Солнце гигахруща. Том 1 Том 2 (СИ) - Иванов Дмитрий

Они покинули ячейку и быстрым шагом двинулись в сторону тоннеля. В походке, движениях и жестах Михаила ощущалось напряжение. Он часто останавливался, внимательно слушал темноту, оглядывался и менял направление, если ему что-то не нравилось. Андрей, хоть ничего не слышал, но полностью доверялся опытному проводнику. Иногда он чувствовал страх от неизвестности и мыслей о том, что сейчас на этих этажах идет подготовка к полномасштабной бойне. Но гораздо больше его голова была занята недавним разговором с Черным Богом, встречей с Александром и мыслями о том, почему он соврал тому, кто вел его по бесконечным этажам темного гигахруща.

18. Крики в тоннеле

Один лишь Михаил знал, куда они идут — мужчины то поднимались, то опускались, шли вперед, возвращались и делали крюк. Выжидали на лестничных площадках и перекрестках коридоров, вслушиваясь в происходящее вдали. Андрей действительно услышал мерный гул работающего двигателя откуда-то издалека и представил себе технику, которую ликвидаторы гнали по узким коридорам. Через пару часов волнообразного пути они вышли на лестницу и пошли прямо вниз этажей на десять, затем прошли еще несколько минут по коридору и оказались возле тонкой железной двери с желтым знаком на ней — черным треугольником и опоясывающим его сверху полукругом.

— Пришли, — прошептал Михаил и взялся за ручку.

— Подожди, — остановил его Андрей. — Сколько отсюда идти до церкви?

— К вечеру точно придем.

— Я не выдержу, — признался мужчина. — Я голоден и очень устал. Мне надо выспаться.

Михаил недовольно поморщился и огляделся, затем махнул рукой. Они укрылись за гермодверью и оба поочередно скинули вещмешки, чтобы достать еду. Когда Андрей открыл пакет концентрата, Михаил положил перед ним красную таблетку.

— Когда доешь, съешь это. И обязательно запей большим количеством воды.

— Что это?

— Поможет тебе бороться с усталостью в течение минимум 12 часов. Спать не захочешь.

С недоверием покосившись на таблетку, Андрей взял ее в руку и покрутил.

— Другого выхода нет, — объяснял Михаил. — Ждать нельзя.

Они быстро поели минут за пять и, собираясь в путь, проводник дал последние инструкции, которые совершенно не радовали Андрея.

— Тоннель — опасное место. Если наткнемся на чернобожников, в особенности их машину — сразу стреляем и отходим до технического выхода. В случае самосбора то же самое. Всегда держим в голове ближайшую дверь наверх. Если самосбор зальет тоннель, придется обогнуть через верхний этаж. Будет дольше, но безопаснее.

— А если он целиком его зальет?

— Просто надо будет дольше идти.

— А монстры? — Андрей боялся этого вопроса. — Там есть обезьяны или кальмары?

— Кого там только нет, — совершенно спокойно ответил Михаил и улыбнулся, не понимая, какие чувства вызывает внутри собеседника. — Поэтому ухо востро, максимум внимания на то, что происходит спереди, сзади и по бокам.

За время пути от собора у Андрея накопилось изрядное количество вопросов и тем, которые он хотел обсудить с Михаилом, но тот не дал ему такой возможности, указав на выход. Они вернулись до двери со знаком тоннеля и открыли дверь. Мужчины спустились по редкой для гигахруща лестнице, в которой было всего две двери — одна вверху, вторая в самом низу с несколькими площадками между ними. Перед нижней дверью Михаил постоял с минуту, оценивая опасность, потом потянул ручку и они попали в тоннель.

Андрей впервые в жизни был в подобном месте. Метров шесть в ширину и четыре в высоту тоннель тянулся бесконечно в обе стороны, насколько позволял видеть свет фонаря. Разделенный пополам белой полосой, он позволял двигаться машинам в обоих направлениях, а со стороны двери была зона для людей на небольшом возвышении по сравнению с дорожным полотном. Идя за Михаилом, Андрей светил под ноги, рассматривая темные полосы от колес, оставленные неизвестным транспортом. Его проводник в это время не терял времени — он водил светом фонаря по стенам и потолку. Там вдоль всего тоннеля тянулись трубы вентиляции и, кажется, воды, связки проводов и крепления неработающих ламп. Выход на верхний этаж можно действительно было встретить каждые метров двести или триста. Помимо них, встречались двери побольше — метра три в высоту, наверное, для машин. Но все они были закрыты, а Михаил обращал на них внимание только если те были приоткрыты. Еще реже встречались перекрестки, которые ровно перпендикулярно упирались в тоннель, являя такие же бетонные дали по обе стороны.

