Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию. Междукнижие - Вадим Валерьевич Булаев

звонко свистнул на всю турбазу, затем прокричал расположившимся поодаль вервольфам:

— Готовьте сотку! Велосипед найден, — а затем, вполголоса, серьёзно поинтересовался у друга. — Не боишься клиентов потерять? Мы же их сейчас мордами в дерьмо тыкнем. В лицо тебе ничего не скажут, конечно, однако и не простят.

— Да чихал я на них, — беспечно улыбнулся Иванов. — Пошли нашу сотку получать. Всё по-честному.

Вместо эпилога

— И последнее, — из кармана Серёгиного спортивного костюма появилась ложка. — Осматривать будешь?

— Нет. Вижу, что обычная. Без иллюзионистских штучек.

— Тогда...

Зажав кончик ручки двумя пальцами левой руки, Иванов вытянул её перед собой, сконцентрировался, направляя поток Силы в кулинарную железяку. Мощный, без всяких заумных приготовлений и заранее просчитанных диаграмм подачи. Почти неконтролируемый.

На глазах призрака ложка раскраснелась, точно девица на морозе, еле заметно дёрнулась, сначала медленно, а потом всё быстрее и быстрее сгибаясь пополам.

— Держи! — искривлённый металл почти уткнулся в ладонь Швеца. — Проверяй.

Взять предложенное Антон не успел. Едва коснувшись, он резко отдёрнул пальцы, с ожесточением дуя на подушечки.

— Горячее...

Ложка по-жонглёрски взлетела в воздух, перекувырнулась несколько раз и была поймана инспектором.

Снова взлетела, снова поймалась. На третьем приземлении её перехватил Швец. Ощупал, повертел, постучал по сгибу. Без подвоха.

— Как?!

— Обычное колдовство, — хохотнул Серёга, страшно довольный обескураженностью напарника. — Долгие тренировки, могучий интеллект и целеустремлённость.

Призрак уважительно цокнул языком, спрятал ложку в карман. На память, как сувенир. Потом Машке покажет.

Антон не заметил, что этой пресловутой ложкой Сергей манипулировал, используя правую руку, а левую убрал в карман. Прожжённые до мяса пальцы страшно болели, кожа чудом не приварилась металлу, но это казалось несущественным.

Он её согнул.

Конец сборника