Последний из рода Демидовых. Том II - Борис Ветров

Раскрывались парашюты, и пилоты спокойно спускались вниз. У меня же такой опции не оказалось. Ну и чего мне делать?

Земля стремительно приближалась, но я пребывал под тремя «скольжениями», и время на подумать у меня было. Я потянулся к Болотной Магии, земля на том месте, где я должен был упасть, осела и заблестела от выступившей воды. Я хорошенько постарался и углубил топь метров на двадцать вниз. Надеюсь, этого хватит, чтобы не разбиться насмерть?

Я сгруппировался, выставил вперёд ноги, напряг мышцы, сосредоточился на ногах, в надежде, что концентрация поможет избежать сломанных конечностей. Удар об водную поверхность отозвался тупой болью в ступнях и коленях, я погружался в воду, теряя ускорение. Расправил руки, чтобы ещё больше замедлить своё погружение.

Когда всплыл, то увидел печальное зрелище, от десятка «Молотов» остались лишь трое, да и те находились позади и далеко от крепости. Пока дойдут, их успеют заметить и уничтожить. Но это было не всё, ту часть МПД, которая осталась в леске, планомерно уничтожали. В сторону бойцов летели банальные фаерболы, огромные сосульки сверху и резко выскакивали чёрные шипы из земли. Нужно было что-то делать… Я потянулся к Болотной Магии и хотел было опустить всю стену крепости в воду, но ощутил, что стена имеет глубокие корни и они мне неподвластны.

Но на время спас положение Ричард, оборотень заскочил на стену и начал рвать зубами аристократов. Те, кто оказывался в непосредственной близости от волка, попадали под действие подавителей. А остальные боялись задеть своих же. Но я понимал, что оборотень так долго не повоюет. Всё же кое-что я мог сделать, и я сделал. Внутреннюю часть крепости превратил в болото, не всю и не везде, но это сильно затруднило аристократам ведение боя. А кое-кто и угодил в мои путы, я же потянул их вниз.

Освободившиеся от постоянного обстрела МПД, начали выпускать в сторону крепости, всё, что у них осталось в арсенале. Ричард же всё понял правильно и прыгал по стене крепости, сбрасывая в воду всех, до кого мог дотянуться. Я бежал ему на помощь со всех ног.

Ускорившись, залез на стену, к моему удивлению, оборонявшихся было не больше десяти человек. Многие оказались ранены, кто-то плавал в воде, в моей воде. Я потянул этих ребят вниз. Нет, я не собирался их топить, напротив, они мне были нужны живыми.

После прилетевшего рядом снаряда пришлось ругнуться в рацию:

— Прекратить огонь! — даже не пришлось ждать перевода, как выстрелы прекратились.

Я искал взглядом Толстого, но его видно не было. Подул сильный ветер, и я обнаружил графа, он прятался в одном из убежищ, сделанных из камня. Мне пришлось сделать усилие, чтобы меня не снесло со стены. «Рывок», а за ним и ещё один, я оказался в непосредственной близости от Толстого. Серия ударов встретилась с Доспехом Духа и не нанесла никакого урона. А вот граф ответил волной ветра, меня отбросило к стене и сильно приложило.

Я ударился спиной об стену, сморщился от боли, кажется, граф сломал мне пару рёбер. Перевёл взгляд на Толстого, тот выполнял какую-то технику, движения его казались заторможенными, как при замедленной съёмке. А в следующий миг я ощутил, как пропали звуки, воздух вместо того, чтобы поступать в лёгкие, покидал их. Вокруг пространство искривилось, пошло волнами. Я накинул ещё одно «скольжение», встал и рванул подальше от стены. А Толстой уже выпрямлял руки в мою сторону, его лицо исказила гримаса ярости.

Стена крепости с грохотом разлетелась на маленькие осколки, которые посекли мне ногу и бок. На том месте, где я только что находился, образовалась дыра, в которую вполне мог пройти МПД. Я посмотрел на графа, он облокотился на колени руками и тяжело дышал. Да, ему это заклятье далось не просто так, и я даже его зауважал как воина. Сделать такое Магий Воздуха, нужно ещё суметь.

Ричард, перепрыгивал с одной стены крепости на другую, а следом за ним выскакивали чёрные каменные шипы. Я увидел старика, который их создавал, ему досталось, бок сочился кровью, а сам он сидел на полу, не в силах подняться. Но главное, на маге Земли не было Доспеха Духа. Я выпустил в его сторону «волну», совсем слабенькую, на которую у меня едва хватило сил. Старик обмяк и, кажется, даже не потерял сознание, но колдовать он уже точно не мог.

Встретившись глазами с Ричардом, крикнул:

— Там граф Толстой, нужен подавитель, по-другому его не возьмёшь!

Ричард залаял, мне это показалось жутко смешным, и я почти рассмеялся. Но сломанные рёбра вовремя напомнили о себе, и улыбку смыло с моего лица, словно рисунок на песке приливной волной.

Оборотень в два прыжка оказался внизу, прыгнув ещё раз уже возле Толстого. Граф завопил, попятился и упал на спину. Ричард же схватил Толстого за ногу и потащил наружи из укрытия, Лунный Брат поднял графа над землёй, вцепившись клыками в голень. Толстой заголосил как потерпевший, заглушая своим воем все остальные звуки.

Послышались шаги МПД, в дыру вбежали люди Седого Дуба. У них в руках виднелись автоматы. Оставшиеся аристократы, поднимали руки и склоняли головы, они сдавались, увидев своего сюзерена в зубах оборотня.

Я почувствовал, что те люди, которых я притопил Болотной Магией, перестают сопротивляться и уходят на дно. Пришлось их вытаскивать магией, сил на которую уже и не осталось.

Толстого Ричард опустил на землю и придавил тяжёлыми лапами. На ногу графа, побывавшую в пасти волка, было страшно смотреть.

Мне помогли встать и вывели из крепости, людей Толстого вязали и на каждого надевали по подавителю. И теперь мне предстояло сыграть на нервах у Толстого целую симфонию, причём не посвящая своих людей.

— Тащите их всех в круг! Да, вот здесь сойдёт, — указал я на относительно ровную поляну слева от дороги. — Степан, нам понадобится дрова, много дров! Нужно нарубить деревьев, благо кое-кто позаботился о том, чтобы все деревца вон в том лесу вымерзли досуха!

— Но зачем, господин? — удивился Дуб.

— Надо, сам всё поймёшь! — грубо ответил я, сил на разъяснения у меня не было.

— Хорошо. — насупился здоровяк, но послушно пошёл раздавать указания своим ребятам.

Я пересчитал пленников, всего шестнадцать человек. Мало, для ритуала требовался двадцать один. И нет, я не собирался проводить ритуал, лишь создать видимость. Теперь я был почти уверен, что Толстой обладает нужной мне информацией, а значит, всё должно было выглядеть натурально, в том