Последний из рода Демидовых. Том II - Борис Ветров

сразу же направились к цесаревичу, выглядели они как самые настоящие лекари. Я же изучал одежду оставшихся слуг. На одном из придворных обнаружился длинный камзол или плащ, я не интересовался. Важно было другое, эта часть гардероба свисала ниже колен. Я подошёл к слуге поближе:

— Я извиняюсь, но не могли бы вы одолжить свой плащ. Мне… то есть моей спутнице он просто необходим! — устало начал я, стараясь говорить, как можно вежливее.

Придворный хлыщ окинул меня презрительным взглядом и надменно ответил:

— Ничего страшного, подождёт ваша подруга! — и отвернулся от меня, начав раздавать какие-то распоряжения рядовым слугам.

Меня же такое обращение взбесило. Можно было, конечно, дождаться императора, да и оставалось до его прихода недолго. Но внутри меня что-то вскипело… я мысленно приказал Персику и Гэль-Шукрану подойти поближе, они оба оказались рядом.

— Я сказал, снимай свой халат! — с напором процедил я, подойдя к слуге вплотную.

Хлыщ медленно обернулся, вновь смерил меня презрительным взглядом и начал было:

— Да кто ты…

Но осёкся, ему на плечи встал передними лапами Персик и лизнул в щёку.

— Или ты желаешь стать двуногим кормом для кошек?

Слуга замотал головой из стороны в сторону, ищу помощи, но к нему подошёл ещё и атлант, похоронив хоть какую-либо надежду на благоприятный исход. Последний больше походил на зомби из фильмов ужасов, весь в крови чёрной и красной, одежда превратилась в лохмотья, в общем, то ещё зрелище. Нет, хлыща я не собирался ни калечить, ни тем более убивать, просто мне реально его камзол был нужнее. Увидев, эту картину, другие слуги моментально отстранились, скорее всего, они видели бой с Жнецом и связываться со мной не желали. Хлыщ, слегка заикаясь, вновь обратился ко мне, теперь в его голосе не было и намёка презрение:

— Но раз вы настаиваете…

— Но раз вы настаиваете, граф! — рявкнул я, поправляя слугу.

Хлыщ вздрогнул, попятился назад, натолкнулся на голову огненного кота и словно ошпаренный затараторил:

— Конечно, граф… разумеется, граф… — поспешно снимая свой плащ и протягивая его мне.

Я резко дёрнул камзол на себя, перекинул его через руку и направился к Герде. Подойдя к девушке, помог ей накинуть одежду и застегнуть пуговицы. А ещё у меня были вопросы к Герде на счёт того, почему она схватила диадему и вообще ввязалась в драку со Жнецом.

— Дорогая, скажи мне, как так вышло, что ты так удачно завладела Диадемой?

— Я… ты… да я боялась до чёртиков! — неожиданно для меня Герда повысила голос и почти начал кричать, — Ты не представляешь, чего мне это стоило! Диадема меня звала, а я не желала идти… понимаешь, я боялась, у меня колени тряслись…

Герда заплакала. Я прижал её голову к груди и посильнее обнял девушку. Герда отстранилась, подняла взгляд и заглянула мне в глаза.

— А потом на меня нахлынуло предсказание. Я увидела, как монстр «выпил» душу царевича, а всех остальных порвал на лоскуты, и тебя тоже! — мне стало стыдно, за свои дурацкие вопросы и подозрения.

— Извини, я дурак…

— Ничего… главное, что ты живой! И ты мой дурак! — она вновь опустила голову на мою грудь, сжала кулачками одежду и сильнее прижалась ко мне.

Я приобнял Герду за талию, а вторую руку опустил ей на плечи, мы стояли так какое-то время, пока меня не окрикнули:

— Клемент Аристархович, с вами желает говорить император! — кричал всё тот же хлыщ, у которого я позаимствовал камзол для Герды.

Мы подошли к Александру IV.

— Я видел, кто именно сыграл ключевую роль в спасении моего сына. — император кивнул, словно отвечая самому себе, — Да, он очень слаб, и лекари твердят, что восстановление Алексея к норме займёт длительное время, но всё самое страшное позади…

Александр вымученно улыбнулся, на его лице прорезались глубокие морщины и стали особенно заметны мешки под глазами. Но даже так улыбка оказалась искренней. Государь выпрямил плечи и посмотрел мне прямо в глаза:

— Я в неоплатном долгу перед вами, граф Демидов. Есть ли у вас какие-то пожелания?

Нет, пожеланий не было, кроме одного: оказаться дома, залезть в ванну, а потом основательно выспаться. Что касается урегулирования вопросов с полигоном и сетью кофеен, то, даже если и будут сложности с законом, уверен, никто никаких препон сознательно чинить не будет. Так что, долг императора следовало оставить на будущее.

— Пока пожеланий нет, государь. — ответил я.

— Ну, если появиться, вы не стесняйтесь, сразу заезжайте, граф! — Александр похлопал меня по плечу, — А сейчас я желаю провести время рядом с сыном!

Император и его свита развернулись и направились куда-то в сторону от дворца, наверное, сейчас в Екатерининском дворце находится было небезопасно.

Я разглядел знакомую фигуру Нохая, слуга шёл к нам смущённым и всё время прятал взгляд, то смотря в сторону, то созерцая разрушения. Сильвия же оказалась возле Герды и поинтересовалась:

— Милая, могу я забрать диадему?

Девушка кивнула, но снимать с головы артефакт не стала. Ведьма подошла на шаг ближе, откашлялась в кулак и протянула руки к диадеме. Жрица взвизгнула и поспешно отдёрнула руки. Диадема Небесного Свода ударила бывшую хозяйку разрядом, не смертельно, конечно, но судя по реакции вполне чувствительно.

— Артефакт выбрал нового владельца, и даже если Герда сама вам отдаст диадему, работать в ваших руках она больше не станет! — пояснил произошедшее Гэль-Шукран.

— Почему⁈ — возмущённо взвизгнула ведьма.

— У Герды Истинное Владение! — терпеливо объяснял атлант, — Вы сами всё видели, такие техники вам никогда не были доступны.

— И что же теперь нам делать? — уже растерянно спросила сразу у всех жрица. — Мы же умрём без… без артефакта!

— А живите у нас, — предложила Герда, добродушно улыбаясь, — да и выбора у вас особого нет. Будете помогать, чем сможете, а в поместье места хватит на всех!

— Чего-чего, а выбора у нас действительно нет! — к ведьме возвращался её скверный характер.

— Перестань! — Сильвию приобнял сзади Ричард, оборотень нацепил на себя какие-то лохмотья и походил на странствующего дервиша, — Тебе предлагают кров и своё гостеприимство от всей души, а ты…

— Да знаю я! — ведьма обернулась и зыркнула на своего спутника, но почти сразу смягчилась, — Мы принимаем ваше великодушное предложение.

Сбоку от меня закашлял слуга.