Исправник - Петр Ингвин

пор не знает моя подруга. Время пришло. Начну с главного. Я — мессия. Это так. Не надо вопросов, дослушайте и сами все поймете. Я родился давным-давно, я современник ваших предков, прилетевших с Земли. Я тоже с Земли. Меня выбрали из миллионов, чтобы однажды я совершил невозможное — невозможное для обычного человека, но не для мессии. Мое тело особым образом доработано, мои возможности фантастически выросли по сравнению с человеческими, и с тех пор меня ведет высшая сила — она защищает меня, направляет и снабжает необходимыми знаниями. Меня сложно назвать обычным человеком, но колдуном или нежитью еще более неверно. Я мессия. Моя миссия — освободить людей от гнета нежити. В незапамятные времена меня отправили в космос на небольшом звездолете. Мое тело без сознания лежало в состоянии анабиоза — это такой сон, но человек в нем не стареет. Прошло огромное количество лет, и корабль потерпел крушение на вашей планете. Насколько понимаю, корабль шел по следу одного из ковчегов — того, на котором ваши предки прибыли на Новую Землю. Я отправился в путь буквально за ними, а прилетел через невероятное количество лет. Наверное, в пути что-то произошло. Я не знаю, как проходил полет и что случилось, я спал. Возможно, в космосе с кораблем ничего не случилось, просто его скорость была несоизмеримо меньше скорости ковчега. Об этом я могу только догадываться, истина мне неизвестна. О крушении я узнал на планете, когда вышел из анабиоза. Летел ли со мной кто-то еще, я не знаю. Если в корабле были люди, они погибли. Вдребезги разбились все роботы. От корабля остались жалкие обломки. Повезло только мне. Чуть позже стало понятно, что «повезло» — неправильное слово. Сверхъестественная сила вела меня через световые годы именно сюда, на Новую Землю. Очнувшись в одиночестве на незнакомой планете, я осознал, для чего существую. Возможно, я был единственным человеком на том корабле. Допускаю даже, что корабль построили и запустили ради меня. Нет, простите, я неверно выразился. Не ради меня. Ради вас. Я здесь для того, чтобы спасти людей и вернуть их на пьедестал правителей мира. Существа, которых вы называете нежитью, должны подчиняться человеку, они обладают неописуемыми возможностями, перед которыми меркнут даже мои чудесные возможности. Вся эта потрясающая мощь должна служить людям. В меня же вложено только то, что поможет миссии.

— Много слов красивых и непонятных слов, в том числе опасных слов, а смысл до сих пор неясен, — сказал бригадир. — Что ты хочешь от нас?

— Мне нужна помощь в поимке нежити. Если одну из них поймать правильно, я заставлю ее служить людям. Прирученная нежить поможет приручить остальных — всех, сколько есть, до последней.

Бригадир задумался. Слово взял его помощник.

— Вы слышали? Вы поняли, что сказал новичок? Если кто-то не понял, переведу на нормальный язык. Сказочник одержим дикой идеей, очень опасной, от нее несет смертельными неприятностями. Он хочет поймать и подчинить нежить. Все понимают, что произойдет, если нежить перестанет заботиться о людях. Люди погибнут. Новых людей никто не приведет, и постепенно не останется никого, кто противостоял бы болезням. От болезней мужчины и женщины станут бесплодными — и взрослые, и молодые. Рано или поздно умрут все. Люди вымрут. Все люди. Такой ли судьбы мы хотим себе и своим детям?

Бригадир поморщился:

— Все правильно, но запретить что-то — это не решить вопрос, а отложить его. Рано или поздно любой запрет нарушается. Мы можем ответить Сказочнику «нет», но найдется кто-то, особенно среди молодых, кому наше решение не понравится. В молодости все решения стариков кажутся глупыми. Мне кажется, окончательно решать рано, мы услышали еще не все. Хотелось бы узнать в подробностях, что предлагает Сказочник. Пусть он расскажет, что собирается сделать и какой помощи от нас ждет. Детально. Выслушаем до конца, потом решим.

Сказочник обвел глазами собравшихся:

— Нужно поймать нежить так, чтобы она не поняла, что ее поймали. Лучше всего заманить ее в пещеру под видом, что там умирает рабочий, или под любым другим предлогом. В подземном тупике надо обрушить своды над нежитью и позади нее. Другими словами, нежить надо запереть и обездвижить, но сделать это так, чтобы она не чувствовала угрозы от нас. Обрушение не должно походить на дело рук человеческих.

— При умелом исполнении это осуществимо, — кивнул бригадир. — А чем будешь заниматься ты?

— Я останусь в пещере рядом с нежитью, буду ждать в безопасном месте и, когда произойдет обвал, брошусь ей «на помощь». Нежить будет видеть во мне друга. Это и есть цель того, о чем я вас прошу. В голове нежити установлено устройство… скажем так: у нее есть орган, который не дает мне подчинить ее сознание сразу. Я пытался. Когда нежить чувствует, что ее сознанием пытаются завладеть, устройство в ее голове включается, и нежить погибает.

—Завладеть сознанием нежити — это колдовство.

За время путешествий по деревням у Сказочника выработался ответ, Анюта его уже слышала в его рассказах:

— Будь я колдуном, я внушил бы вам, что прав, и вы, без собраний и обсуждений, признали бы мою правоту, а вы задумываетесь о моих словах и даже спорите с ними. При чем же здесь колдовство?

— Как понимаю, ты уже пытался побороть нежить? — спросил бригадир.

— Да. Сначала я рассчитывал только на себя. У меня не получилось, нежить погибла. Зато я узнал, как она устроена, и понял, как ее приручить правильно.

— Он — мессия! — гаркнул с места Гамадрил. — Его не берут стрелы, и он видит сквозь деревья!

Капитан добавил:

— Когда новички прибыли, Сказочник увидел меня раньше, чем я его.

О походе в святилище он умолчал. Ждет подходящего момента? Не лучше ли рассказать сразу обо всех «чудесах»? На большинство собравшихся умение творить чудеса подействовало бы сильнее разглагольствований о спасении и возвеличивании человечества. Анюта подумала, что Сказочнику нужно самому рассказать о лечении без участия нежити. Чем больше физики, тем больше людей увидит в нем мессию.

— Капитан — лучший в своем деле, поэтому он капитан, — сказал бригадир. — Новичок увидел капитана, когда тот прятался среди деревьев, а это значит одно из двух. Первое: капитан спрятался плохо. Второе: новичок, как охотник, лучше капитана. То и другое говорит, что у капитана появился соперник.

— Я не отрицаю, — сказал капитан, — кое в чем Сказочник лучше меня. Я не