Орден хрустального черепа - Юлия Яр

Здесь собраны ценнейшие картины королевства, включая те, что писались, когда дворец еще только строился.

— Очень интересно, — ответил ему визирь безо всякого интереса в голосе. — Мы примем к сведенью.

— О, непременно, — неожиданно усмехнулся Билльмонт и добавил. — Я бы советовал вам и вашим спутницам особенно присмотреться к той, что висит третьей от входа в коридор. Она весьма занимательна.

Затем он повернулся, пристально взглянул на меня и, не говоря больше ни слова, покинул комнату.

— Пойду посмотрю, что он имел в виду, — задумчиво сказала я через пару минут. — А потом Тасилия заберу.

— И не задерживайся там, — ворчливо погрозил пальцем чертяка. — Рискуешь остаться голодной. Меня нельзя наедине с пирожными оставлять, а то я за себя не отвечаю.

— Вот и помог бы ей, — предложил ему Крис. — А я пока тут чай покараулю.

— Еще чего! Не визирьское это дело, за всякими «шегельмэ» по чужим покоям таскаться, — искренне возмутился Шнырь, за что тут же получил от меня вторую затрещину.

— Еще раз меня так назовешь, я тебе хвост на рога намотаю и бантиком перевяжу, — пригрозила я.

Фамильяр тут же схватился за упомянутую часть своей тушки и принялся ее любовно поглаживать, тихо воркуя.

— Не бойся, мой хороший. Я тебя в обиду не дам. Ты мне дорог, в отличие от этой противной ведьмы.

— Еще одно слово и я уволю тебя из фамильяров, — сердито гаркнула в ответ. — Лучше Тасилия найму, от него хоть польза есть. А ты только еду на удобрения переводишь.

Чертяка собрался было что-то мне ответить, но Крис взмахом руки остановил его.

— Напоминаю вам, что Тасилий все еще ждет. И возможно как раз в эту минуту ему требуется наша помощь, а вы все никак не уйметесь.

Мы пристыженно замолчали и поплотнее закутавшись в свои маскировочные костюмы вышли в коридор. Проходя мимо картин, мы притормозили у полотна, о котором говорил Билльмонт и принялись внимательно его изучать. Ничего особенного оно из себя на первый взгляд не представляло. На нем был изображен высокий бородатый грозного вида мужчина в старинных доспехах. Никаких скрытых тайных посланий, знаков или ходов ни на картине, ни под ней не обнаружилось.

— Ну и что? Билль хотел, чтобы мы оценили грубую мужскую красоту этого воина? — озадаченно нахмурилась я.

— Хм, может быть он имел в виду не саму картину, а подпись под ней? — предположил Шнырь, тыкая лапкой в маленькую золоченую табличку.

— И что там написано? — сощурилась я в попытке разглядеть маленькие выбитые на золотом металле буквы.

— Леран — паладин его величества короля Ульриха Первого, — продекламировал фамильяр. — А, это же при нем-то Дархайм строили. И паладинов-то тогда не было столько. Это сейчас развелось как тараканов

— Леран? Что-то знакомое, — нахмурилась я, не обращая внимания на его болтовню, и снова принялась разглядывать изображение на картине.

Теперь обратила внимание, что цвета, в которые одет мужчина были разными оттенками зеленого, а доспехи состояли из множества мелких пластинок, напоминавших чешую. Раскосый вытянутый к вискам разрез глаз и слегка вздернутый нос с узкими длинными ноздрями.

— Тебе не кажется, что он чем-то напоминает змею? — задумчиво постучал по подбородку чертяка, пялясь на картину.

— Кажется, — кивнула я и спохватилась. — Погоди, один из паладинов Рэда тоже носит имя Леран! Как же его зовут?

От досады я хлопнула себя по бедру и ощутила, как под ладонью зашелестела бумага. Это те несколько листков с переписью древних родов королевства, что дал мне Тэтчерд на кладбище и которые предусмотрительно переложила в этот костюм, когда переодевалась. Не обращая больше ни на что внимания, я тут же достала их из кармана и принялась жадно искать нужную фамилию.

— Арман, Грюе, Вирэ, Женуа, Клеман, Таури, — принялась бормотать я. — О, надо же! Даже этот выскочка Стентон есть… Так, ага! Нашла!

Я победно потрясла бумагой в воздухе и тут же зачитала вслух то, что там было написано.

— Лераны — представители древнего рода ядовитых аспидов. Предположительно берут свое начало от самого Балазара. Паладин Леран был первым мечом королевства и верно служил королю Ульриху Первому, после отставки основал военную академию у подножия Северных гор. В данное время, его потомок Максимилиан Леран находится на королевской службе в должности паладина его величества. Все сходится! Это он!

— Погоди, а это не он поехал охранять его величество? — задумчиво вопросил Шнырь.

— Боги… — прошептала я и мы оба замерли осененные ужасной догадкой. — Скорее, заберем Тасилия и поедем в госпиталь к Тэтчерду! Нельзя терять ни минуты!

Мы оба словно полоумные сорвались с места и ломанулись через коридор напролом к покинутым покоям леди Бувье.

— Тасилий! Тасилий! — наперебой выкрикивали мы, ворвавшись в темную спальню фрейлины.

— Я так и знала что вы вернетесь, — произнес до боли знакомый женский голос, прежде чем мы оба получили оглушительный удар чем-то тяжелым по голове.

Глава 28. Операция «Фокус-покус»

Ауч! Теперь я понимаю, почему мужчины получив нижний апперкот в уличной драке, спокойно лежат ничком на брусчатке и не торопятся возвращаться в сознание. Оказывается, это чертовски болезненно.

Судя по внутренним ощущениям, в спальне леди Бувье по моей голове проехал паровой локомотив. Ну никак не меньше! Даже разлепить глаза оказалось сложной и болезненной задачей. Впрочем, спустя буквально несколько мгновений, стало понятно, что болит у меня не только голова, но и все остальное. А когда перед глазами закончили плясать цветные пятна и мне даже удалось слегка мотнуть головой, стала очевидной и причина такого состояния.

Оказалось, что я висела под потолком, подвешенная за запястья на толстой цепи, смыкающейся на моих руках тесным стальными обручами. Сколько я находилась в таком состоянии неизвестно, но очевидно, что достаточно продолжительное время. Под тяжестью собственного тела руки и спина настолько онемели от боли, что совершенно не чувствовались. Я стояла на цыпочках и едва-едва доставала носками туфель до пола.

Пытаясь немного облегчить боль и прийти в себя, как могла подпрыгнула и встряхнулась. Потревоженная цепь звонко лязгнула о камень, значит за моей спиной есть стена. Это отлично! Я неуклюже попятилась и тут же уперлась в холодную каменную кладку. Прислонилась к ней вплотную, пытаясь перенести часть нагрузки — стало полегче. Я сосредоточилась и, стараясь не обращать внимания на боль, стала потихоньку озираться.

Низкие для обычной комнаты сводчатые потолки с грубо отесанными балками и ввинченными в них стальными штырями с обрывками цепей. Старая пожухлая солома, грязными ошметками валяющаяся на голом каменном полу. И полное отсутствие естественного света или горящих факелов, только бледный маленький светящийся кристалл под