Владимир Михановский - Самое таинственное убийство(Терра)

Незаметно Сильвина задремала. И совсем не удивилась, когда в мозгу раздался тихий голос:

— Здравствуй. Это я.

— Я ждала тебя.

— Ты должна ответить на мой вопрос, заданный в прошлый раз. Время не терпит.

На этот раз Сильвина не смогла противиться таинственной гостье. Она долго рассказывала о Заваре, отвечая на самые придирчивые и дотошные расспросы. Старалась вспомнить мельчайшие детали, коль скоро от этого, по словам привидения, зависело спасение Арнольда.

Когда любопытство гостьи было насыщено и голос умолк, Сильвина сказала:

— Разреши и мне задать вопрос.

— Спрашивай.

— Ты из расщепленного пространства?

— Нет, я только собираюсь туда.

— Как славно было раньше, — вздохнула Сильвина.

— Это когда же — раньше?

— Когда не было будатора, когда не возникали эти параллельные миры…

— Заблуждаешься, Сильвина. Люди всегда жили рядом с расщепленным пространством, только не догадывались о его существовании. А потом узнали, но не постигли его физической сущности.

— Люди прежде знали эти миры?

— Конечно, с древнейших времен. Отсюда — мифы и легенды о том свете, о рае и аде. Время от времени люди попадали в параллельные миры, а иные и возвращались.

— Есть примеры?

— Сколько угодно. Вспомни Данте Алигьери. Италия, тринадцатый — четырнадцатый век…

— Я читала «Божественную комедию», она у нас в библиотеке есть, — перебила Сильвина. — Значит, ад, чистилище и рай, которые он описал…

— Несомненно, это параллельные пространства.

— А как он вернулся?

— Если бы я знала!

— Но если ты не была в расщепленных пространствах, откуда ты можешь знать, что Данте правильно описал их?

— У меня есть интуиция, — Сильвине показалось, что голос усмехнулся. — Для физика она важнее знания.

— Так ты физик?

— Хочу стать им.

— Но Данте — это средние века. Это было давно… А как обстоит дело сейчас?

— Есть и теперь на Земле места, где пространство расщеплено.

— Ты побывала там?

— Да.

— Где это?

— В горной стране Тибет. Но я многое тогда не поняла. Только теперь, когда начала изучать великую книгу, где все это описано.

— Что за книга?

— «Книга мертвых».

— Утром пойду, разыщу ее и тоже стану изучать, — сказала Сильвина.

— В твоей библиотеке ее нет.

— Так ты мою библиотеку знаешь?

— Знаю.

— Расщепленные миры, которые имеются в Тибете. Они связаны с тем миром, в котором исчез Завара?

— Все во вселенной взаимосвязано.

— Откуда трещины могли появиться, если раньше будатора не было?

— Подобие будатора может быть где-нибудь в космосе.

И трещина оттуда, блуждая, может добраться до Земли. Точно так, как трещина ползет по весеннему льду.

— Скоро весна… — слабо улыбнулась Сильвина. Так, с улыбкой, она и заснула.

Когда она проснулась, было позднее утро. Солнечные зайчики весело дробились на оконных стеклах, заливая комнату. Сильвина почувствовала себя выспавшейся и отдохнувшей. Прикрыв глаза, перебирала в памяти ночной разговор, пыталась сообразить: явь это или необычайно яркое сновидение?

Когда-то, еще когда тянулось следствие, Атамаль развивал ей свою новую теорию сновидений: благодаря туннельному эффекту, в пространстве блуждают частички с разбуженной памятью.

Стоит одной такой частичке попасть в мозг спящего — и вот вам сон, самый странный и непостижимый…

Вспомнив о задуманном опыте, она открыла глаза и посмотрела на тумбочку: стакан был цел, но воды в нем оставалось чуть-чуть, на донышке, хотя она помнила, что когда засыпала, стакан был почти полным. Прибравшись и отдав белковым необходимые распоряжения по дому, она отказалась от обычного тенниса и гимнастического тренажера. У Сильвины были на сегодняшнее утро другие планы.

…Каждый раз, обращаясь мыслями к рабочему кабинету Завары, она испытывала двойственное чувство. Ее тянуло туда, и в то же время она побаивалась открыть массивную дверь, словно там ее мог-то встретить нечто неведомое. Сегодняшний разговор с таинственным голосом разбередил ей душу. Были, оказывается, люди, которые попадали в параллельные миры и оттуда возвращались. Так ведь и Арни может возвратиться? А где это лучше сделать, как не на том месте, где он исчез?!

Сильвина вошла в кабинет, и губы ее задрожали: пусто.

Все аккуратно прибрано. Пустота отдает мертвечиной, хотя Завара и твердил, что все в мире — живое.

Ей припомнились стихи, которые прочитал когда-то Делион: «Иду по старому кладбищу, шепчу прощальные слова. Растет на пыльном пепелище жизнелюбивая трава. И мне тревожно поздним летом искать следы ушедших лет. Всему есть место в мире этом, и только смерти места нет».

— И только смерти места нет, — повторила Сильвина негромко.

Появилась у Сильвины еще одна забота — белковые. Они менялись буквально на глазах. Внешне сервороботы оставались теми же — шары с упругими и мощными щупальцами. Но поведение их становилось самостоятельным. Однажды она застала серворобота за необычным занятием: стоя перед радиопередатчиком, он бойко выстукивал морзянку.

— Что это значит? — спросила Сильвина.

— У меня сеанс связи.

— С кем?

— С белковыми из Ядерного центра.

— Вот как… Что же там нового, в Ядерном центре? Я хотела поговорить с Эребро, но… не удалось.

— Готовят эксперимент. В окрестностях Ядерного установили будатор. Он расслоит пространство. Это даст возможность одному из людей проникнуть в параллельный мир.

— Кто же будет этот смельчак?

— Физики еще не знают: этот человек должен обладать определенным свойствами, связанными со структурой головного мозга.

— Понимаю.

— А наши белковые братья в Ядерном уже вычислили, кто это может быть.

— Делион, наверно?

— Нет, Радомилич.

— Даниель?! Эта… Эта… — Сильвина не находила слов от возмущения. — Глупа как пробка!

— Умственный потенциал не имеет значения.

Взволнованная разговором с белковым, она выскочила во внутренний двор. Шла, не выбирая дорожки, глубоко проваливаясь в рыхлый снег. Сугробы, наметенные белковыми, потемнели, набухли. Но снежная поляна посреди двора стойко сопротивлялась наступающей весне. Это было любимое место прогулок Сильвины. Итак, Даниель должна ступить в параллельное пространство? Пускай идет, авось не возвратится. Нет, она не желает ей зла. Пусть Радомилич существует. Но только там, в иных просторах. Двоим в одном мире им тесно…

Но тут новая мысль обожгла ее сознание. А если Даниель встретится там с Арнольдом?! Сильвина непроизвольно ускорила шаг, потом побежала. Снег на поляне ослепительно блестел, слепил глаза, но она ничего не замечала. Нужно что-то придумать, и немедленно. Но что она может сделать, сидя на вилле?