Тени звезд - Антон Александрович Карелин

— Ну ладно, — сделав над собой усилие, признала Ана, — Ты был прав насчёт штуки, она и правда ценная. Но что нам со всем этим делать? День назад мы понятия не имели ни о каких шеклах, «Шекланде», хакерах, сумасшедших коллекционерах и интригах — а теперь готовы в этом погрязнуть. Разве ты этого хочешь? Может, лучше продать шекл, порадоваться нежданной прибыли и лететь своей дорогой, пока нас никто на самом деле не взломал или чего похуже?

Она плохо знала Одиссея Фокса.

Впрочем, сейчас Ане казалось, что она уже ничего не знает и не понимает. Её волосы ужасно запутались — нет, они были такие же шёлковые и чудесные, как всегда, просто никак не могли определиться с цветом чувств хозяйки. Они уже перестали быть чёрными от пережитого горя, но оставались опустошённо-серыми. Среди блёклых волн переливались цветные пряди: недоверчивый тёмно-фиолетовый и несогласный пронзительно-голубой, жёлтые отблески раздумий и золотистые ниточки надежды.

Ана хотела, но никак не могла поверить, что этот вихрастый парень — её спаситель. Тот, кого она была готова признать наставником, самый необычный человек из всех, прозорливый Одиссей Фокс. Из печального столетнего провидца он превратился в ладно скроенного красавца, каких во вселенной неисчислимые миллионы. Даже бесформенный свитер сидел плотнее на его молодом торсе и широких плечах. Пфф, нашёлся модник! И единственное, что осталось от Одиссея, к которому она испытала столько чувств — это загадочный чёрный глаз.

Он смотрел внимательно и чутко, как раньше, в глубине мерцала звёздочка непонятного цвета, неопределённая, как судьба. И у Аны внутри каждый раз что-то сжималось, когда он смотрел на неё.

Одиссей между тем стремительно размышлял, как поступить. Он сделал всё, чтобы отвлечь Ану от пережитой травмы: дурачился, раздражал её, вызывая ответную реакцию, помогал обустроить на «Мусороге» своё гнездо, чтобы начать новую жизнь. Он ухватился за первое попавшееся дело с колыбелью, в надежде, что это переключит девушку от деструктивных мыслей к созиданию, вернёт ей волю к жизни и желание двигаться вперёд. Эти усилия явно приносили плоды. Но Фоксу приходилось снова, второй раз подряд, преодолевать недоверие Аны — и от этого становилось грустно.

Впрочем, помолодевший детектив не собирался поддаваться унынию — да он теперь просто органически не мог. Всё-таки общее физическое состояние и гормоны чертовски влияют на личность! Молодой и мускулистый, парень чувствовал себя ого каким смелым и готовым к любым испытаниям.

— Мы не можем отвергнуть настолько любезное предложение, — решил он.

— Какое любезное предложение?

— Которое дал нам «э, брат, уважаемый» ящерн.

— Ты спятил? — изумилась Ана. — Они явно бандиты и просто хотят забрать шекл.

— Их всего пятеро, а нас с тобой целых двое.

Девушка смотрела на Фокса с растерянным гневом. Вот только-только она признала его интеллект, как вихрастый спешил опровергнуть!

— В расследовании как в игре в «угадайку», важно постоянно получать новую информацию, — объяснил детектив. — Получил кусок информации, дело продвинулось. Не получил, вязнешь в своих домыслах.

— Кто-то ещё недавно меня убеждал, что информация и улики вторичны, а самое важное — умение их интерпретировать… — начала Ана и тут же осеклась.

Ведь об этом ей говорил прежний, настоящий Одиссей. И апеллируя к тому разговору, продолжая его, она невольно признавала, что этот наглый проходимец и есть её старый босс.

— Интерпретировать важнее, чем получать, — кивнул Фокс. — Но получать-то всё равно надо. Гамма, из какой системы пришло приглашение?

— Система Гуро, промышленная зона пятой категории, высокий уровень бедности и преступности. Полёт через врата доступен за минимальный тариф.

— Ясно. Ответь от лица недотёпы нашим «э, братьям», что мы радостно спешим на встречу. Прими точку рандеву, которую они назначат, какой бы глухой и уединённой она ни была. Ана, в твоей чудо-сумочке наверняка есть какой-нибудь отличный гаджет как раз для таких случаев?

Ассистентка посмотрела на него, как на чокнутого, но затем вспомнила про одну штуковину, покачала головой и пошла в свою комнату — разбирать запасы и переодеваться.

Одиссей почти целую минуту что-то тихо шептал Гамме, когда дверь за девушкой закрылась.

— Принято, — ответил ИИ.

— А ну выключись, ты!.. — из отгороженной комнаты Аны послышался возмущённый возглас. — Что за наглый помощник⁈

Кажется, бывшая принцесса открывала для себя интерфейсы мульти-ванной капсулы.

— Значит, система Гуро, — задумчиво произнёс Фазиль, внимательно рассматривая рыночные сводки. — Пожалуй, я высажусь с вами.

— По поводу нашего нового бизнеса? — с интересом спросил Фокс.

— Да-да, — кивнул бухгалтер. — Бекки, готовь тележковый десант.

Глава третья: Охота на лоха

Косой переулок жался боком к техно-комплексу и кончался безвылазным тупиком. Сверху, закрыв полнеба, нависла громадная атмосферная станция химической переработки. Она состояла из сфер, каждая размером с распухший небоскрёб, а вокруг них наслаивались многоярусные металлические леса, которые тянулись на километры.

На фоне этой мега-структуры летали медленные баржи, почти невидимые в темноте. Загруженные мигали пронзительно-красными огнями, пустые — тоскливо-синими. Пейзаж был поражающий и мощный, если только ты не впитал эти виды с малых лет — в таком случае атмосферная станция казалась тебе символом вечной недостроенности и доказательством, что на этой планете никакие начинания не приводят к должному результату.

Справа за высокой оградой рокотал несмолкающий гул промышленной зоны. Слева блестела мокрая от испарений стена — старая, пустая и бессмысленная, как жизнь многих обитателей системы Гуро. Когда-то на ней с вызовом красовались смелые, жестокие или похабные граффити, но они давно выцвели, а новых не появилось, потому что трафферы потеряли к этому переулку интерес. Ведь для провокационного искусства нужны те, кого провоцируешь, а здесь появлялись одни и те же лица, ценители совсем других вещей. Да и они приходили нечасто, а в основном переулок стоял влажный и пустой.

Поэтому Рокча-тупик был идеальным местом для регулярных разборок или нерегулярной засады на лоха, ценного пушного зверя, которого следовало сюда заманить и по-быстрому освежевать. Ведь лох — самая распространённая раса в галактике, она никогда не вымрет. Вот, полюбуйтесь, очередное доказательство: пара двуногих недотёп вошла в переулок и двинулась прямо в разинутый тупик, приближаясь к неминуемой развязке (не транспортной, а сюжетной).

Именно так размышлял мощный и кряжистый ящерн, достойный звания доктора меланхолии, хотя он не кончал никаких университетов и академий, а просто родился и вырос на Гуро. Ящерна звали Хави Занзар, друзья знали его под кличкой Ровный, он был ещё не зрелый, но уже и не юный, а просто зелёный и молодой. В полном консенсусе с Ровным мыслили и остальные — вчерашние дерзкие пацаны, а ныне уверенные пользователи шоковых дубинок и инерционных вибро-цепей.