Не ходи к гадалке, Лиззи! - Галина Васильевна Герасимова

– Как жаль, что этот способ нам уже не подходит.

– Жаль? – Он все-таки рассмеялся, за что и получил. – Ай!

– Вот чему ты улыбаешься?

– Ты красивая, – прервал очередную возмущенную тираду, – очень красивая, когда злишься.

– И это все, что можешь мне сказать? – с угрозой уточнила Лиззи.

– Нет. Но не хочу тратить время на болтовню, – с обезоруживающей улыбкой признал Тайлер, потянув ее на себя.

Он мог сказать еще многое, но в ту ночь предпочел доказывать свои чувства не словами, а действиями.

– Я люблю тебя, – прошептал Тайлер, так и не решившись оставить прощальный поцелуй.

Она улыбнулась, будто действительно услышала его слова. Гадалец тихо вышел, прикрыв за собой дверь.

Кэб он поймал быстро. Извозчик не смотрел с подозрением – что ж, значит, его портреты пока не появились в газетах и на розыскных листах. И у полицейского управления не висели… Не иначе как мистер Уоллис-младший постарался!

Тайлер зашел в управление, кашлянул, привлекая внимание дремлющего дежурного. Молоденький белобрысый парнишка, недавно получивший младшее звание, вскочил и безуспешно попытался принять благопристойный вид.

– Стойте! Вам… Вам кого? – спросил он напряженным голосом, который должен был звучать командно и строго, но вышло откровенно жалко.

– Позови офицера Уоллиса, – не стал издеваться над парнишкой Тайлер.

А то с таким воякой того и гляди самому себе наручники надевать придется!

– А его еще нет, – с заминкой произнес дежурный. – Может, попозже зайдете?

Марино с трудом сдержал нервный смешок. Это уже анекдотично! Приходит как-то рамол в тюрьму… Объяснить, кто он такой и почему не стоит его выпроваживать, не успел – за него это сделал офицер Керн.

– Сержант! Какого черта ты любезничаешь с разыскиваемым преступником? – рявкнул маг, и парнишка покраснел, побледнел и уставился на Тайлера круглыми глазами.

Он не верил, что преступник может так запросто появиться на пороге.

– Будешь вязать? – иронично уточнил Марино у Керна.

– Надо бы, да смысл? Ты же сам пришел. Проходи, подождешь Габриэля в кабинете. – Махнул рукой, призывая гадальца следовать за собой.

– Постойте! Надо же в тюрьму! – опомнился сержант.

Керн посмотрел на него со снисхождением:

– Сам отведу, позже. Расслабься.

Тайлер похлопал паренька по плечу и прошел мимо.

– Виски? Джин? – любезно предложил ему в кабинете Керн, привычно распоряжаясь чужими напитками, как своими собственными.

Впрочем, если слухи не врали, они с Габриэлем были не разлей вода, почти братья. И вроде бы Керн пытался ухаживать за Лиззи. Стоило об этом подумать, как крепкая фигура офицера стала казаться громоздкой и неповоротливой, а голос грубым. Нет, Лиззи он совершенно не подходит!

А кто подходит? Преступник, без пяти минут в тюрьме, без недели – на виселице?

– Воду, – отказался от выпивки. Маг подал стакан. – Со льдом, – добавил гадалец, и Керн невозмутимо наколдовал кубик льда.

– Почему ты решил сдаться? Считаешь, явка с повинной смягчит тяжесть преступления? – спросил маг, прихлебывая кофе из огромной кружки, больше напоминавшей супницу, и аромат зерен поплыл по кабинету.

– Я невиновен и готов доказывать это в суде.

– То есть припрятал джокер в рукаве, – понимающе покивал собеседник.

– Думай как хочешь.

Будь здесь Габриэль, Тайлер пооткровенничал бы, но Керну не доверял. Это Уоллисам он был преданным другом. С гадальцем офицера ничего не связывало, разве что взаимная симпатия к одной журналистке, и Тайлер надеялся, что со стороны мага симпатия была исключительно дружеской.

– А что насчет тюрьмы сказала Лиззи? Неужели отпустила и даже не проводила до ворот?

– Она еще не знает, – признался Марино.

Маг присвистнул, почесал подбородок и криво усмехнулся:

– Тогда уж точно лучше в тюрьму. Там Лиззи тебя хотя бы не достанет.

Утро после бурной ночи обязано быть томным и прекрасным. Проснуться от легкого поцелуя, понежиться в постели, поговорить по душам, стесняясь и радуясь случившемуся. Представляя себе так, Лиззи не ожидала, что проснется в комнате в одиночестве. Поначалу надеялась, что дурное предчувствие – плод разыгравшегося воображения. Что Тайлер ненадолго вышел и скоро вернется, и они вместе посмеются над ее страхами. Даже погода была под стать ленивой дремоте: на небе ни облачка, сквозь занавески проглядывало солнышко, согревая комнату. Хостфорд просыпался: скрипели колеса по мостовой, лаяли собаки, здоровались торговцы, открывая лавки. Каждый скрип, каждый стук Лиззи встречала в нетерпении – вот же, это он, сейчас придет! Но время шло, а Тайлер не появлялся. Лежать и дальше в постели стало глупо.

Лиззи собрала простыню и, скомкав, чтобы никто не увидел предательских пятен, отнесла в прачечную. Думала, немного успокоится под теплым душем, но, увы, и он успокоения не принес. Завтрак с невкусным кофе – тоже. Лиззи столько крутилась, выглядывая гадальца, что не заметила, как кофе остыл. Едва не нагрубила пожелавшему ей хорошего дня мистеру Фишеру и с надеждой оглядывалась каждый раз, когда кто-то заходил в гостиную.

– Сбежал, поди, твой любезный? Видела, как он из твоей комнаты выбирался, – прозорливо заметила управляющая, подливая девушке кофе. – Ты не злись на меня, не злись. Я тебе вот что скажу – вы оба молодые, горячие. Тебе нужно, чтобы он рядом был, а он сам за себя решать привык. Дай ему сжиться с мыслью, что вас теперь двое. Вернется, никуда не денется. Видно же, как он на тебя смотрит. Мой муженек тоже раньше так смотрел. Хорошее было время …

Она углубилась в воспоминания, но Лиззи почти не слушала, а когда к завтраку присоединились другие постояльцы, сбежала из-за стола. Вернулась в комнату, но стало только хуже – все напоминало о случившемся. О мимолетном счастье, кусочек которого удалось урвать. Нет, она не жалела. И если бы знала, что все будет именно так, не променяла бы ночь любви на спокойный сон. Но как же обидно!

Прикусила губу, боясь разреветься, схватила саквояж, торопливо побросала вещи – как попало, особо не разбираясь, и вышла из комнаты, напоследок хлопнув ни в чем не повинной дверью.

– Уходишь, значит? – Встретив в гостиной управляющую, Лиззи вручила ей ключ от комнаты. – У тебя еще два дня в запасе. Оплата не возвращается.

– Да, помню. Спасибо, мне у вас понравилось, – тихо ответила, отводя взгляд.

Слезы грозили вот-вот прорвать плотину спокойствия.

Управляющая понимающе кивнула.

– Хорошо. Ты это… не вешай нос. – Не стала задерживать бывшую постоялицу и негромко шепнула ей вслед: – Пусть все сладится.

Лиззи вышла из дома. Оставаться здесь больше не было сил. Сначала она собиралась связаться с братом и потянулась к амулету, но остановилась. Если Тайлер отправился не в полицию, а куда-то еще, она