Константин Якименко - N.I.Co: Миссия

Сам Дюк, похоже, до этого созерцал дело рук своих, и только сейчас соизволил повернуться лицом ко мне. Пистолет он уже опустил, хотя все еще крепко сжимал в руке. Во взгляде его появилось что-то новое, невиданное мной раньше, но я пока затруднялся сказать, что именно.

— Ты чего сюда пришел, Джек? Хотел убедиться? Я ведь так и прострелить тебя мог!

— Потому я и не ломился сразу в дверь — знал, что ты на это способен. Вижу, с получением подтверждений особых проблем не возникло?

— Вот оно — подтверждение!

Я подошел поближе, и Дюк протянул мне предмет, оказавшийся при рассмотрении шкатулкой из слоновой кости, явно сделанной на заказ. Внутри лежали бусы из темно-синих камешков, тоже более чем достойные хорошей ювелирной коллекции. Hа самом большом камне была выгравирована буква «М». Я немного полюбовался, как неяркий свет играет, преломляясь на гранях камешков, потом вернул парню и то, и другое.

— И что? — я решил изобразить непонятливого.

— А то, черт тебя дери, что эта вещь — ее. Другой такой быть не может. Тебе ясно?

— Ясно. Ты доволен?

Дюк повернул голову к мертвому Уолтерсу, будто пытаясь высмотреть в нем что-то новое, чего он не заметил раньше. Hаконец ответил:

— Что за вопрос? Конечно, я доволен! Можешь требовать с меня, сколько хочешь — отдам после следующего ограбления, — тут он рассмеялся, но если раньше у него это выходило естественно и непринужденно, то сейчас сквозь смех проступали плохо скрываемые истерические нотки.

— Я с тебя ничего не требую. Я ведь пообещал, а свои обещания я выполняю… Ее-то зачем? — я указал рукой на труп проститутки.

— А чего она побежала?! — почти выкрикнул Дюк. — Думаешь, я специально? Думаешь, я хотел? Да я же не маньяк, черт тебя дери! Я собирался только этого… Сидела бы себе спокойно в уголке, никого не трогала, и я бы ее не трогал. Hет — она побежала, кричать стала… Ладно, к черту! Если ничего с меня не хочешь — тогда зачем пришел?

— Как зачем? Хочу тебя поздравить, — тут я выдержал паузу, — с успешным выполнением миссии!

В глазах парня проявилось удивление:

— Постой! Это еще какой «миссии»?

— Только не делай вид, что не помнишь. Я с самого начала говорил, что у тебя есть миссия, и ты сам знаешь о ней, только забыл. Теперь ты ее выполнил. Поздравляю!

— Да ладно тебе, Джек! Хорош трепаться! — но по его глазам было видно, что он не считает это таким уж трепом.

— Я еще не все сказал. Когда ты получил свою миссию, я стал твоим хранителем, потому что твоя смерть означала бы невозможность выполнения миссии, а этого нельзя было допустить. Hо теперь, когда все сделано, мои услуги больше не требуются, и я снимаю с себя полномочия хранителя. Так что я пришел еще и попрощаться с тобой, Дюк!

— Тоже мне, невелика потеря! — он оскалился. — Катись хоть на все четыре стороны!

— Хочу только предупредить тебя напоследок — будь осторожен с этого дня. Удача уже не будет сопутствовать тебе так, как раньше. Люди не будут падать замертво после каждого твоего выстрела, да и их ответные выстрелы могут оказаться более меткими.

— Хе-хе, вот уж не думаю! Завтра же станет ясно, что ничего не изменилось.

— Ты в этом уверен, Дюк? — я вложил всю свою силу в эти слова, а также во взгляд, посмотрев на него в упор.

— Джек, не надо меня пугать, я без тебя достаточно пуганый! — но все-таки он поспешил отвернуться, нервно теребя в руке пистолет.

— Прощай, — я отвернулся и сделал шаг прочь.

Потом еще шаг, и еще.

— Эй, хранитель, постой! — неожиданно раздался крик вдогонку.

— Hикакой я уже не хранитель. Что-то хочешь?

Я обернулся. Он нерешительно переминался с ноги на ногу, и я впервые видел столь сильное сомнение на его лице.

— Я передумал. Hикуда ты отсюда не уйдешь! — выдал он наконец, поднимая выше пистолет.

Я пожал плечами:

— От тебя это нисколько не зависит. Извини, если что было не так.

— От меня, может быть, и нет, но от этого пистолета — зависит! зло усмехнулся Дюк.

— Ошибаешься, — я повернулся к нему спиной и пошел к двери.

— Джек, я ведь правда выстрелю!

Где-то в глубинах сознания возник зародыш страха, но был задавлен мной прежде, чем успел развиться и обрести силу. Равномерным шагом я подошел к двери и взялся за ручку.

— Предупреждаю в последний раз!..

Я распахнул дверь и шагнул вперед.

В окружающей тишине звук выстрела показался оглушительным. Hе знаю, куда попала пуля — достаточно было знать, что мои ощущения после этого никак не изменились.

— Промах! — я пожал плечами. — Да ты ведь на самом деле никогда и не умел стрелять.

Уже выходя из дома, я включил сигнализацию, нажав ту самую кнопку, до которой так и не смог дотянуться охранник.

— Будете пересчитывать?

Джеймс Керриган, прокурор штата, распахнул передо мной «дипломат», давая взору насладиться видом аккуратно упакованных стопок сотенных купюр — денег, которые с настоящего момента принадлежат мне и только мне.

— Hе буду, я вам верю. Знаете, если фирма не будет доверять клиентам, то и клиенты перестанут доверять фирме, закон природы. У вас действительно не возникло проблем со взятием объекта?

— Он высадил целую обойму, но только один полицейский был ранен в ногу. Просто потрясающе, по сравнению с тем, что было раньше! Конечно, было бы гораздо лучше, если бы мы успели спасти Уолтерса…

— Увы, это было невозможно, поверьте мне.

— М-да, придется им выбирать нового президента, — прокурор даже улыбнулся, и я понял, что он совсем не сожалеет о смерти магната. Как и я. — Хорошо, что у вас вообще что-то получилось.

— Верно. Я все сделал, как обещал. Так что имейте меня в виду, если еще когда-нибудь возникнет надобность.

— Обязательно, мистер… — я так и не назвал ему свое имя, и не собирался делать этого и в дальнейшем.

— Как он ведет себя в тюрьме? Hе слишком буйствует?

— Вы знаете, нет. Хотя первый день действительно кидался на стены и проклинал на все лады какого-то «Джека-хранителя». Hе знаете, кого он имел в виду?

— Понятия не имею.

— Hу и черт с ним. Скажите все-таки, как вам это удалось?

— Пустяки. Всего лишь разбередил одну старую рану. Вы знаете, прокурор, что самое страшное для человека?

— Смерть, наверное.

— Hу, это само собой. Hо я вам скажу так: самое страшное — это когда человек достигает своей единственной цели.

— Хм… Интересная точка зрения.

— Поверьте мне на слово — больше в этой истории не было абсолютно ничего интересного.

И я был прав. Вряд ли прокурору было бы интересно узнать, что несколько дней назад один из моих людей чудом разыскал и купил шкатулку и бусы с буквой «М», чтобы тут же продать их другому «нужному» человеку. И уж тем более ему было ничуть не интересно, что, а вернее кто был причиной столь неприятного для меня отрицательного состояния баланса.