Смерть найдёт каждого - Григорий Андреевич Неделько

Константин понял, что его собеседник прав. Он никуда не уедет; во всяком случае, пока не узнает, по какой причине явился сюда. В противном случае, можно просто взять, положить голову на плаху и попросить, нет, приказать любому отрубить её. Не кому угодно из них, а вообще любому: настолько велика, сложна и важна была их миссия.

- Объясни толком, - уже мягче заговорил Вильсон, - что стряслось? Он кому-то проболтался?

- Благо, не успел, - ответил Михаил.

- Тогда…

- Но у нас есть подозрение, - перебил влиятельный молчун, - что проболтаться может кто-нибудь другой.

- Ты намекаешь на меня?

Михаил мрачно усмехнулся.

- Не будь дураком. И помимо тебя есть люди.

- Да. И немало. И это, - он помахал фотографиями, - может их напугать. Серьёзно напугать.

- Вот именно.

Михаил откинулся на спинку стула. Вильсон догадался, что мужчина готовится сказать ему нечто ещё более важное.

«Ещё более важное! Куда уж важнее… будь оно всё проклято!..»

- У нас есть подозрение, - проговорил, почти прошептал Михаил, - что о происходящем стало или может стать известно третьим лицам.

- Из тех, кто против?

- Да, из противников. И им ничего не стоит проболтаться.

Вильсон закивал. Жуткое дело… Но, по крайней мере, теперь всё ясно, всё становится на свои места.

- И это только полбеды, - сказал Михаил. – Другая половина заключается в том, что они способны на поступки.

- Я думал, мы их контролируем.

- Их чересчур много, и они слишком рассредоточены.

- Хорошо-хорошо. Неправильно выразился. Я думал, нам известны их планы и передвижения… по большей части.

- Точность в нашем деле дорого стоит, - указал Михаил. – По большей части, всё это нам известно, но остаётся меньшая. И он, - кивок на фотографии, - мог связаться с ними.

- Думаешь, он был заодно с противниками?! – ошарашенно спросил Константин.

Михаил пожал плечами.

- Или так, или специально внедрился к ним. В любом случае существует опасность, что они использовали его.

- Думаешь, это… его устранение… их рук дело?

Снова пожатие плечами.

- Понятно. Я всё выясню. Подключу все каналы, приложу все усилия, чтобы добраться до правды. И наказать виновных… кем бы они ни были.

- Вот теперь ты говоришь дельные вещи.

Похвала от Михаила? Звучит двусмысленно. Да не просто звучит, а является весьма сомнительной.

- Кто делал фотографии?

- Один наш человек.

- Ему можно доверять?

- Вполне.

- Может быть, стоит его проверить?

- Может. Но это не твоя забота. Раньше он нас не подводил.

- Всякое бывает…

- Согласен.

- Значит, он не информатор? Не нанятая ими фигура для перевода стрелок?

- Сильно сомневаюсь. Запутать нас им, безусловно, на руку. Но ты же понимаешь, всё произошедшее ставит под удар как нас, так и их. В равной степени. Стоит ли так рисковать?

Константин покачал головой. Нет, не стоит. Но в чём же тогда дело? Как-то уж очень всё загадочно и непонятно; он не привык к подобному. Занимая свой пост заммэра, Вильсон знал всё или практически всё, что происходило в городе С, и такая информированность была ему по душе. Он считал, что так всё будет продолжаться и дальше. А тут вдруг…

Он встал со стула и окинул взглядом пустую комнату, где они уже не первый раз встречались, и исключительно по неотложным причинам. Ни мебели, ни картин, ни посуды… ничего. Только стены, два стула и стол. Всё, что нужно, чтобы провести экстренную, столь важную для них – и для всех остальных – встречу.

Внезапно в голове Вильсона родилось сумасбродное, однако, как он понимал, вполне вероятное, учитывая обстоятельства, предположение.

- А ты уверен, - спросил он, - что это именно Медянкин?

Михаил поморщился, когда Константин произнёс эту фамилию: то ли был недоволен, что её вообще назвали, то ли по какой-то иной причине.

- Очевидно одно, - сказал он, - это человек, и человек этот похож на того, кто нас интересует. В наших интересах выяснить, он это или нет, и принять меры…

«Но если это не Медянкин, тогда кто? – размышлял Вильсон, выходя из квартиры. – Кому могло потребоваться выбрасывать в реку труп человека и подстраивать всё так, чтобы подумали, будто это Медянкин? Отчего труп выглядит так странно – если не принимать во внимание его пребывание в воде? Да и всё остальное вызывает вопросы…»

Вопросы без ответов. Если Вильсон и ненавидел что-нибудь больше этого, ему самому то было неизвестно.

В дожидавшуюся неподалёку от входа в многоквартирный дом машину он сел в препоганом настроении и