Пиво, эльфы, два стрельца - Виталий Святец

была… образованна. Нет, не так – она была СЛИШКОМ ОБРАЗОВАННА. Настолько, что даже ее красота не сбивала с толку так, как ее логические умозаключения, вследствие чего она стала первой в списке ученых натур Несеренити. Безнадежно влюбленный в нее Икола Жезла навсегда остался вторым как в списке, так и в судьбе Ангины – науки ее интересовали больше, чем приземленные чувства.

Но некоторые решения принцессы Ангины имели далеко идущие последствия, и город, как организм, почуявший заразу, принимался бороться и вырабатывать средства защиты [однажды, в роковой день, Икола Жезла и Ангина назовут это «антитела»].

Все закончилось бы кровопролитием, не вмешайся оказавшийся в центре водоворота Игон Эрн. Немногие знают правду, еще меньше когда-либо захотят поведать ее миру, но результат устроил поголовно всех. По иронии судьбы последний прошедший конкурс выиграла Диана – младшая сестра Ангины, а сама Ангина коротает дни за любимым делом – запертая в высокой башне на окраине города, она занимается исследованиями, изысками и ухищрениями в делах науки. И радуется жизни.

В этом вопросе Несеренити шел в ногу с соседями и временем.

– Знаете, господин капитан, – вкрадчиво начал Жезла, когда до верха башни оставался один лестничный пролет, – то, что принцесса Ангина вообще заперта здесь, мне представляется не совсем… не совсем законным.

– Что значит «не совсем законным»? Принцесс принято запирать в башнях. Насколько мне известно, так делают во всем цивилизованном мире.

Эрн открыл дверь и успел сделать ровно одно – остолбенеть от увиденного за ней. Жезла резко и своевременно дернул капитана за ворот плаща: через мгновение в их сторону вылетела тугая струя огня.

– ФУ! – раздался с балкона твердый женский голос. – Фу! Кому сказала?!

– А что такого? – заговорила вдруг понятным человеческим языком породившая пламя покрытая багровой чешуей ящерица ростом с человека. – Я всего-то тепло поприветствовал Ваших посетителей, Ваше нашество!

– Это что еще за лошадь?! – рявкнул капитан Эрн, лицо которого все еще обжигал горячий воздух.

– Я не лошадь! – принялось оправдываться существо, выпрямившись во весь рост. – Я благородный красный дракон. Звать – Пламенный Обалдуй Леха.

– Плам… Чего?! Хочешь сказать, что это вот твое пламенное приветствие, голубь ты переросток?!

– Я дракон! Прямоходящий!

– Прекрасно, ты сейчас прямо пойдешь в камеру, – капитан положил руку на меч.

– Воу-воу! – дракон выставил вперед лапы. – Полегче на поворотах, брат! У меня с детства аллергия на клинки!

– Не брат я тебе, морда краснокожая!

– Господин капитан, расслабьтесь, – осторожно коснулся его плеча Жезла. – Леха мирный, – и он в два прыжка добрался до принцессы Ангины, плохо скрывающей смех.

Ученые защебетали влюбленными птицами, выписывая словами невообразимые и совершенно невероятные пируэты, разобрать которые было решительно невозможно. Только малую часть и только если была возможность закончить продвинутый курс алхимии в институте, какой капитан Эрн, разумеется, не имел. Он немного остыл и убрал руку от рукояти меча. Попытки понять суть разговора все так же не имели намека на успех, и капитан повернулся к Пламенному Обалдую Лехе.

– Ну и откуда ты взялся? Я думал, все ваши давно за тремя морями, – заметил Эрн.

– Большинство, паря, большинство, тут не поспоришь, – признался Леха. – Ну а мне тамошний климат не по чешуе.

– Сочувствую, – бесстрастно пожал плечами капитан. Что-то в речи дракона порезало ему слух, но что именно – он понял не сразу. Только когда Пламенный Обалдуй Леха снова заговорил, все стало ясно:

– Слыш, паря, – зыркнул дракон на капитана, – закурить есть?

