"Империя Здоровья" - Сергей Анатольевич Смирнов

что Гулу откажется от контакта. Ник, тебе следует в любом случае оставаться в хижине. Не выходи, слышишь меня!.. Уговори Гулу спрятать тебя! Я прошу, сделай что-нибудь!

Дырочки в плетении полога и щелки по сторонам от него вдруг ярко забелели.

"Фары... Прямо в глаза светят, сволочи, - ватно подумал аспирант. - Было бы странно, если б этим не кончилось..."

- Ник! Что ты медлишь?!

Виски, конечно, затормозило аспиранта, но все уже и так шло по плану. Старый колдун, как только заметил чужой свет, сразу отложил копье и принялся по-паучьи быстро копаться в своих шкурках и вещичках.

Когда аспирант повернулся к нему весь, тот уже протягивал ему все, что было надо: какой-то невероятный маскхалат в виде разноцветного соломенного пончо и круглую маску черного африканского снеговика. В два счета аспирант превратился в "нуго", подземного духа угандийских предгорий. А еще Гулу протянул ему два ожерелья - одно из одноразовых шприцев, а другое - из пустых пластиковых пробирок. Аспирант быстро облачился...

- Ник, я ничего не вижу! - тут же заканючила Аннабель.

- Смотри на что-нибудь одно, - сердито пробормотал злобный дух, готовясь к встрече с нечестивцами. - Лучше просто докладывай обстановку.

- Ник, двое вышли из джипа и стоят перед оградой... Они включили фары... Но, похоже, пока не знают, что делать дальше.

Гулу, тем временем, опустил на лицо маску тегулу, снова вооружился копьем и щитом и встал перед пологом, словно ожидая, когда придет пора выйти на сцену.

- Ник, если хоть один из них подойдет к хижине, я пущу ему пулю в затылок! Я все отсюда вижу...

Ганнибал сначала усмехнулся, но тут же пришел в ужас:

- Не вздумай! Ты с ума сошла!

Гулу и копьем не повел, слыша, как у него за спиной большой гулу-гулу отдает повеления кому-то в мире невидимом.

- Ник, я не могу... Боже!

И тут аспирант вздрогнул и протрезвел.

- Ник! Еще двое!.. Они идут с Тропы леопардов. Значит, они ищут нас!.. Там наши велосипеды! Только не волнуйся, Ник! Все будет хорошо!

Ганнибал огляделся: лишнего туземного копья не было... Висела связка кинжальчиков... Один такой он уже крепко держал в руке.

- Ник... что-то...

И тут Гулу сделал решительный шаг и, оттолкнув полог, выступил навстречу наглым империалистам из "ИМПЕРИИ ЗДОРОВЬЯ".

Аспирант Дроздов остался в хижине, облившись холодным потом: краем взгляда он успел заметить, что у входа в хижину, освещенные фарами врагов, ослепительно сияют его белые кроссовки.

"Все она "видит"! Не могла предупредить!"

- Ник... они... Боже, что это?!

"Это мои белые тапочки!" - еще сильней разозлился подземный дух нуго.

- Тегулу!.. Леопард!.. Это он! Ник, я вижу его! Ник! Они...

Полог, хижина и аспирант вздрогнули от выстрела.

Ани вскрикнула.

Второй выстрел вышиб из аспиранта все планы. Он толкнул полог - и страшным, поднятым из-под земли демоном выступил в мир видимый... В свет фар, боровшийся со светом священного костра.

- Боже мой! Ник! Ник! Я в порядке! Они стреляли в тегулу... Я не знаю... Что ты делаешь, Ник?!

Старый колдун Гулу и "подземный дух нуго" смело шли вперед, обходя костер по тропе войны - слева.

- Ник! - На дереве началась истерика. - Я умоляю тебя! Боже мой! Что вы делаете?!

Вот что видела со своего бельэтажа потерявшая самообладание Ани: два грозных тегулу-онезе в ритуальных костюмах остановились, ярко освещенные в ночи вражескими фарами, и теперь самый главный тегулу-онезе поднимал на чужеземцев копье мщения. Враги смотрели на это занятное действо, не поднимая своего везде и всюду победоносного оружия, заряженного порохом и свинцовыми пулями... Они не знали... Аннабель тоже не знала. Гулу знал. А Ганнибал Дроздов теперь, встав бок о бок со старым африканским колдуном, предчувствовал. И от предчувствия у него захватило дух...

Копье, брошенное сухонькой, но крепкой рукою старого Гулу летело удивительно медленно и невесомо... Летело как-то очень безобидно. Оно летело, как бумажный голубок. Те, которые стояли у машин, неторопливо посторонились на пару шагов от места, куда копье на подлете стало клониться острием. И оно, брошенное вполсилы старческой рукой и невесомо пролетевшее метров тридцать, не меньше, опустилось и неслышно ткнуло острием землю прямо перед бампером ближайшего джипа.

И вся тьма от земли до зенита черных небес раскололась со страшным треском!

И ослепительная трещина мира рассекла железную машину и все на земле раскрошила в мелкие осколки тьмы.

И вспыхнул темно-огненный шар, разорвался снопами - и огненная мешанина колыхнулась через ограду, навстречу...

Ганнибал рухнул ничком на жесткую землю, и только в это мгновение, когда его окатила гулкая волна жара, он разглядел на сжатых веках негатив отпечатавшейся в глазах картины: черная молния, ударившая с небес в копье, черный, ослепший свет фар и черные тени...

Тягучий звон и далекий-далекий несчастный голосок:

- Ник! Ник! Ты жив, Ник?!

Сплошной электрический хруст в правом ухе.

- Я?! Я в порядке. А ты?

- Ник, я почти тебя не слышу! Я не знаю, что делать! Я уронила карабин!.. Боже! Ник, ты только посмотри!..

Ганнибал поднял голову, но ничего не увидел - маска съехала набекрень. Он поправил ее - и свет попал в прорези.

Все чужое, что было и бесформенно громоздилось за оградой, густо полыхало. Горел и сам плетеный лабиринт входа во владения колдуна. Никто там, снаружи, за этим лабиринтом, больше не стоял и не кичился своей железной мощью.

Едва Ганнибал вспомнил о самом Гулу, как колдун появился перед прорезями маски. Держа щит перед собой, старик двигался вперед, к огню возмездия.

- Ник, я не знаю, где эти двое! Они, наверно, где-то здесь!

"Им же хуже", - злорадно подумал аспирант.

Он вскочил на ноги, и кинулся было вслед за колдуном, вспомнил про неважное, но необходимое, и, вернувшись на секунду к хижине, сунул ноги в кроссовки. Теперь подземный дух нугу, конечно, годился для самой роскошной рекламы самой незаменимой в мире обуви.

Пока дух нугу участвовал в рекламной паузе, сам колдун каким-то чудесным образом уже успел преодолеть горящий лабиринт.

- Ты видела, как он прошел?

- Ник, это невероятно!

- Все ясно! - взбодрился Ганнибал от того, что придется действовать по своему собственному плану. Он представил себе, как трескуче, в мгновение ока, вспыхивает на нем соломенный наряд духа, разбежался, подпрыгнул в кроссовках и перемахнул через ограду в безопасном месте.

Гулу двигался прямо в направлении дерева, на котором располагался наблюдательный пункт Аннабель.

Заметив