створки двери.

— Астин? — прошептала недоверчиво.

Светловолосый парень в футболке с принтом Медицинского университета Рорайны и выцветших джинсах улыбнулся уголком рта.

— Спасибо, что заметила. Не пригласишь войти?

Дверь закрылась, и пришлось ждать, пока она откроется вновь.

— Астин! Это и правда ты? Но почему?.. Сбежал из дому?!

— Да нет. Отец вернулся, так что я могу спокойно учиться дальше.

— А потом?

— «Потом» будет через три года. Какая разница? Мало ли что произойдет за это время!

Мира немного поразмыслила над его словами и пришла к выводу, что ее такое положение вещей устраивает. Не совсем, конечно, однако это было лучше, чем ничего.

— Я бы обняла тебя, но у меня на руках бедный голодный запуганный Шустрик!

— А у меня — бессрочный абонемент на игровую площадку для кошек и двенадцать килограммов отборного кошачьего корма. По-моему, у нас есть что-то общее.

— Со вкусом курицы? — Мира шутливо толкнула Астина в бок и пропустила в каюту.

— Ага.

— Ты лучший!

— Я знаю.

Жизнь определенно налаживалась. У Миры были Шустрик, Астин и несколько беззаботных лет в их компании. А дальше…

Она не любила загадывать наперед. В конце концов, ей пока всего семнадцать. Время покажет, что правильно, что — нет. А до тех пор нужно радоваться тому, что имеешь.

* * *

Леви бежала по космопорту Оникса-1, не обращая внимания на недовольные окрики случайно задетых пассажиров. В ушах шумело так сильно, что она не различала чужих голосов.

Вперед! Только вперед, не останавливаясь и не оглядываясь! К выходу, к таксофлаеру, к свободе!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Репортер догнал ее на парковке. Преградил путь, выставил микрофон, как оружие.

— Как вы прокомментируете события на «Касэлоне»? — задал предсказуемый вопрос.

Леви заметила вдали свободный таксофлаер и, пригнувшись, попыталась обогнуть микрофон.

Она не поняла, споткнулась ли на ровном месте или ей подставили подножку. В один момент бетонное покрытие было под ногами, в другой — перед лицом.