Дело скандальных ведьм - Валентина Ильинична Елисеева

это в начале месяца было. Вы адвокат его бывшей жены? Она должна получить часть стоимости дома?

– Адвокаты не имеют права обсуждать дела клиентов с третьими лицами. – Смягчив жёсткость отповеди виноватой улыбкой и оставив женщину в уверенности, что она действует от имени бывшей супруги искомого мужчины, Вэл повторила свой вопрос: – Вы не знаете, где его найти?

– Мы редко общались с соседями, а после развода, когда его жена съехала отсюда вместе с детьми, Бартон вовсе нелюдимым стал. Мрачный такой ходил, замкнутый, потом цветы в горшках комнатные нам принёс, что жена не забрала, сказал, ему некогда за ними ухаживать. Тут мы немного разговорились, и он упомянул, что намеревается переехать в Орегон, вроде как у него там родственники имеются.

– Возможно, он уже уехал?

– Не знаю, я так поняла, у него нет денег на переезд, пока дом не продан. Может, в гостиницу съехал, потому что в опустевшем доме стало слишком тоскливо жить? У меня как дети к бабушке в гости отправятся, так порой хоть волком вой в четырёх стенах.

Другие соседи знали немногим больше. Про Орегон они слышали, но хозяйка тёмно-серого дома вспомнила, что сосед намеревался перед отъездом как-то «восстановить справедливость».

– Его очень некрасиво уволили с работы после многих лет безупречной службы. Тут, конечно, и жена постаралась – отомстила за измену таким скандалом, что мужик всего лишился, даже отличный дом на продажу выставил, – разливалась соловьём вторая соседка. – Мой муж слышал от Бартона, что тот собирается вывести всех на чистую воду, но что имелось в виду – чёрт его знает. Может, махинации финансовые разоблачить хотел, он ведь начальником охраны в крупном банке работал, имел доступ к секретным файлам.

Голос женщины таинственно понизился в конце речи, она заговорщицки подмигнула Вэл. М-да, дамочка пересмотрела шпионских боевиков – выбор слов явно шёл оттуда.

– Когда вы в последний раз видели соседа?

– Недели две назад. Он траву косил, а у нас ребёнок заболел, днём спать укладывался, так я заходила к Бартону и просила не шуметь хотя бы час.

– Потом он больше не шумел?

– Вечером траву докосил, и больше я его не видела и не слышала. Мой муж уже второй раз покосить успел, а сосед что-то не торопится. После ухода жены он запустил участок, честно сказать, пруд у него уже так зарос, что вонять начал, мы скоро жалобу подавать пойдём. Участочки у домов маленькие, просто сильно вытянутые, неужели трудно в порядке их содержать? А его пруд, как назло, у самой ограды с нашей стороны. Вы адвокат, скажите, это законно разводить такую грязь, что вонь доходит до соседей? Пойдёмте, понюхаете и скажете, укладывается ли такое амбре в какие-то нормы или нет.

Вэл вывели на заднее крыльцо и потянули в дальний угол прямоугольного участка. Тот в самом деле был невелик, и запах Вэл узнала сразу. Так пахнут не гниющие водоросли и не болотная топь! Такой запах вечно висит в судебно-медицинском морге, где с ним не справляются ни поглотители, ни освежители, ни самая мощная система вентилирования помещений...

Сказав хозяевам, что она не в курсе норм загрязнений воздуха, Вэл вышла на улицу, обогнула все рядные дома и подошла к участку Бартона с обратной стороны. Людей тут не было, зато стояло удобное высокое дерево. Оглянувшись по сторонам, Вэл подпрыгнула высоко вверх, с силой оттолкнулась ногой от ствола дерева, перелетела к забору, ухватилась за край штакетника и перебросила себя по другую сторону ограждения. Упруго приземлившись, она оскалилась, вынюхивая в воздухе чужие запахи и готовясь в случае угрозы сменить ипостась. Но всё вокруг было тихо: в воздухе звенели вечерние цикады, в лучах заходящего солнца мельтешила мошкара, и резкий запах был один. Пройдясь по дороге от пруда до дома и обратно, Вэл убедилась, что не ошиблась в выводах, и со вздохом достала телефон.

– Твои вечерние звонки заставляют меня нервно вздрагивать, – проворчал Вэнрайт. – Что хочешь мне сказать?

– Орегон оказался ближе, чем думалось.

– Орегон? – озадачился капитан и с чувством выругался: – Чтоб моему духу век не упокоиться! Только не говори, что очередного покойника нашла!

– Могу не говорить, но сам собой он из пруда не вылезет, ты хоть некроманта штатного пришли.

– Вэллери, ещё месяц не закончился, а у тебя третий труп на счету!

– Ты бранишь меня за медлительность полиции? Как только вы сосредоточились на шантаже и скандалах, сразу должны были на порог этого дома явиться!

– Мы искали шантажистку, зачем нам её жертва, которая точно с ограблением не связана? – гаркнул Вэнрайт.

– И что, шантажистку нашли?

– Отыскали её фото – оно сохранилось в деле о разводе. Вэл, ты мне клыки не заговаривай: примешься бродить по дому убитого до нашего приезда – арестую и в камеру посажу за искажение картины места преступления и учинение препон следствию.

Нет, от народа явно скрывают великое открытие в науке – создание амулетов для чтения мыслей! И раздают эти амулеты лишь судьям и полицейским под подписку о неразглашении. Иначе каким образом и Кэмпбелл и Вэнрайт умудряются угадывать её невысказанные намерения?!

– Скучный ты дракон, капитан. Ладно, жду тебя у порога и даже не смотрю по сторонам.

Ждать пришлось недолго: Иные – шустрые ребята, когда спешат по срочным делам. Вскоре по асфальту прогрохотал фургон, увозя тело убитого на стол патологоанатома. Кэтрин не обрадуется срочному вызову на работу в выходные, но в понедельник она отбывала на континентальный симпозиум некромантов, а Вэнрайту не хотелось передавать дело экспертам из людей. Да уж, подруга не похвалит её за подкинутый «сюрприз». Полицейские наводнили дом Бартона, снимая отпечатки со всех поверхностей, изымая его бумаги и ноутбуки для проверки и фиксируя имеющиеся в доме запахи. Капитан вышел на крыльцо, на котором продолжала сидеть Вэл, играя роль самого примерного адвоката на свете, и подозвал к себе троих детективов.

– Обойдите соседей, покажите им эту фотографию: не встречалась ли им любовница убитого? Не появлялась ли в этом районе? – проинструктировал Вэнрайт, и Вэл подскочила поближе, впиваясь взглядом в личико симпатичной темноволосой ведьмочки. Полицейские ушли на обход, а Вэл ловко выхватила из папки товарища четвёртый снимок и сунула к себе в сумочку. – Эй, наглость – второе счастье? – возмутился дракон.

– Неубедительно играешь, капитан. Ребят ты вызвал троих, а снимков загодя заготовил на штуку больше,