Жук - Дана Обава

его сейчас стошнит. — Мне пришлось караулить вас на платформе, и я так издергался, что начал привлекать к себе внимание. У меня дважды проверили карту и наверное внесли в какой-нибудь список неблагонадежных или вроде того.

— Нет такого списка, — пытается успокоить его Лекс, но Морис все равно выглядит дурно и никак не может взять себя в руки. Мне это состояние очень даже знакомо. Нам приходится уйти вглубь платформы и найти скамейку, чтобы он мог посидеть, хотя тут мы и находимся на виду. Лекс отходит, чтобы взять ему в лотке чашку успокоительного отвара.

— Хозяева игры прислали мне сообщение, — наконец начинает рассказывать Морис, ополовинив чашку. — Наверное, его разослали всем нашим.

— Последний раз я включала телефон вчера вечером. Тогда ничего не было, — говорю я.

— Его прислали вчера около трех дня, — Морис вздыхает. — Я едва успел прочитать, прежде чем оно исчезло, и восстановить его я не смог. Я даже подумал было, что мне оно привиделось на нервной почве. Поэтому я навестил Палому, и да, она его тоже видела.

— Так что в нем было? — нетерпеливо спрашивает Лекс.

— В сообщении было сказано, что трубу еще не прочищали.

Мы с Лексом пару секунд непонимающе смотрим на Мориса. А он смотрит на нас, ожидая нашей реакции.

— Какую еще трубу? — реагирует Лекс.

— Очевидно, имеется в виду труба, в которую мы скинули… тело, — предполагает Морис. — Мы думали, что она для мусора и ведет прямо в бездну. Но я нашел схемы. В общем, там стоит дробилка, после которой отходы могут быть, как выброшены в бездну, так и в специальный отсек. И поскольку цех давно не работал, то тело, скорее всего, застряло в дробилке. А Палома рассказала мне, кого мы того…в общем, что это был офицер стражей, то есть его скоро хватятся…и поскольку это старший офицер…, короче искать будут везде. — Немного путано и с запинкой, но вполне доходчиво объясняет сложившуюся ситуацию Морис.

— И что? Хозяева игры не хотят нашего разоблачения и поэтому решили нам тактично намекнуть на наши промахи в укрывательстве улик? — со злостью в голосе говорит Лекс.

— Видимо так, — соглашается Морис. — Вряд ли их целью являлось подставить нас. Я думаю, мы уже сделали то, что им было нужно. Их цель достигнута, и теперь в наших общих интересах похоронить все, что касалось этого дела.

— Почему же их целью являлась смерть этого человека? — продолжает Лекс. — Из-за того что он делал с Паломой? Если так, то эти люди как-то связаны с ней, раз им небезразлична ее судьба.

— Если он был таким, как Палома его описала, — более-менее успокоившись, Морис выкидывает опустошенный стаканчик в урну, — он мог и другим людям жизнь испоганить. Но я уже расспросил Палому об ее родственниках и друзьях, но среди них нет никого, кто мог бы подходить на роль хозяев.

— Хозяева могли познакомиться с Паломой через организацию, помогавшую ей прятаться от Сэма, — предлагаю вариант я.

— Точно, нужно узнать побольше об этой конторе, — соглашается Лекс.

— Прекрасно, я с удовольствием помогу вам с этим, — снова начинает переживать Морис, — но прямо сейчас у нас есть проблема поважнее!

— Хорошо-хорошо, — кивает Лекс, — пойдем сейчас и прочистим эту трубу. Ты ведь теперь знаешь, как это делается?

— Э, да, — Морис виновато смотрит на нас, — но нам придется делать это вручную. И надо бы достать хорошую прочную длинную веревку, чтобы спуститься туда.

— Шикарно, блин, — морщится Лекс.

Пока Лекс бегает в известное ему место, где можно быстро раздобыть хорошую веревку, я возвращаюсь в учебку поставить стирку. Все равно рядом. Захожу привычным маршрутом, а сердце при этом так гулко стучит, как будто я забираюсь в логово врага. Вроде бы рановато для паники, но организм так не считает. Наверное, поэтому он совершенно не удивлен увидеть в зале построенных курсантов. Причем там не только все наше отделение, но и то, что напротив через бездну. Стоят вольно в компании с двумя старшими офицерами, но все же видно разделение на группы.

На этот раз я не очень спешу проскочить через зал, чтобы поскорее юркнуть в свою норку. Курсанты болтают, и, хотя я слышу только обрывки разговоров, но теперь, после того что Морис рассказал нам, я понимаю, о чем идет речь и что сейчас происходит.

Одна из учебных аудиторий, выходящих в зал, открыта, и все младшие офицеры, которые должны курировать группы курсантов, похоже, находятся на совещании именно там. Пропал старший офицер, не вышел на смену в отделе наказаний и сигнала ни с его планшета, ни с личного устройства не поступает. Его передвижения за последнее время уже определены, определены места поиска, и теперь курсантов бросят на их прочесывание. Таким образом, младшие офицеры сейчас получают задания для закрепленных за ними групп новичков.

Захожу на склад, прохожу в прачечную и начинаю закидывать в машинки ожидающее стирки белье. Похоже, мы опоздаем с избавлением от улик. Стражи вот-вот выдвинутся на место, прямо у них под носом проникнуть на лесопилку и залезть в ту чертову трубу просто нереально. А значит, труп будет найден.

Мы все равно встречаемся в условленном месте, ведь оно достаточно далеко от лесопилки, просто по пути к ней. Я быстренько выдаю новость, после чего мы некоторое время молчим, представляя, чем нам грозит обнаружение останков офицера. На то, чтобы выяснить время смерти Сэма и кто был тогда поблизости, много сил у стражей не уйдет.

— Нам кранты, — резюмирует Лекс, сжимающий в руках бесполезный теперь моток веревки.

— Не обязательно, — Морис теперь на удивление спокоен. — Если кто-то позаботился о том, чтобы стереть часть истории передвижений этого офицера, то мы вполне успеваем разобраться с его телом.

— Если хозяева игры на это способны…, — Лекс ожесточенно трет глаза. Он выглядит уставшим. — Фиг мы их вычислим.

— А и не нужно их вычислять, — качает головой Морис. — Давайте пойдем, сделаем это последнее неприятное дело, забудем обо всем и будем жить дальше.

— Легко сказать, — ворчит Лекс. — Ладно, я пойду и гляну, насколько все плохо. Если стражей вокруг лесопилки не вертится, вернусь за вами и пойдем решим вопрос.

Все же на уровень, где расположена