Примерно через час ходьбы оба мужчины вздрогнули, услышав далекий звук, донесшийся эхом из глубины тоннеля за ними. Они оба направили свет фонарей в сторону, откуда пришел этот далекий грохот. Чувствуя, как колотится сердце, Андрей с ужасом вглядывался в темноту. Полминуты спустя Михаил просто повернулся и, ускорившись, продолжил путь.

— Оружие к бою, — негромко сказал проводник и сам перевел автомат в режим готовности.

Он оглядывался каждые двадцать-тридцать шагов, высматривая сзади движение, но ничего кроме обволакивающей тьмы там не было.

— Смотри! — со страхом в голосе прошептал Андрей, указав на автомобильную дверь впереди — одна створка была выгнута наружу с рваными следами когтей. — Что за чертовщина?

— Заткнись, — скомандовал проводник, освещая поврежденные ворота.

Сзади вновь послышались звуки, но уже другие — оттуда шли возня, шорохи, какой-то писк и все это было далеко, но эхо, повторяющее одно и то же несколько раз, вселяло ужас. Андрей вдруг вспомнил видео игру его сына и монстров, которых можно было встретить на экране телевизора.

— Мой сын играл в «Ликвидаторов»… — начал он, планируя спросить проводника о размере чудовищ, которые могут обитать в таких пространствах.

— Заткнись, идиот, — прошипел Михаил и вновь оглянулся. Прямо в тот момент они услышали нарастающий рев нескольких нечеловеческих голосов, эхом преследующих путников. — Проклятье…

— Что? — Андрей побежал вслед за проводником. — Что там?

— Обезьяны! — на бегу отвечал Михаил. — Стая обезьян, черт бы их побрал!

Он первым бежал по тоннелю, останавливаясь каждые метров тридцать, чтобы осветить пространство позади. Андрей сначала повторял за ним, но он и так отставал от Михаила, поэтому он стал просто бежать, пока его спутник проверял наличие погони. Хор голосов вновь оглушил страхом — такой одновременно человеческий и нечеловеческий он проник под одежду и прикоснулся к мокрому телу.

— Быстрее, сука, быстрее! — поторапливал Михаил. — Осталось метров пятьдесят.

Андрей чувствовал, как тяжелеют ноги от страха и усталости, как бешено стучит сердце.

— Не успеем!.. — прошипел мужчина, грязно выругавшись матом.

Уже был слышен топот лап и рык обезьян, преследовавших добычу. В свете фонаря показалась дверь наверх.

— Не успеем… — повторил Михаил, но уже более обреченно. — Придется их встретить! — выпалил он и остановился. Вдалеке уже появились стремительные очертания чудовищ. — Прижмись к стене! Когда подойдут, стреляем!

Они вскочили на бордюр и прижались к стене, направляя дула автоматов в темноту, которая медленно рождала стаю обезьян. Одна, вторая, третья… Их было больше десяти и уже сверкали их тупые бездумные глаза. Послышался крик одной обезьяны, который подхватили еще несколько. До них оставалось метров сто. Потная рука дрожала. Михаил опустился на колено.

— Слышь, идиот! — громко и четко обратился он к спутнику. — Не пальни мне в голову! Обратный отсчет пошел! Пять… Четыре… Три… — он вдруг осекся.

До обезьян оставалось метров сорок, когда позади стаи послышалось еще что-то. Еще один рык, но не обезьяний, а более глубокий, громкий. И топот. Но уже более тяжелых ног, которые тяжело стучали по бетонному покрытию.

— Стой, не стреляй! — приказал Михаил.

Андрей ощутил дрожь в пальце на курке, которую тяжело было контролировать. Хотелось выжать курок до упора и расстрелять мерзких существ. Но Михаил, убрав автомат от плеча, наблюдал за обезьянами, которые бежали параллельно стенам и даже не думали атаковать двух человек. За несколько секунд они достигли путников, но продолжили бежать дальше, попутно издавая пугающие крики.