Эрн уставился на него и отложил в голове мысль, что необходимо выяснить у Жезла, как сложилось так, что он в курсе, что Леха – мирный, а капитан – нет.

– А у тебя регистрация есть? – спросил он вместо ответа.

– Ну чего придираетесь-то? – Пламенный Обалдуй Леха обиженно отвернулся в сторону.

Капитан помотал головой и направился к принцессе и гвардейскому ученому.

– Ангина, надо поговорить, – Эрн с трудом вклинился в их влюбленный стрекот, в котором по-прежнему не понимал ровным счетом ничего.

Девушка поднесла указательный палец к губам Жезла.

– Наедине, господин капитан?

– Желательно, – кивнул он. – Жезла, будь любезен…

Но Жезла даже не думал слушать капитана. Он был целиком во власти барышни, чей интеллект в пару раз превышал его собственный.

– Ладушки, – кивнула Ангина и посмотрела прямо в глаза Жезла. – Икола, зайчик, послушай внимательно. Жизнь, время, материя, пространство – вообще не локальный феномен.

Ученый, украшенный блаженной улыбкой, резко засмеялся и упал в обморок. Пламенный Обалдуй Леха успел поймать его у самого пола и, звучно ругаясь, потащил под навес, подальше от палящего солнца.

– Некоторое время он пробудет без сознания, – Ангина, донельзя довольная собой, состроила Эрну глазки и захлопала ресницами.

Капитан на мгновение потерялся в мыслях.

– Где ты это достала? – спросил он, глядя, как дракон тащит Жезла в сторону кушетки.

– Сама додумалась, конечно, – с гордостью ответила Ангина.

– Нет, я не про набор слов, которым ты вырубила Жезла, а про дракона.

– Так и я не про набор слов, которым вырубила Жезла, а про дракона, – девушка захихикала. – А в чем дело, капитан? Не любите драконов?

Эрн повернулся и попытался испепелить Ангину взглядом.

– Нет, ну правда, я сама догадалась. Всегда есть приятный собеседник, помощник, огонь для очага. Сплошь удобства!

– Это вот он-то, – Эрн вопросительно указал рукой на дракона, – приятный собеседник?

– Ах, прошу извинить, – внезапно залепетал Пламенный Обалдуй Леха, отряхивая лапы. – Где же мои манеры? Скажите, господин капитан, Вам больше по душе литература, или Вы предпочитаете театр? Я недавно имел удовольствие краешком глаза лицезреть репетицию новой пьесы, главная партия в которой отведена городской диве Ла Нуне – у нее чудо какой голос! А насчет литературы – мне очень пришлось по душе собрание сочинений эльфийского баснописца Дишо, что творил на закате прошлого столетия.

– Баснописец Дишо – переоцененный фуфел, Леха! Прими уже этот факт и оставь капитана в покое! – пригрозила пальцем Ангина.

– Не извольте вмешиваться, когда мужчины диалог держат, сударыня! – Пламенный Обалдуй Леха выставил в сторону девушки ладонь, но та лишь отмахнулась. – Итак, господин капитан?

Эрн несколько раз открывал рот, но так ничего и не ответил.

– Вот значит и не надо сквернословий, паря, – Пламенный Обалдуй Леха изобразил пастью что-то, смутно напоминающее улыбку.

– А мой вопрос о регистрации остался без ответа, – сказал Эрн.

Дракон ссутулил плечи, пробурчал что-то невнятное и поплелся к краю балкона.

– Нет, ну никто меня не ценит! – вдруг заорал он.

– Ой, прошу тебя, не начинай, – Ангина закрыла лицо руками.

– Никто! Совсем никто! – причитал дракон. – Ты, Ваше Нашество, меня вообще не любишь!

– Да люблю я тебя, идиота ты кусок!

– Уж конечно же!