Пиво, эльфы, два стрельца - Виталий Святец

легкой рукой передал черты лиц, не прибегая к буйству красок. Капитан подошел к краю галереи и указал на мужчину с широкими плечами, пышными усами и короткой стрижкой. В правом нижнем краю картины была нарисована идущая наискосок толстая черная линия.

– Это штаб-сержант Гроз. Он гонял нас, юнцов, в хвост и в гриву, когда я только-только поступил на службу. Фактически, мой первый учитель в гвардии. Как мы его ненавидели, ужас! Помню, как-то даже пытались сбрить его усы, пока тот спал, – Эрн засмеялся. – А он нас перехитрил и надавал нам, соплякам, по первое число.

– Что с ним случилось? – спросила Алтея.

Капитан опустил голову.

– У него остановилось сердце. Прямо здесь, в штабе. Гроз допоздна засиделся за документами, и… за ними, в общем, и сгорел. Какая все же ирония – подготовил массу опытных бойцов для работы на улицах, а погиб, ковыряясь в бумагах. Смерть… Она всегда не вовремя.

Некоторое время Эрн не говорил ни слова.

– А это старший офицер Нол, – продолжил он, указав на соседний портрет. На нем был изображен круглолицый молодой господин с задорной улыбкой. – Повредил ногу при задержании пьяных эльфов. Решил, что ерунда, выпросил у лекарей обезболивающее средство и проработал всю ночь и весь следующий день. Задержал и привлек к ответу больше дюжины нарушителей. А потом упал и не смог встать – травма ноги оказалась куда серьезнее, чем он думал.

– Он жив? – уточнила девушка.

– И здоров, – улыбнулся капитан. – Правда, три зимы назад только смог снова ровно ходить. Они с супругой держат кузнечную мастерскую на Пограничной улице.

Оставив без внимания слова о Пограничной улице, улыбнулась и Алтея.

– Старший офицер Кулон. Сержант Глок. Штаб-сержант Ейл, – Эрн провел рукой до другого края галереи, называя имена и звания. – Капитан Вирал, капитан Ладан. Здесь висят портреты выдающихся гвардейцев, каждого я знаю лично, и за каждого я готов стоять стеной. В час острой нужды и они встанут за меня. Без колебаний, не задавая лишних вопросов – помогут, – он вновь немного помолчал. – Конечно, они не совершенны. Кто же из нас без недостатков? Но каждого из них – по сути-то посторонних, но людей и гномов честных, самоотверженных, никогда не поступавшихся законами морали, – я готов назвать братом.

Госпожа Дурман начала понимать, к чему капитан клонит.

– Они являют собой пример того, к чему надо стремиться. Того, каким гражданином нужно быть и как исполнять свой долг, – капитан нажал голосом на последние слова и снова укорил себя за свой недавний поступок по отношению к принцессе. После – указал Алтее в сторону лестницы в подвал штаба: – А вот там, в камерах, сидят господа и редкие дамы, которые тоже являют собой пример. Пьяницы, воры, скотокрады, блудницы, мошенники, психологи, диетологи и так далее. Пример того, как поступать нельзя.

Эрн взглянул на Алтею, которая снова поникла.

– И это не моя выдумка, Алтея. Это закон, и это – правда. Так и к кому Вы отнесете моего брата?

– И все же, – негромко и не настойчиво возразила девушка, – любая жизнь стоит того, чтобы ее прожить.

– Это вовсе не значит, что нужно вести себя при жизни как скот.

Он заметил, как в глазах Алтеи вновь бегают мысли.

– Мы живем в прекрасном и огромном мире, где каждый волен сам выбирать дорогу. Все пути открыты, нужно лишь приложить усилия и терпение, чтобы пройти препятствия и одолеть невзгоды. Но пить, разумеется, проще. Поэтому у меня нет и не будет сострадания к тем, кто выбирает такой жизненный путь. А чувства горечи утраты брата во мне нет потому, что я пережил это много лет назад. Найти бы в истории тот день, в какой Пан обратился душой и телом к бесконтрольному пьянству, найти эту точку, изменить ее, пресечь – да! Но в какой-то момент я понял, что тащить груз невозможности на себе я не собираюсь. Тетушка же это не отпустила. Она накрепко связана с ним материнской любовью, – Эрн посмотрел на главный вход в штаб. – И даже известие о смерти Пана эту связь не разрубит. И сообщить это придется мне.

– Позвольте пойти с Вами, – робко сказала барышня.

– Хватит с Вас потрясений на сегодня, – покачал головой капитан. – Даже не берите в голову. Это все же моя семья.

– Игон, – мягко начала Алтея. – Вы правы во всем, что сказали, но… Это прагматизм солдата.

Эрн непонимающе посмотрел на девушку.

– Алтея, Вы так говорите, будто это что-то плохое.

– Нет, что Вы, не плохое! Только во всей этой суровости, кованной гвардией, слишком сильно ощущается нехватка… женской руки.

– О, нет, благодарю покорно, – он снова потер щеку, – мне сегодня сполна хватило женской руки. Пожалуй, даже до конца месяца хватило.

– Я не это имела ввиду… – пролепетала Алтея, опустив глаза и изучая носки своих чудесных туфель.

– Я понимаю, – он грустно усмехнулся и пожал плечами. – Ладно, пойдемте. Может статься, это правда поможет.

Мимо них, слегка пошатываясь, проплыл Сербия.

– Господин вампир! – окликнул его капитан.

– О, доброго вечера, капитан, – улыбнулся Сербия.

– Вам лучше?

– Гораздо лучше. Уже иду, как видите. Направляюсь к себе, в лазарет.

Капитан помотал головой.

– В этот час?

– Я там живу, господин капитан, – улыбнулся тот.

Эрн понимающе кивнул и пригласил Алтею проследовать за ним, к Буне, которая весь день отсыпалась в стойле, пока хозяин стирал ноги в мозоли.

***

Кот втащил эльфа в штаб гвардии и, невзирая на протесты Оррфа и Жезла, бросил в камере ученого, аккурат на койку, которую незадолго до этого освободил Сербия.

– Что ты творишь?! – возмутился Оррф.

– На него напали и огрели кочергой по голове.

– Где? – спросил ученый.

– В доме Крато. Там хозяйничал какой-то Антро, тоже остроухий, – младший офицер перевел дыхание. – Присмотрите за ним, мне надо найти капитана.

– А где Ваш напарник, Кот? – уточнил Жезла.

Младший офицер Кот остановился и глубоко вздохнул.

– Это очень хороший вопрос, потому что я понятия не имею.

– А сам Крато в доме был? – снова спросил ученый.

– Был, но… – гвардеец вызвал из памяти образ почтенного эльфа и припомнил детали. – Вероятно, он уже мертв.

Оррфа и ученого передернуло.

– Многие, – сказал Жезла, – в том числе капитан, считают, что его вообще невозможно убить.

– Пшк… – промямлил эльф.

– Что?

– Порк… Прок… Пшик…

– Ни слова не пойму, что он там бормочет, – офицер Оррф наморщил лоб.

Кот остановил офицера жестом руки, чего, по определению, делать был не должен, но ситуация была слишком нестандартная.

– Порок… голов… хво… кра..

– О, нет, – пробормотал Жезла.

Ион Кот тоже расшифровал слова.