Чёртов лог - Ворон

печи. Сам он трясся от холода, а челюсть выбивала дробь. Через пару минут он уже сидел у печи в халате Потапа, а его одежда была развешана над печью.

— Так пропал ты куда? — спросил Потап, протягивая ему чашку горячего чая.

— В преисподней я был, — произнёс Петруха не своим голосом. — В самом аду.

— Не гони.

— Честно тебе говорю. Я когда на обратном пути в логу движок на мотоблоке запустил, слышу, в кустах, что чуть выше, кто-то зашевелился. Сперва подумал, что корова там или ветер гуляет.

— Ветер? — нахмурился Потап.

— Знаю, Потап. Тоже много раз слышал про чертей. Но я-то не дурак в бабскую мистику верить. Мало ли о чём старушки у нас шепчутся. Они о многом лясы точат. Я же всегда до Степана напрямки ходил. И никогда ничего не случалось. Плевать, что там тропа не хоженая. Кормилица моя всегда впереди меня бежит и траву мнёт.

— То есть ты частенько по этому логу ходишь? — уточнил Потап.

— Ну, как частенько? Техника, слава Богу, хорошая, немецкая. Ломается редко. Но как надо, иду через лог. И всегда всё нормально было. А сегодня просто ужас какой-то. Подниматься начинаю, а в кустах шевеление всё сильнее. И вдруг БАЦ! Как будто что-то щёлкнуло. Помню только, что руки сжались. Пропала моя кормилица, а я в кулаках воздух сжимаю. И всё такое сразу красное стало. А я иду вперёд. И чуть с обрыва не упал. Благо остановиться вовремя успел. А обрыв над озером каким-то странным. Булькало в нём что-то такое противное. Знаешь, на лаву из вулканов похожее. Вязкое и воняет ужасно. Я остановился. Сам ничего понять не могу. Вроде в деревни был, а тут очутился не пойми где. И тут птица огромная такая пролетает мимо. А то девка с крыльями. Представляешь?..

Потап сел на диван, ожидая, пока Петруха отхлебнёт горячего напитка.

— Ну, я в непонятках. А девка пролетела мимо. Зыркнула на меня подозрительно так. Крылья у неё, как у летучей мыши, только огромные. Наверное пятерых укрыть сможет. А сама красивая, как в городе девчата. Всё тело перетянуто красными блестящими то ли ремнями, то ли портупеями. Сиськи размером с хорошие арбузы. Короче соблазнительная вся такая. Я рот открывши стою и стараюсь понять, что вообще происходит. То ли в аду я, то ли мне всё это сниться. А девка покружила надо мной. Вроде как рассматривала, и полетела куда-то вниз. Пригляделся, а внизу бережок под отвесной скалой. А к скале мужик какой-то прикованный. Рядом две девки, и моя эта подлетает к ним третьей. И творят они с ним непотребства всякие. А тот весь красный. Стонет. Вроде и наслаждаться должен, а рожа у самого, как будто его на костре живьём жгут. Тут я и смекнул, что в самый ад попал. Так тут распутников наказывают за грехи. И только я подумал, как прямо передо мной возникает другая девка. Сам не понял, откуда она появилась. Тоже красивая до безумия, с грудями-арбузами. Только без крыльев, зато с рогами на голове, как у чёрта. И тело всё такими же ремнями перетянуто. В этот раз чёрными. Стоит, на меня смотрит каким-то взглядом непонятным. И тут понял я, что она меня также прикуёт к камню, как того грешника, и начнёт истязать. А меня-то за что? Я же никогда Светке своей не изменял. И на других баб не заглядывался. А тут понимаю, что сейчас обрекут меня на муки вечные. Ну, я задним ходом от неё. Поворачиваться спиной к ней не хочу. Мало ли. А тут ещё и крылатая рядом приземляется. И тоже в меня глазами вперилась. Я назад, а там камень. В тупике я оказался. И эти на меня наступать стали. Ну, я «Отче Наш» вспомнил. Благо бабка ещё в детстве выучить заставила. Упал я на колени и давай молиться. И тут, как молния сверкнула. То жара была, с меня аж семь потов сошло. И вдруг резко и потемнело, и холодно стало. Ещё и дождь хлещет. Вскакиваю на ноги. А я в родной деревне появился. Ну, я сразу и наутёк.

— Это хорошо, что тебя выпустили, — кивнул Потап. — Значит, рано тебе ещё. Но почему ко мне? Тебе до дома быстрее.

— А к кому ещё? — чуть не крикнул Петруха. — Кто здесь главный по охране?

— Я охрана правопорядка, а не душеприказчик. Это тебе к Отцу Георгию надо было. Он священник, и такими делами он заведывает.

— Слава Богу, что вернулся, — грустно улыбнулся Петруха, уже почти согревшись. — Вот только кормилицу жалко. Пропала моя техника. Наверное, там, в аду осталась.

— Да, нормально всё с ней. К Никитичу приехала без тебя. Сейчас у него в сарае стоит. А вот твоя пропажа — это прям факт из ряда вон, что называется. Как же ты умудрился?

— Потап, дорогой. Ты меня знаешь, я из непьющих. Ну, только по праздникам. И никогда, даже к слухам бабским не прислушивался. Зачем мне врать? И не выдумщик я.

— Я-то тебе верю, — Потап смотрел на него с прищуром, потирая подбородок. Рассказ пропавшего и неожиданно вернувшегося Петрухи, казался совершенно фантастическим. Но то, как он рассказывал, да и репутация его самого, как человека честного, всё же добавляли достоверности.

— Ладно, — хлопнул Потап себя по коленям и поднялся с дивана. — Утро вечера мудренее. Дождь, скорей всего, на всю ночь зарядил. Поэтому, оставайся у меня. Постелю тебе здесь. А пока на телефон и звони своей Светке. Успокой её, а то тоже с ума сходит.

Утром, проводив Петруху, Потап уехал в город по делам. Вернулся он ближе к обеду. Проезжая мимо магазина, он, как и планировал, остановился рядом. Надо было прикупить кое-чего для прожорливого домашнего холодильника, требовавшего съестные жертвы каждый день. Потап даже улыбнулся этой мысли. Ведь жертв требовал он, а холодильник выступал лишь в роли посредником.

Войдя в торговый зал, он застал типичную картину для деревни. Молодая продавщица трепалась с подругой, пока у кассы накапливалась небольшая очередь. На их бубнёшь из склада выглянул Денис. Увидев старушек, толпящихся у кассы, он нахмурился.

— Э! — грубо крикнул он. — Слышь, курица! Шустрей уже! Бери и отваливай! Не задерживай очередь.

Продавщица растерялась. Видимо, Денис появился неожиданно и застал её врасплох. Зато её подруга быстро схватила пакет с покупками и шмыгнула к выходу. Потап выдохнул с облегчением. Именно таким он и привык видеть Дениса. Просто накануне произошёл небольшой сбой. Вот Денис и пускал слюни. Всё возвращалось