Дело влюблённого инкуба - Валентина Ильинична Елисеева

уже подзабыл тот случай, но недавно ко мне приходил частный детектив и я отыскал в архиве давным-давно сделанное фото справки о рождении.

– Какие слова рожавшая женщина произносила в бреду – помните?

– Нет, уже не вспомню, тридцать лет прошло. Она бормотала о чём-то из области фэнтези: магия, ритуалы, другие расы, то ли ведьмы, то ли оборотни, то ли ещё кто... Я такой темой не увлекаюсь и тогда не вслушивался особо, только поразился, до какой степени надо забить себе голову глупыми сериалами, чтобы нести подобную ахинею даже во время мучительных схваток!

– Сможете описать, как выглядела та женщина?

– Что вы, я не любуюсь пациентками, когда принимаю тяжёлые роды. Я и по свежей памяти не смог помочь полиции в составлении её фоторобота.

Поблагодарив врача и выйдя в цветущий, зелёный внутренний дворик клиники, Вэл набрала эльфа.

– Ну, как тебе понравился рассказ акушера? – мигом откликнулся Дон Шепард. – Я решил, тебе стоит выслушать его собственными ушками, чтобы не усомниться в честности свидетеля тех событий.

– Не усомнилась, но теперь тщетно пытаюсь догадаться, в чём причина намеренной секретности при рождении Марты Хоуп. До инициации юные ведьмы совершенно неотличимы от людей, их принадлежность к Иным даже ДНК-анализ не покажет! Собственно, и оборотни далеко не сразу обретают способность к обороту, да и вампиры первые годы жизни питаются лишь от родителей, что для новорожденных выглядит со стороны как обычное кормление грудью. Да, Иные предпочитают вызывать на дом знающего акушера, посвящённого в особенности представителей ИГР и чаще всего являющегося одним из нас. Однако рождение ребёнка Иного в обычной клинике – не великая редкость, к чему в данном случае были разведены такие сложности? Так, что там с оформлением свидетельства о рождении? У меня нет времени ехать на другой край страны, рассказывай, что узнали твои агенты.

– Там всё просто. Адам Хоуп явился в клинику, в которой на днях скончалась родами одинокая женщина. Скончалась, так и не родив, – случай редкий в наше прогрессивное время, но тем не менее встречающийся. Дальнейшее могу объяснить лишь действием запрещённых к применению зелий, заклятий и амулетов: сотрудник клиники принял от Хоупа заявление, указав в графе «мать» несчастную умершую, а в особых отметках указав, что справка о рождении к анкете-заявлению не прилагается в связи с утерей. Вот и вышло, что в итоговых документах всё выглядит чисто: оба родителя известны, мать умерла, отец забрал дочь из роддома, все документы подтверждают друг друга, никаких противоречий нет.

– Официальная мать Марты – человек, а вот кем являлась её настоящая мать, мы пока установить не можем, – задумалась Вэл и присела на качели. – Слушай, ты часом не в курсе, где найти Адама Хоупа?

– Нет, но если вдруг узнаю – сообщу не тебе, а полиции Лос-Анджелеса: они обещают крупную награду за помощь в розыске Марты и Адама Хоуп.

– Тьфу! Свидетели по делу исчезают, как вода в песке! Зачем-то ведьмак постарался скрыть видовую принадлежность матери своей дочери! Ты обратил внимание на группу крови Марты, указанную в справке?

– Естественно, это самая редкая группа крови среди людей и бросающаяся в глаза любому Иному.

– С такой группой рождаются все некроманты. – Раскачиваясь на качелях, Вэл крутила прядь волос и думала, думала.

– Да, но не только они. Прежде чем ты сделаешь вывод о видовой принадлежности неизвестной матери Марты, поспешу тебя разочаровать: малышка могла унаследовать эту группу крови от отца. Так что наследие наверняка не магическое, а генетическое, и по другой линии.

– Всё-то ты знаешь, – вздохнула Вэл.

– Если бы я знал всё, был бы гораздо богаче, – фыркнул эльф.

– А мне хотелось бы знать всё, чтобы не опасаться нашествия зомби на Лос-Анджелес, – мрачно сказала Вэл. – Или заранее к нему подготовиться...

.

В полдень того же дня в кабинет адвоката заглянул её личный помощник.

– Шеф, ты здесь? – спросил Тони и уставился на Вэл, сосредоточенно рисующую на белом листе офисной бумаги серую статуэтку, похожую на вазу с цветами.

– Трудно было бы отрицать, – рассеянно согласилась она с фактом своего наличия на рабочем месте. – Скажи, какая разница между призраком и привидением?

– Ты всю ночь сидела здесь и размышляла над их метафизическими различиями? – хмыкнул Тони, но на поставленный вопрос ответил: – Призрак – это существование души сразу после смерти, а привидением призрак становится в том случае, если по каким-то причинам не ушёл за грань, оставшись привязанным к земле, и отказался от упокоения некромантами. Полный список причин могу уточнить в энциклопедии.

– Не нужно. Я всю ночь сидела не здесь, а дома, внимательно изучая материалы дела Брин Стоун, и теперь горю желанием проверить некие возникшие у меня догадки. Ты принёс свою спортивную сумку, как я просила?

Тони молча протянул требуемое и с любопытством наблюдал, как его потрёпанную сумку обнюхивают, удовлетворённо кивают и кидают в угол кабинета.

– Кто там у тебя в приёмной? – спросила Вэл, расслышав человеческие шаги за дверью.

– Мужчине нужна консультация: он сетует на коррупцию и незаконные препоны в покупке земли.

– Коррупцию? Тони, уж это вовсе не наш профиль!

– Да, но я записал его на приём, когда увидел, у какого посёлка он желает купить участок, – заговорщицки подмигнул личный помощник и развернул на столе карту пригорода Атланты с красным кружком, отмечавшим территории проблемных земель. То, что земля там представляла собой бесплодную пустыню, ничуть покупателя не смущало, а заподозрить наличие тут скрытых тайн непосвящённый не мог никак. – Догадываюсь, кто из Иных создаёт препоны покупке, поскольку им даром не нужен человек под самым боком. Поговори с художником, а то он далеко не беден, вопреки устоявшемуся представлению о людях творческих профессий, и готов армию юристов для отстаивания своих прав нанять.

– Художник?

– Да, довольно известный. Я бы добавил, этот мистер Франклин весьма эксцентричный мизантроп, откуда и родилось его желание поселиться в безлюдных песках.

Заинтригованная Вэл вышла в приёмную и обнаружила, что посетитель – невысокий щуплый мужчина лет сорока – придирчиво рассматривает большую картину на стене, скептически хмыкая и неодобрительно поджимая тонкие губы. При виде хозяйки картины он обвиняюще ткнул в полотно пальцем и огласил свой вердикт – мнение мэтра изобразительного искусства:

– Удивительно талантливое исполнение при поразительно безграмотном и наплевательском подходе к проработке образа. Технически