Лиз Уильямс - Расследование ведет в ад

— Значит, — нахмурился Чжу Ирж, — вы на самом деле помогаете человечеству находить лекарства от болезней, которые — в буквальном смысле слова — морят их?

— Я знаю, нас нередко обвиняют в непозволительном альтруизме те, кто не разбирается, что к чему, — довольно натянуто произнес Первый лорд банков. — Но нужно понимать суть наших операций. Сохраняя стоимость наркотиков для лечения неоправданно высокой и делая так, что получают возможность вылечиться только те, кто может себе позволить большие расходы, мы, по сути дела, помогаем Министерству эпидемий. Взгляните на Африку и наши связи с тамошней преисподней. Если бы не мы, доктора людей получили бы возможность вылечить все туземное население от целого ряда болезней, и Министерство эпидемий, не почивало бы на лаврах одного из своих весьма немногочисленных успехов. Я пытаюсь время от времени объяснить это Министру эпидемий, но он, похоже, не понимает — типичный чиновник среднего уровня, хоть и выдает себя за аристократа.

— Понятно, — протянул Чжу Ирж. — Так вы хотите сказать, милорд, что существует определенный набор старых обид между Министерствами богатства и эпидемий?

— Мягко говоря.

— И вы упомянули, что при встрече с Министром эпидемий в опере вам показалось, что он считает, будто вы проявляете определенный интерес к его делам?

— Несомненно. На самом деле, сенешаль, он прав. Мы были... мы тогда просто не знали этого.

— Итак, если Министерство эпидемий планирует провести некую гигантскую кампанию против человечества, чтобы укрепить собственный статус и вновь завоевать расположение Императорского двора, какова вероятность того, что оно может планировать заодно и поглощение Министерства богатства?

Чжу Ирж тревожно размышлял о спасении им Лэйлэй из недр Министерства эпидемий и гадал, что будет, если последнее увидит связь между ним и Первым лордом банков. Теперь становилось очевидным — кто-то из этого Министерства видел его торчащим в приемной Первого лорда, а демон-краб выследил Лэйлэй в его собственном доме. Он взглянул на своего работодателя. Глаза Первого лорда были холодны, как стекло зимой.

— Это представляется вполне вероятным, — уныло усмехнулся Первый лорд. — Вы правы в предположении, которое так ясно отразилось на вашем лице, Чжу Ирж. Нет, помочь вы не помогли. Тем не менее, исходя из того, что в результате ваших действий получена информация, которая, если использовать ее правильно, может спасти всем нам шкуры, я склонен не придавать значения вашему юношескому энтузиазму.

— Благодарю вас, милорд. Весьма великодушно с вашей стороны.

— Я знаю. Вам удалось напасть на след этой молодой женщины?

— Нет.

— Может быть, она уже перестала быть полезной?

— Наоборот, милорд, — быстро проговорил Чжу Ирж. — Подозреваю, она располагает немалым запасом информации, которая будет нам лишь на пользу. Я ведь планировал задать ей еще больше вопросов, но мне не позволил этого демон-краб.

— Понятно. Ну что ж, если она настолько полезна, тогда вам лучше бы найти ее. Но сперва, — с жуткой улыбочкой сказал Первый лорд банков, — хочу дать вам дополнительное задание.

38

«Эмпориум крови Цо ничуть не изменился», — подумал Чэнь. Ряд огромных зловещих банок так же стоял в витрине, и их по-прежнему покрывал слой тысячелетней пыли. Свешивающиеся с балюстрады флаги беспокойно колыхались под ветрами Ада, а в воздухе пахло железом и мясом и разносился кисло-сладкий запах смерти. Чэнь припомнил, какая вонь, бывало, исходила из вентиляционных решеток в дни перегонки, и поморщился. Вскоре после своего последнего визита сюда он перенес Инари в яркий чистый воздух своего собственного мира и надеялся, что никогда больше не увидит Эмпориум крови Цо. Барсук робко жался к его ногам.

— Теперь ты понял, где мы? — пробормотал Чэнь.

Барсук повернул голову характерным для животных движением в знак положительного ответа.

— Это принадлежит господину Цо.

— Больше уже не принадлежит. Насколько я знаю, его понизили в должности, — мрачно сказал Чэнь. Тусклые глаза барсука ничего не выражали, и Чэнь понял, что тот в каком-то смысле неспособен понять такой удручающий факт. В конце концов, барсук-чайник был слуга, один из семейных духов, которые прислуживали семье Инари со времени рождения их Первого предка, беды хозяев они переживали как свои собственные. — Как бы то ни было, — продолжал Чэнь, — Цо может по-прежнему быть полезен.

Он вышел из-под тени балкона, но тут же прыгнул обратно, потому что на площади из-за угла кто-то появился. Чэнь с барсуком-чайником умудрились пробраться переулками и никого не встретить, теперь, похоже, удача от них отвернулась. Чэнь осторожно следил, как демон — пожилая женщина с когтистыми, как у курицы, ногами и острым носатым лицом — медленно и с ворчанием шла через площадь. Обеими руками она крепко держала мешок, который извивался и вырывался: Чэню не хотелось бы увидеть, что в этом мешке. Наконец старая демоница дошла до входа в подвал и исчезла.

— Пошли, — скомандовал Чэнь барсуку. — Быстро!

Они проскользнули через площадь в тени высоких зданий, стараясь держаться ближе к стенам, и спустя несколько напряженных минут очутились непосредственно перед Эмпориумом крови.

— Там есть черный ход, — размышлял вслух Чэнь. — Нужно соблюдать осторожность. Должно быть, Цо там не один.

— Откуда ты знаешь, что он там? — спросил барсук. — Еще так рано.

— Именно поэтому и считаю, что он там. Обычно перегонку производят ночью, и в обязанности мелких сошек входит наблюдать за ней. Эту работу поручают самым низкостоящим работникам, а я не думаю, что к Цо сейчас сильно расположены: ведь он был одним из тех, кто помог Инари сбежать из Ада, — улыбнулся Чэнь. — В бытность хозяином Эмпориума Цо, насколько я помню, редко вставал раньше полудня, но он больше не хозяин... Что ж, посмотрим.

В сопровождении барсука Чэнь прокрался за угол здания и обнаружил пару широких двойных дверей. К ним вел истертый и исцарапанный металлический пандус.

— Кажется, здесь они затаскивают бочки с кровью... Тут я заходить вовнутрь не хочу. Давай попробуем дальше.

Маленькая узкая дверь позади здания оказалась приоткрытой, и за ней слышались голоса. Чэнь осторожно приложил ухо к трещине в двери и стал слушать.

— ... было в полном порядке вчера вечером! — оправдывался кто-то.

Чэнь усмехнулся. Тонкий и исполненный жалости к самому себе голос перечислял великие несправедливости, которые постоянно творятся по отношению к его обладателю. «Хоть Цо и вышел из фавора, но на его манере говорить это, похоже, никак не отразилось. Он всегда так разговаривал, вне зависимости от обстоятельств. И все же, — размышлял Чэнь, — Цо не худший из демонов. Может, он и чересчур жалеет себя и, несомненно, закоренелый подхалим, но, по крайней мере, он нашел в себе смелость помочь сестре избавиться от нежеланного брака».