Истории Эписа. Некромант - Софья Эл

— Присяду?

— Да.

Марил села на самый край, стараясь держаться подальше, удивленно посмотрела на Эли, не отпускающую мою руку. Сковывающий меня страх наконец стал уходить.

— Ведь ничего не нашли, правда? — я усмехнулась, глядя в глаза Осирис.

Девушка подняла нос, от чего он, казалось, стал вздернутым еще сильнее. Достаточно милая. Белая майка стала серой от пота и пыли, но это нисколько не портило красоты девушки. Показная брезгливость. Еще один человек, который чихать на самом деле хотел, некромант я или нет. Просто так принято — брезговать и бояться. Зная ее двух старших сестер, я могла с уверенностью сказать, что те без защитного костюма и пары бокалов шампанского и в комнату бы не вошли. Даже под страхом смертной казни.

— Это пока не нашли. Только пока, — не стала врать мне Елена, — я думаю, что мы просто не знаем, что именно искать. Для этого ты и нужна нам, Вел, — и, пристально посмотрев мне в глаза, добавила: — Только для этого.

Эли прыснула, и мы обернулись на нее. Девушка с самым отстраненным видом расправляла на коленях ткань сарафана. Я приподняла бровь, но подруга просто покачала головой, застегивая на ноге сандалию.

Подхватив свой чемоданчик, Елена ушла, покачивая бедрами в самом грациозном смысле этого слова. Если, конечно, к таким формам вообще можно было применять хоть какие-то приличия.

Не успела она исчезнуть, как в комнату влетел взъерошенный Бен Хани. Окинув помещение взглядом, Ра кинулся к своей жене и грубо отпихнул меня в сторону. От неожиданности я врезалась плечом в шкаф. Чертова мебель. С ним точно нужно что-то решать.

— Поосторожнее нельзя? — пробурчала я обеспокоенному мужчине, потирая ушибленное плечо.

Взгляд Бена мне совсем не понравился. Ненависть. Отрешенность. Брезгливость. Его гнев обрушился на меня горячей волной. Я не смогла удержаться и сделала глоток. И, черт, Бен почувствовал. Лишь на секунду промелькнул страх, тут же сменившийся отвращением.

— Бен, стоп, это же я…

И не успела я продолжить, как слова полетели мне в лицо.

— Убери от меня свои грязные щупальца, Валери. Клянусь Всевышним, если я еще раз увижу тебя рядом со своей женой — я оторву твою бестолковую башку и скормлю собакам.

В голосе Ра не было ничего, кроме неприкрытой ненависти. Бен даже не пытался скрывать свою злость. В грудь словно вогнали кол. На секунду, показавшуюся вечностью, мне стало нечем дышать. Звук пощечины отрезвил меня и ошарашил Бена, теперь потирающего лицо.

— Не прикасайся ко мне.

Голос моей Эли был холоднее Северных ледников. Бен смотрел на нее и не мог поверить, что его веселая и улыбающаяся жена способна на такое. Если честно, я отлично его понимала. Меньше всего мне хотелось, чтобы сейчас из-за меня происходило непоправимое.

— Эли, успокойся, пожалуйста. Тебе нельзя нервничать, — я ласково посмотрела на подругу.

— Не разговаривай с ней! — крикнул Бен и замахнулся на меня.

Внутри все сжалось в ожидании удара. Да, я могла его остановить. Но он один из Смотрящих. И мой друг. Даже если он сам забыл об этом. Облегчить боль мне помогут воспоминания. Это делает и говорит сейчас не он, а то воспитание, которое закладывалось в головы чистокровных с младенчества. Нет, он никогда бы не ударил женщину. Но в его глазах, в их родовой памяти, я не была человеком. А сейчас лучшее, что я могу сделать, — вытерпеть.

— Ты сошел с ума! — закричала Эли.

А удара так и не последовало. Я открыла глаза.

Глава 3

Эрик Крейн сжимал руку Бена. Удар, направленный на меня, светился энергией. Ужас пробрался внутрь и противно зашевелился в кишках. Ра задействовал Книгу, чтобы уничтожить меня единственным ударом. Мой друг был готов на убийство просто потому, что теперь я некромант. Что же меня ждет от тех, кого я считала врагами?

Крейн отразил усиленный удар даже не доставая из кармана Книгу. Я видела, что при этом ни единый поток жизни не был выпущен. От удивления даже забыла, как страшно было секунду назад. Старший наследник древнего рода. Единственный оставшийся в живых чистокровный Осирис в семье Крейнов. Его дед погиб десять лет назад, когда вместе с Эриком отправился в один из походов Бесконечной войны. Братьев никогда не было, он так и оставался единственным ребенком в семье. Дядя был убит еще когда Эрик был маленьким, а остальные родились девочками и по старинной традиции Осирис не развивали свои Дары. О смерти же отца Крейна я узнала полгода назад. И, если честно, вздохнула с облегчением.

— Не делай того, о чем после пожалеешь, — прошипел Эрик, отодвигая руку Смотрящего, — ее еще нужно опросить.

Бен потер кулак, продолжая смотреть на меня со злостью.

— И я с удовольствием сделаю это, Крейн, — сквозь зубы сказал Ра.

— Не ты. Это мое дело, Бен, — Осирис был спокоен, словно только что не остановил скалу, движущуюся на меня.

Бен рассмеялся, качая головой.

— Нет, Эрик. Ты не имеешь права ее допрашивать. Ты — заинтересованное лицо. Так что, Вел, собирай вещи, и я жду тебя в Башне Смотрящих, — голос Бена не предвещал ничего хорошего.

Нет, ну если ты так напрашиваешься, дружище, то давай. Поток грозился вырваться из пальцев, задействовав резерв завтрашнего дня. Ничего, я отработаю долг. Ты так прекрасно злишься — вот и посмотрим, каковы твои эмоции на вкус. Скорее всего, у меня будет несварение, но ничего, потерплю.

— Имеет право, — спина Эли натянулась словно струна.

Мы все уставились на нее, не понимая, о чем она говорит. Крейн заинтересованно наклонил голову, а Бен растерянно протянул руку, но тут же, заметив взгляд жены, остановил движение.

— Согласно 16-й поправке Смотрящий не имеет права вести дело и допрос свидетелей, если среди таковых есть его близкие родственники. А согласно статье 19-й некроманты признаны вне законов Эписа и приравниваются к умершим. Поэтому, в связи с совокупностью факторов, Валери мертва для буквы закона. Так что Эрик имеет полное право на ее допрос, — Эли победоносно окинула взглядом присутствующих.

Подруга сияла, словно начищенный самовар. Да, ее всегда интересовало все, что связано с Правящими и организацией права. Еще в Доме она с жадностью поглощала литературу, собирала газетные вырезки и стремилась защищать тех, с кем законы Правящих были слишком суровы. И сейчас ее увлечение спасло нас с Беном от открытого конфликта. Я смотрела на подругу с благодарностью, не веря своему счастью. Если еще утром я считала проклятием появление Крейна, то сейчас была