Последний из рода Демидовых. Том II - Борис Ветров

— Рёв Чёрного Дракона! Редкое заклятье и выглядит очень эффектно, — поддержал коллегу Сергей.

Трое атлантов шли дальше, как ни в чём не бывало, вот только одежда на них полностью сгорела. Камера моргнула, показывая ледяной холм, в высоту достигавший метров четырёх. Монитор вновь показывал передний двор усадьбы, и здесь разыгрывалась совсем другая история. Лёд пошёл трещинами, посыпались внешние осколки, а затем холм разлетелся на сотни кусков и осколков. Троица атлантов стряхивала с себя ледяной покров.

— Жалко здесь не показало, как сработало Дыхание Ледяной Виверны. — с сожалением констатировал Марат.

— Ничего, это заклятье я видел, у себя в поместье, — не смог и я удержаться от комментария.

— Да вы что⁈ — изумился Карпов, — А расскажите?

— Как-нибудь в другой раз… — уклончиво ответил я.

С торца здания зашумела вода, бурлящий поток вода обрушился на головы атлантов. Отбросил их на ограду и не причинил никакого вреда. В незваных гостей летело всё: огненные шары, острые сосульки, их ноги сковывала земля, а ветер так и норовил засыпать глаза пылью. Усадьба превратилась в полигон, во дворе не осталось ни одной целой постройки, но Тёмные шли к своей цели, не обращая на это внимания.

Фокус жизни подсказал, что к нам идёт ещё человек, и действительно в дверь вошёл Сойкин:

— Добрый день, граф! — он протянул руку и сразу же подошёл к монитору. — Вот, смотрите!

Я пододвинулся ближе к экрану, на картинке застыл князь Долгоруков. Он только что затворил дверь сокровищницы и закрывал её собой. В коридоре спиной к камере появился Тёмный. Князь сделал пас руками, два каменных молота ударили с обоих сторон по атланту и рассыпались в каменную крошку. Долгорукий отпрянул назад, прижался к сокровищнице. Силуэт Тёмного смазался, превратился в чёрную кляксу. А на следующем кадре атлант стоял возле Долгорукова и держал в руке его сердце. На груди князя растекалось кроваво-красное пятно, а затем Долгорукий рухнул на пол.

— Но это ерунда! — как ребёнок закричал Карпов, — Вот сейчас будет зрелище.

— Держите себя в руках, Сергей. — сделал «пророку» замечание старший инквизитор.

— Ну а чего? — обиженно обернулся Карпов, — Когда ещё увидишь, как сокровищницу за десять секунд вскрывают?

Я присвистнул, насколько я помнил, сокровищницы делали таким образом, чтобы их было невозможно вскрыть за короткий период времени. Да и вообще, по общепризнанному мнению, сокровищницы были практически неприступными.

Атлант размял плечи, выставил руки в стороны, и из его плеч выстрелили чёрные загнутые шипы. А затем он голыми руками начал отрывать куски от стены сокровищницы. Я повернулся к старшему инквизитору:

— Как это? — не понял я. — Разве так можно?

— Мы сами были шокированы… — ответил Сойкин.

А когда я обернулся обратно, то из раскуроченной стены, вышел Тёмный, а в руках у него виднелась диадема. Камера вновь изменила ракурс, она вновь показывала улицу. А дальше… одиннадцать атлантов прошли сквозь кирпичный забор, даже не заметив его, они побежали трусцой и скрылись за поворотом.

— Мы смогли проследить по камерам атлантов до одной из станций метро. Они спустились в метро и растворились в толпе.

Я кивнул. Теперь было понятно, что диадема вновь утеряна и как отобрать её у Тёмных было совершенно неясно.

— И где искать этих любителей крушить и ломать?

— Мы не знаем. — за всех ответил Марат. — Но прогнозы по-прежнему утверждают, что вы, граф, можете их найти и вернуть диадему!

Я расхохотался:

— И как, по-вашему, я должен это сделать? Где продаётся атлантоискать, не подскажете?

— Мы этого не знаем, — виновато буркнул Сергей Карпов, — но прогнозы указывают, что только вы сможете решить данный вопрос. С вероятностью тридцать шесть процентов!

— Отличная вероятность! Не меньше нуля, уже хорошо… — вся эта ситуация меня выбешивала, и я решил сменить тему — Да, как так вышло, что вы прощёлкали Толстого? Я же вам его на блюдечке с голубой каёмочкой преподнёс!

— Согласен, наш просчёт. — не стал отпираться Сойкин, — Мы просто не могли представить, что кто-то решится на такую наглость: напасть на конвой инквизиции!

— Ну и как, нашли виновников?

— Нашли. Вот только это оказались наёмники, их снабдили высокоуровневыми заклятьями и использовали втёмную. Заказ пришёл анонимно через сеть. Со слов, задержанных заказ являлся срочным, платили тройной ценник, а времени на проверку просто не было. Наёмники были на мели… и не могли упустить такой заказ. — объяснил Сойкин.

— Понятно. — недовольно отозвался я. — И эти дебилы просто спалили графа вместе с конвоем. Что им хоть теперь за это грозит?

— Смерть. — не моргнув глазом ответил старший инквизитор.

Я кивнул. Ну хоть здесь не стали отменять смертную казнь для идиотов и подонков.

— Хоть что-то вы мне можете дать? Хоть какие-то зацепки? Самые невероятные предположения? И ещё я оружие просил против этих… — я кивнул на экран, где застыло изображение атлантов.

— Я видел вас в подводной лодке… — выдал Марат, — понимаю, что звучит, как бред, но мы подставляли это в прогнозы, и именно с этими вводными данными «Кассандра» показала лучшие результаты!

— А я вас видел в броне, никогда такой не видел, точно не лёгкий МПД. — продолжил Карпов, — Она вся такая отливала серебром и будто состояла из рыбьих чешуек. Вы поймите нас правильно, Клемент Аристархович, мы такие видения, как правило, отбрасываем. Они ничего не дают, только лишний раз вводят в заблуждения!

— Что с оружием?

— С оружием всё плохо… — в этот раз ответил Сойкин, — все амулеты и оружие использованы как обереги для цесаревича. Алексея всего обложили артефактами, какие только смогли найти, и император не позволяет их убирать.

Я хотел сказать, что это тоже идиотизм и что без оружия, я не смогу ничего сделать, но удержался. Уверен, Сойкин и так это понимал, а такие вещи лучше не произносить вслух. Нет, я не думал, что меня сдадут «пророки», а вот прослушка вполне могла стоять у них в мониторной. И у меня ещё был адресок, который мне дали демоны, но это уже завтра.

Ехали обратно мы с Дубом тем же маршрутом, и теперь воронка виднелась где-то в стороне от дороги. Она определённо двигалась, и это мне не давало покоя:

— Степан, что