Симулятор убийств - Джейсон Пинтер

в своих креслах, чтобы посмотреть, они восторженно тыкали пальцами в картинки, радуясь узнаванию.

– За последние два десятилетия, – сказал Лейк, – я построил одну из самых успешных международных развлекательных компаний. Годами люди мечтали приобщиться к самым загадочным, жестоким, удивительным и незабываемым преступлениям в истории. К преступлениям, о которых они только читали, слушали или смотрели. Они видели их извне – что я считаю смертельным. Я хотел, чтобы люди побывали внутри преступления. Хотел, чтобы они встретились со своими антигероями, с преступными умами, убийцами, шарлатанами, грабителями, иконами и легендами. Благодаря вам мне это удалось.

Зал взорвался аплодисментами. Кэсси тоже присоединилась.

– Уверен, у каждого из вас есть свой любимый сим. Любимая легенда, – сказал Лейк. Люди за столом закивали. – Расскажите мне о них. Кто это?

Хиро Икеда поднял руку.

– Я люблю Цутому Миядзаки и Ребекку Стауб.

Лейк хлопнул в ладоши.

– О, убийца из Отакю и мошенница из Коннектикута, – одобрительно кивнул он. – Два очень разных и очень запоминающихся случая. Миядзаки жестоко убил четырех девочек в Токио и Сайтаме. А Стауб вышла замуж не за одного, не за двух, а за трех миллиардеров, а потом пропала, прихватив сорок семь миллионов долларов. Кто еще?

Франке Мюллер выкрикнула:

– Вампир из Дюссельдорфа.

– Да, великий Питер Кюртен, – сказал Лейк. – Предположительно пил кровь своих жертв. Обезглавлен в Кельне в тридцать первом после признания виновным в девяти убийствах. Один из моих любимых симов.

Со своего места поднялся мужчина в желтой шапочке с узорами. Над его головой загорелось: Банджоко Муса, директор по лицензированию, «Паст-Крайм», Нигерия. Муса сказал:

– Я был счастлив помогать в разработке симуляции Мозеса Ситхола.

– Убийцы Эй-Би-Си[34], – торжественно произнес Лейк. – Который терроризировал Южную Африку в середине девяностых. Страшный человек. Ваша семья лично связана с ним, не так ли?

Муса кивнул.

– Мой отец жил в Йоханнесбурге в девяносто пятом. Убийства Ситхола переполошили всю ЮАР. Настолько, что Мандела обратился к общественности с призывом помочь в поимке убийцы. По данным полиции, у Ситхола было тридцать жертв. Но в своем признании он заявил, что их семьдесят шесть. Семьдесят шесть. Я решил, что моя миссия – рассказать моему народу об этом преступнике. Туризм в Нигерию в Терре+ и Терре– растет по экспоненте с тех пор, как была запущена симуляция Ситхола. Вы обеспечили работой множество моих сограждан.

– Я должен поблагодарить жителей Аттериджвилля, Боксбурга и Йоханнесбурга[35] за помощь в проработке сима, – сказал Лейк. – Спасибо за ваши добрые слова, мистер Муса.

Муса с достоинством кивнул и сел на свое место.

– Вот, друзья мои, – продолжал Лейк, положив ладонь на грудь, – ради чего я все это делаю. Моя задача – не только развлекать и просвещать, но также давать людям работу, чем я искренне горжусь и что, надеюсь, зачтется мне, когда мой земной путь подойдет к концу. К счастью для нас всех, я планирую еще задержаться здесь.

Участники рассмеялись и зааплодировали. Лейк купался во всеобщем преклонении.

– Как вы знаете, моя компания началась с парка «Киллерленд» в Терре–. Мы начали создавать симуляторы в поддержку парка, чтобы позволить людям получить незабываемый опыт в физическом и цифровом мирах. Однако я всегда мечтал объединить эти миры. Разве не будет великолепно совместить их? Использовать новейшие технологии, чтобы привнести прошлое в настоящее?

