Джон Мини - Песнь праха

Он стрелял и стрелял, без пауз и передышек, пока воздух не пропах дымом и не закончились патроны.

Все отлично.

Донал вернулся к лифту.

— Кое-что новенькое, Герти. Отвези меня на минус двадцать седьмой.

«Ты плохо себя вел, Донал?»

— Новая работа. Теперь я буду работать там.

«Значит, ты плохо себя вел».

Донал больше ничего не произнес за все время спуска. Приближаясь к нужному этажу, Герти вела лифт все медленнее и медленнее, словно хотела, чтобы Донал передумал.

У самого выхода Донал из-за колебаний Герти завис на несколько долгих мгновений. Наконец она произнесла:

«Твои похороны, любимый».

И она вытолкнула его.

Там его ждал какой-то здоровяк. Донал почти сразу же его узнал. Это был тот парень, которого Донал встретил в тире накануне истории с дивой. Виктор Харман — так, по собственным словам громилы, его звали, и, по его же утверждениям, он служил в 77-м отделении.

— Меня на самом деле зовут Виктор Харман, — начал он свой разговор с Доналом. — Но я никогда не служил в семьдесят седьмом.

— Да ладно… У меня такое чувство, что у нас один начальник.

— У тебя правильное чувство. Лора с нетерпением ждет твоего прихода.

Когда Донал вошел в комнату со стеклянными стенами — кабинет Лоры Стил, она сразу же подняла на него глаза, и на короткое мгновение в них мелькнуло что-то серое и холодное. Затем взгляд потеплел.

— А я думала, вас выпишут только сегодня утром.

— Меня и выписали сегодня утром. И я приехал прямо сюда.

— Чем же вы думаете заняться в свой первый рабочий день у нас?

Донал обвел взглядом кабинет, темные полированные столы, телефоны старых моделей, громадную фигуру Виктора Хармана, беседующего с самим собой… нет, конечно, с едва различимым призраком — Ксалией.

— Только не говорите мне, что у вас тут есть стопка интереснейших папок, которые мне следует прочесть все до одной, — ответил Донал.

— В самую точку!

— И кое-что такое, что не подлежит письменной фиксации?

— Кое-что, верно. Однако то, что хранится здесь, — и Лора указала на свою голову, — совсем не застраховано от уничтожения. Большая часть этой информации на всякий случай сдублирована в письменной форме.

— Что ж, звучит убедительно, — откликнулся Донал. — Чье дело мы расследуем?

— Тех, кого мы называем Черным Кругом.

— Да, я помню.

— Когда я беседовала с вами о них, вы не очень хорошо выглядели. И я подумала, что многое вы можете не удержать в памяти.

— Угу. Но я прекрасно помню, что вы упоминали о Малфаксе Кортиндо.

Словно отдаленное затухающее эхо в его мозгу прозвучал полузабытый шепот «Ты чувствуешь кости!». Правда, практически сразу же тревожное воспоминание ушло, и Донал снова был самим собой.

— Не бойтесь непроизвольных воспоминаний, — предупредила его Лора. — Они… ладно, это не мое дело.

Она права, его воспоминания — не её дело.

— Малфакс Кортиндо, — продолжал Донал. — Вы говорили, что он входил в тот клуб. Был членом Черного Круга.

— Да, был. Кажется, членом ЧК — странное название, не правда ли? — был также и ваш любимый представитель Городского совета. Знакомясь с папками, вы найдете некоторые свидетельства его причастности.

— Вы имеете в виду Финросса? У меня никаких дел с ним не было. Э-э… По крайней мере, лично мы никогда не встречались.

Донал, конечно, не мог забыть, что Энергетическое управление посещал по поручению Финросса.

— Полагаю, они пытались выяснить, насколько вы информированы и какие усилия готовы приложить для защиты дивы.

Донал печально покачал головой. Ему ведь так и не удалось её защитить. Но теперь собственные действия представлялись ему поступками другого человека.

— Думаю, что вначале с Финроссом связался комиссар Вильнар. Комиссар у вас тоже под подозрением?

Лора наклонила голову, но ничего не ответила.

— Священный Танатос! — пробормотал Донал. — Он же вводил меня в курс дела.

— Это было частью его служебных обязанностей. Ведь ему поручили организацию защиты дивы. И приказы исходили не от него, а от Городского совета.

— А-а…

— Названной информации, конечно, нет в письменном виде. А какие у вас отношения с комиссаром, Донал?

— Мы… — Донал сделал вид, что ему трудно соединить пальцы, словно они превратились в два отталкивающихся магнита, — вот примерно в таких отношениях. Черт! Именно в таких.

— Неплохой ответ. Мне следовало задать вам этот вопрос раньше.

— Возможно, Лора… Если позволите, я буду вас так называть.

— Ну, если вы…

— Наверное, я поторопился. Может быть, чашку кофе, командир?

— Да, черного и крепкого.

— Великолепно.

Донал принес кофе в чашках из эктопены и одну из них поставил на стол Лоре. Она с кем-то говорила по телефону, но дверь оставила открытой, значит, разговор не был конфиденциальным.

Пройдя в основную часть офиса, потягивая свой слишком горячий кофе, Донал кивнул Виктору и проследовал к единственному не заваленному бумагами столу.

«Это мой стол. — Внезапно воздух перед ним задрожал. — Ваш — вон тот со стопками бумаги».

Едва различимые очертания поднятой руки указали ему на другой стол.

— Большое спасибо.

Донал сел за стол, ногой выдвинул из-под него корзину и сбросил в неё все бумаги со стола. Затем выдвинул самый большой ящик и засунул туда корзину.

— Вот и чудесно. Все в порядке.

Донал закрыл ящик ударом ноги.

«А разве вы не хотите спросить, зачем мне нужен стол?»

Донал обернулся.

— Ну, Ксалия, я же вижу тебя насквозь, что в принципе нетрудно. Ты нарываешься на комплимент.

«Как будто я их никогда не слышала раньше! О чем ты?»

— О том, что ты потрясающе красива. Восхитительна. Почему бы тебе не сесть где-нибудь?

«Ха! Ты сам не простая штучка, Донал Риордан…»

— А как ты думала!

«…но тебе меня не обдурить. Я знаю, на кого ты на самом деле положил глаз».

— Я не…

Но взгляд Донала уже успел помимо его воли устремиться по направлению к двери кабинета Лоры.

— Черт!

«Ха!»

Тут появился Виктор. Он возвращался к своему столу, сжимая в громадном кулачище какой-то хлипкий отчет. Ксалия практически растворилась в воздухе. Донал сделал вид, что нашел что-то интересное в верхнем ящике своего нового стола.

По комнате прошел какой-то детектив. Обладатель мощной фигуры, почти как у Виктора, и с глазами агатового цвета — казалось, вместо глаз у него просто вставлены два агата. Доналу уже приходилось и раньше видеть линзы, изготовленные из камня, в армейские дни. Это были имплантаты, предназначенные для снайперов, и устанавливавшиеся на всю жизнь.