Расклад с тремя неизвестными - Надежда Цыбанова

вздохнула я. Догадаться, куда клонит напарница, нетрудно. Трудно это принять. – Самим его прирезать?

Луиза аж отшатнулась:

– Джу, что за стремление организовать себе дополнительную работу? Ай-ай-ай. Дурака нужно будет не просто убрать, а еще и закопать. Пробовал ли ты до этого рыть могилы? Это очень непростое дело. Опять же, думаешь, нам позволят портить сад в замке де Эрдан?

– Кругом лес, – буркнула я. – Когда ты шутки перестала понимать, Луиза?

– Вот как ты начал шутить, так и перестала, – эта ехидна высунула язык, дразня меня. Мартин, отлично видящий происходящее, поперхнулся воздухом. – Доводилось ли тебе слышать поговорку: все, что происходит на территории замка некроманта, остается там же?

Я удивленно моргнула. Это она про защиту, которая стирает память о слугах? Точнее, тот факт, что они привидения. Нас хоть и облагодетельствовали допуском, но приятней от этого не стало.

– В общем, – махнула на меня рукой напарница, – надо пойти к Роберту и попросить его усилить защиту. Наверняка она как-нибудь регулируется. Пускай у него все время пребывания здесь сотрется.

– А может лучше прикопать? – без особой надежды спросила я, нервно кося глазом на стены замка. – Я согласен лопатой помахать.

– Джу, я тебя понимаю, – потрепала меня по плечу Луиза. – Первый раз он всегда самый страшный. Коленки трясутся, ладошки потеют, озноб пробирает. Но ты успокойся. Я взрослая девушка и все сделаю сама. Тебе не надо говорить с Робертом де Эрданом, ведь у нас есть Берта. Зайдем через нее.

Я только про себя хмыкнула. На Берту где залезешь, там и слезешь. Но сделав широкий жест рукой, мол, ни в чем себе не отказывай, я отправила напарницу на переговоры, а сама пошла стеречь нашего не то информатора, не то преступника.

– И что вы придумали? – Мартин боязливо поджал ноги, не рискуя вставать.

– Ничего криминального, – я посмотрела на облака. – Вам больно точно не будет.

– И вы меня отпустите, – в голосе мужчины зазвенела надежда.

– На все четыре стороны, – фыркнула в ответ. Только не стала уточнять, что недалеко и ненадолго. Вот задержим всю шайку, и его определим на казенные харчи.

Мы помолчали. В воздухе витал аромат цветов. Нежный ветерок обдувал лицо. Солнце ласково скользило по земле. И с чего это меня на романтику потянуло? Интересно, а что сейчас делает Алекс? И как долго он пробудет в Варкосе?

– Вы же Экстер, да? – неожиданно спросил Мартин. – Джулиан Экстер.

Я молча выгнула одну бровь, выражая заинтересованность в поставленном вопросе.

– На вашем месте я бы убрал сестру из города, – доверительно сообщим мне мужчина. – На шулерстве можно хорошо заработать. Но еще больший доход приносит приданое богатых невест. Я это слышал от Ринза. Придумали они себе новый заработок. Берут в жены девицу. Брюхатят. Получают часть капитала от родительского бизнеса. А куда деваться отцу, если иное позор для дочери? А там уж как повезет супруге. У них несколько фамилий на примете, и ваша первая. Потому что родители далеко и оспорить брак до беременности вполне могут не успеть.

Что тут скажешь? Радость-то какая! А то, что меня перекосило – это от счастья. И от него же глаз дергается.

– Какой-то недоработанный план, – задумчиво пробасила я. – Ладно родители, но у Джулианы есть брат. Следователь, на минуточку.

– Тут у них было два варианта: либо тщательно спрятать девушку, либо заставить вас проиграть ее в карты, – с честными глазами поведал Мартин.

Вот не могу я понять: то ли мне повезло и попался болтун, то ли все подстроено. Или я слишком мнительная стала?

Окинула критическим взглядом задержанного. С таким выражением лица только милость просить – точно подадут убогому из жалости. Надо прощупать его побольше.

– А расскажите мне, где отыскать Чарли? – пошла я в наступление. Ну, раз он всех сдает, может, и его сдаст.

– Я смотрю, юноша вы рисковый, – удивленно присвистнул Мартин. – Чарли у нас человек закрытый и интерес к своей персоне не любит. Он, как я понял, специалист по всяким непредвиденным ситуациям. Ну, это когда кто-то непредвиденно оборзел, то мозги ему вправлять приходит Чарли. Ну и рабочую силу для грязной работенки через него набирают. И я к нему пару раз обращался, не самому же кулаками махать, когда долг нужно стребовать?

– А вы весьма наблюдательны, – решила польстить информатору. Хотя следовало сказать – ушлый и пронырливый. – Так где можно найти Чарли?

– Главное, чтобы он вас сам не нашел, – философски заметил Мартин. – В кабаках, доках, увеселительном доме… да где угодно. Но я бы обратил особое внимание на доки. Ведь там центр торговли дурманом.

– Чарли им балуется? – откровенно удивилась я. Как-то не вяжется образ здоровяка и запрещенные препараты. С таким румяным лицом полагается только плюшками увлекаться.

– Зачем ему? – в ответ похлопал ресницами мужчина.

Странный вопрос поставил меня в тупик. Если бы я могла точно сказать причину, почему люди добровольно губят жизни, смело рискнула бы открывать свое дело и с важным видом умничать из мягкого кресла. И ни от кого бы не зависела. Эх, мечты.

– Ладно, – махнула я рукой, признавая поражение, – почему Чарли, возможно, будет в доках?

– Так он решает проблемы, которые охотно наплодил де Нирс, – пожал плечами Мартин, словно я спросила какую-то глупость. – Мальчик хотел откусить кусок побольше и влез в сферу деятельности другого человека. Торговцы дурманом очень чувствительные ребята. Вот если кто в их деньги запустит руки, так сразу становятся нервными. Де Нирс из-за этого и ссорился с друзьями. Они-то были против торговли в обход рынка.

В общем, к возвращению довольной переговорами Луизы я имела вид весьма задумчивый, если не сказать, пришибленный. Какое-то неправильное у нас дело – подозреваемые только множатся, а яснее не становится.

ГЛАВА 9

Подкараулив за воротами Мартина, мы имели счастье убедиться в жизнеспособности плана. Что даже удивительно. Нас не опознали, состроив удивленное лицо. Мол, что нужно следователям от честного работяги фронта науки?

– Есть ли у нас план? – покосилась я на Луизу, которая с деловым видом устраивалась на сиденье казенной кареты.

– Конечно, – воодушевленно начала напарница и через паузу добавила: – Нет. А зачем