По залу пробежал шепоток. Лейк для пущего эффекта сделал паузу. Когда касты успокоились, он продолжил:

– Я никогда не был особенно религиозным. Но некоторые отрывки из Библии запомнил на всю жизнь. Создавая «Паст-Крайм», я вспоминал Первое послание к коринфянам, главу пятнадцатую, стих сорок второй: «Сеется в тлении, восстает в нетлении». Виртуалы в наших симуляциях будут жить вечно – как легендарные преступники из прошлого. Вы все знаете, чего мы уже достигли. Сегодня я покажу вам, чего мы еще достигнем. Мистер Муса. Пожалуйста, повернитесь.

Банджоко Муса с любопытством покосился на Лейка, потом развернулся в своем кресле. Перед ним появился мужчина. Он был худой, лет тридцати восьми, с темно-карими глазами и улыбкой, от которой у Кэсси мурашки побежали по спине. Стоило Мусе его увидеть, как он вздрогнул и вжался в спинку кресла.

– Мозес… Ситхол? – воскликнул Муса в ужасе и трепете. Мозес Ситхол протянул Мусе руку. Тот уставился на нее, потом осторожно взял, и серийный убийца помог ему встать на ноги.

– Приятно познакомиться с вами, мистер Муса, – сказал Ситхол. Он говорил с южноафриканским акцентом, но на идеальном английском. – Насколько мне известно, мы когда-то давно встречались с вашим отцом. Вы везучий человек. Выбери я его, вы могли никогда не родиться.

– Но как… откуда он знает, кто я такой?

– Всему свое время. Миссис Мюллер, – сказал Лейк. – Вы не могли бы развернуться?

Немка так и сделала – и оказалась лицом к лицу с подтянутым мужчиной с подстриженными усиками, темными волосами на прямой пробор и злорадной улыбкой.

– Sсheisse![36] – воскликнула Мюллер. Она протянула руку, чтобы дотронуться до него. Тот решительно схватил ее, поднес к своим губам и поцеловал.

– Миссис Мюллер, – продолжал Лейк. – Позвольте вам представить Питера Кюртена. Вампира из Дюссельдорфа.

Кюртен холодно улыбнулся Мюллер.

– Готов поспорить, – сказал Кюртен, – ваша кровь невероятно вкусная.

Мюллер вскрикнула и отдернула руку.

– Друзья, коллеги, все – пожалуйста, развернитесь.

Руководство «Паст-Крайма» развернулось в креслах и обнаружило перед собой десятки самых печально знаменитых преступников в истории человечества. Эйлин Уорнос. Дрейдена Даунса. Джона Уилкса Бута. Ребекку Стауб. Скотта Питерсона. Джеффри Дамера. Билли Кида. И многих других.

Повисло молчание, потом по залу прокатился приглушенный вздох. Лейк снова заговорил.

– Это, – сказал он, взмахнув рукой, словно ведущий телевикторины, вручающий главный приз, – наши с вами боги.

В зале раздался шепот.

– Я знаю, о чем вы говорите. Это убийцы. Грабители. Насильники. Мошенники. Извращенцы. Но мы все из разных культур. Из разной среды. Не все боги добрые. На самом деле многие из них злые и мстительные. Тем не менее им поклоняются. Я не говорю вам поклоняться этим людям. И все равно такие находятся. Как Моисей, мы служим им пророками. Мы являем слово и дело этих богов миру в наших симуляторах через Дополненных Персонажей.

Годами эти боги оставались заперты в наших симах, – гремел Лейк. – Вплоть до сегодняшнего дня. Вскоре наши персонажи выйдут из своих виртуальных тюрем в наших симуляторах. Моя мечта – физический мир, в котором они будут гулять на свободе, как они делали при жизни. Возможно, однажды, с развитием технологий, они обретут физические тела.

Раздались приглушенные смешки. Но Лейк не улыбнулся.

– Знаю. Знаю. Пока что физические персонажи – чистая мечта. Однако у нас они будут не менее блестящими, дьявольскими, злыми, загадочными и соблазнительными, чем в симах. Они выйдут из виртуального пространства. Моя мечта – создать парк с такими технологиями, которые позволят великим преступникам прошлого жить наравне с нами в настоящем.