Эрве Жюбер - Кадриль убийц

С площади донеслись звуки трубы, глава семьи сообщил, что это был сигнал к тому, чтобы сесть за стол. Он галантно встал позади Роберты и подвинул ей стул. Ужин наконец мог начаться.

Через час они разделались с кругом Смерти. Робер и Роберта воспользовались паузой, предоставленной пустым кругом Тлалока, чтобы выкурить по сигарете.

— Восхитительно, — поздравила хозяев колдунья.

— Моя мать — чемпионка, — обрадовался молодой человек, обняв ее за плечи.

— К тому же, — продолжил ее муж, — вы не знаете ее фирменного блюда из трески!

— Хватит, — взмолилась Клементина. — Просто удачно легли звезды. Иначе продуктов было бы не достать.

Никто не подхватил шутки. Мартино-мать была, похоже, самой лунатичной из всех — решила Моргенстерн.

Следователей спросили о причинах их пребывания в Теночтитлане. Конечно, они не собирались рассказывать о «Кадрили». Клеман оставил инициативу Роберте.

Она сообщила о разведывательной миссии для Министерства безопасности: Палладио пригласил Арчибальда Фулда на охоту в императорский зверинец, и майор Грубер послал их проверить, нет ли опасности в городе.

— Мехико — самый надежный город Сети! — отчеканил Мартино-отец. — Он был построен по драконовским сейсмическим нормам. Я хорошо знаю, о чем говорю.

Роберта перевела разговор на остальные исторические города, на стремление их жителей перенимать нравы и обычаи соответствующей эпохи. Конечно, нынешняя эпоха подталкивала к фантазии. Кому не хотелось придумать себе новую жизнь? Даже она, Моргенстерн, с удовольствием была бы кем-то иным, а не следователем Министерства безопасности.

— Черт, и кем бы вы хотели стать? — без всякой враждебности спросила хозяйка дома.

Она видела, куда Роберта хотела увлечь ее, и начала уже задавать себе вопрос, что за личность скрывалась за обликом следовательницы. Первые подозрения появились, когда она присмотрелась к ее поступкам, прислушалась к ее речам, оценила реакцию — то, что могла заметить только женщина. Недаром талант передавался от матери к дочери. В большинстве случаев.

— Если бы я могла стать другой, я хотела бы быть колдуньей, — объявила Роберта.

Клеман вдруг пробудился от мечтаний. Его отец, который думал о Берне и научном реализме, воскликнул:

— Колдуньей? Но колдуний не существует!

— Этот город существовал задолго до того, как ты, мой дорогой, стал поставлять цемент графу Палладио, — напомнила Мартино-мать. — Продолжайте, Роберта. Что бы вы сделали, став колдуньей?

Моргенстерн подивилась тому, как матери Клемана удалось скрыть свой талант от сына и мужа. которые так ни о чем и не догадались. Она заметила, что кольцо, которое хозяйка дома носила на среднем пальце левой руки, смотрело камнем внутрь. Древняя, очень древняя работа, ровесник генеалогического древа колдовства, эмблемой которого кольцо и было.

— Я бы творила то, что творят колдуньи в детских книжках. И добро, и зло.

— И летали бы на метле? — рассмеялся Робер.

— Ни в коем случае. Пусть акробатикой занимаются более гибкие.

— Но вы все же работаете на Криминальный отдел? — с притворной невинностью спросила Клементина. — Майор Грубер, несомненно, способствовал бы раскрытию вашего таланта…

— Преследуя преступников, ускользнувших от метчиков? Конечно. К тому же у меня был бы, быть может, дар ясновидения.

— А что вам открыло бы это ясновидение? — спросила хозяйка.

— Что Клеман — колдун, — ответила Роберта, шевеля губами так, чтобы с них не сорвалось ни звука.

Мартино-мать умела читать по губам. Если открытие было для нее шоком, она и виду не показала. Только скулы у нее слегка порозовели. Она сняла кольцо и раскрутила его на столе перед собой.

— Что же вам сказало бы ваше ясновидение? — настаивал Робер, который так и не услышал ответа гостьи.

— Вы были бы лучшей, Роберта, — сказал молодой следователь и снова замолчал.

На столе остались лишь керамические чашки. Праздник на зокало дошел до трагического финала. Император или его двойник стоял на верхней террасе пирамиды и просил у неба защиты от врага-испанца. Раб, лежавший на жертвенном камне, с покорностью ждал момента, когда нож вскроет ему грудную клетку.

Роберта всем сердцем надеялась, что речь идет лишь о театральном воссоздании ритуала. Вряд ли Палладио осмелится пролить настоящую кровь перед Клубом Состоятельных, повторяла она себе. Однако сейчас стало так легко прилюдно совершать самые ужасные преступления, ибо в реальном мире играли краплеными картами.

— Нам не очень нравится Монтесума и его пресловутые пантомимы, — призналась мадам Мартино. — Показуха, к тому же очень шумная.

Внезапно посвежело, исчезли луна и звезды. Роберта порылась в рюкзачке, достала пончо и набросила его на плечи.

— Дорогая моя! — воскликнула Клементина. — Какая прелесть! Вы купили это на зокало?

— Решила сделать себе маленький подарок, — кивнула колдунья, тщательно расправляя складки.

— Ну, если говорить о подарке…

Мадам Мартино подала знак мужу, который издали наблюдал за ними. Он понял и встал.

— Сейчас вернусь.

Он исчез в глубине дома. Мать Клемана рассматривала кольцо. Ее сын молчал. Она печально улыбнулась и сказала:

— Это кольцо носила моя мать, и мать моей матери, и так далее до корней нашего древа, появление которого теряется в глубине времен. — Она повернулась к сыну. — Я передала тебе свой талант. А теперь даю это. — Она сняла кольцо с пальца левой руки. — Не повтори ошибки матери. Исследуй свои таланты. Учись и работай. Что касается вас… — она обратилась к Роберте, — я доверяю вам моего мальчика. Распахните перед ним двери колледжа.

Следователь крутил кольцо на пальце. Роберте показалось, что оправа была из позолоченного серебра. Но не могла понять, какой камень сидел в ней.

— Что за камень? — спросила она.

— Лунный. Прозрачность и чистота. Мне неведомо его могущество.

— Однако вы умеете читать по губам? И знаете, что означает слово «колдунья»?

Клементина хотела ответить, но вернулся ее муж. Он тяжело дышал. На мгновение его охватила нерешительность, когда он увидел серьезные лица сидящих за столом.

— Что происходит? Муницип умер?

Внезапный удар грома заставил вздрогнуть всех присутствующих. Мартино и Моргенстерн инстинктивно обернулись в сторону грохота и света. Только что принесли в жертву раба. Вспышки окружали Теночтитлан со всех сторон, терзая тучи.

— Небо вскоре прольется дождем, — объявила Роберта.

— Десерт отведаем внизу.

Хозяйка дома показала пример, взяв свою чашку и направляясь под крышу. Она бросила через плечо колдунье: