Максим Трошин - Крупица времени

— А Вам приятно работать в университете, где большинство персонала и преподавателей — коклохи? Став во главе отдела, Вы могли бы подправить кадровую политику и приглашать больше людей. Верно?

Тур снова долго думал над ответом.

— Я ученый. И кадровую политику оставлю нашей государственной машине.

— Не замечали в последние дни каких-либо изменений в настроении Лага Кхеллеса? Какие-то странности? И вообще, были у него враги?

Пока Тур размышлял, в комнату вошел Томми и шепнул Когану:

— Тебя смотритель вещевого склада ищет. Говорит, очень срочно.

Коган, дослушав Тура, принял решение прекратить допрос и направился к Андрею.

— О, Коган! Здравствуйте. Возьмите список. Здесь все предметы, имеющие научную ценность, которые на данный момент находятся в опечатанной лаборатории Лага. Обратите внимание: их всего сто сорок шесть. А до убийства, — тут Андрей выдержал интригующую паузу. — Сто сорок семь.

— Это точно? — желал убедиться Коган. — Ошибки не могло быть?

— Нет. Я поискал по базе данных, и установил недостающий элемент. Вот его фото и технические характеристики.

Предмет представлял собой прозрачный цилиндр высотой тридцать сантиметров, в котором находился непонятный черный механизм.

— И… как же это называется? — недоуменно спросил Коган.

— Лаг Кхеллес внес этот предмет в реестр под названием "крупица".

— Крупица? В смысле крупица? Крупица чего?

— Не знаю. Просто крупица. Знаешь, Коган, — Андрей понизил голос. — Я здесь работаю недавно. Лаг не очень доверял мне и почти не рассказывал о своих опытах. Но последние несколько дней он задерживался подолгу на работе. Ночами здесь зависал. Иногда с ассистентами, иногда один. Чаще всего он со склада брал именно эту вещичку. Вечером брал, утром возвращал.

— А когда вообще крупица первый раз появилась на складе? Кто ее изготовил?

— В графе "разработчик" стоит прочерк. Неизвестно. А первый раз она появилась… сейчас гляну. Двадцать дней назад впервые появилась на складе. То есть четвертого числа. Ее Лаг принес.

Коган чувствовал, что напал на след. Отцу он решил о том, что узнал, не рассказывать. До отлета на "Кеплер" оставалось трое суток. Элла горела желанием узнать подробности расследования.

— Элла, ты извини, мы с тобой давние друзья, но это все-таки расследование. К тому же, я толком не могу выяснить мотивы преступника.

— Ладно, забудь. Простым смертным не дано знать всего, — улыбнулась она.

— Ну, я тоже простой смертный.

— Непохоже. Простые смертные знакомятся, влюбляются и ходят на свидания.

Далее разговор переключился на бытовые темы и, в частности, на нового любовника Эллы. Дослушав, какой же милый этот ее служащий, отвечающий за межпланетную перевозку товаров, Коган отправился спать.

На следующее утро все газеты, телепрограммы и электронные издания наперебой сообщали о серии взрывов на юге колонии, за которыми стоит полулегальная коклохская организация.

— Было убито десять человек, из них трое — члены радикальных группировок, — прочитал вслух Томми и хлопнул по клавиатуре.

— А хорошие новости? — спросил Коган, обустраивая свое временное рабочее место. — Кстати, есть нормальный стул? Этот держится на честном слове.

— Где я лишний стул возьму? Смотри-ка, тут пишут, что правительство колонии вчера разрешило обыски без санкций.

— Колониальный департамент расследований называется… все стулья растащили. Так что там с допуском в архив?

— Все нормально, добыл. Этот старикашка все подписал, дал допуск и даже просил обращаться, если понадобится помощь, — радостно сообщил Томми и оторвался от монитора компьютера. — Все материалы в шкафу на второй и третьей полках.

Документы на одном из коклохских языков давались людям с трудом. После нескольких потраченных впустую часов Коган сообразил, что именно нужно искать в первую очередь.

— В твоей стопке есть документ о проведении опыта четвертого числа? А, всё, не смотри. Я у себя нашел, — Коган углубился в рукопись Лага, с трудом разбираясь в его мелком корявом почерке.

Когана ждало разочарование. Описание этого заурядного опыта по взаимодействию электромагнитных полей и микрочастиц не представляло для него ценности. Нигде не было упоминания о крупице. И, наконец, в пункте "результаты опыта" было написано смотреть в личном дневнике Лага на такой-то странице под таким-то рисунком.

— Томми, обыск в квартире убитого проводился еще до моего прибытия, так ведь?

— Да. Тебе нужны личные записи и дневники Лага?

— Организуешь?

— Сейчас, схожу к начальству. Да, кстати, тебе чайный напиток захватить? — спросил Томми уже в дверях.

Коган возмущенно вскочил со стула и ответил:

— Я что, чай пить сюда прилетел? Иди уже!

— Не чай, а чайный напиток, — процедил сквозь зубы Томми и скрылся в коридоре.

За время его отсутствия в кабинет наведался Кихалис.

— Я смотрю, работа кипит, — с натужной улыбкой прокомментировал он заваленный макулатурой стол в кабинете младшего следователя. Вид его был безрадостный.

— Слышал, коклохи нанесли ответный удар? — отвлекся Коган от бумаг.

— Основы колониального строя на этой планете рушатся, — устало произнес Кихалис. — Завтра утром я должен подписать окончательный план зачистки. Вчерашние и сегодняшние решения колониального руководства о повальных обысках и мобилизации военных — это лишь прелюдия к тотальному контролю.

— Тяжело тебе. Но я уверен, пап, ты справишься, — Коган похлопал отца по плечу. — Знаешь, мне все происходящее напоминает нашу Землю несколько веков назад.

— Ты что? — изумился Кихалис. — Конечно, коклохи не так-то сильны в технике, но духовно они развиты гораздо глубже нашей нации.

— И поэтому убивают по десять человек в день? — улыбнулся Коган.

— Ты не прав. Коклохи очень порядочная нация. Представь: никаких вредных привычек, строго религиозный, я бы даже сказал аскетический образ жизни, четко продуманная и прекрасно выстроенная церковная структура общества.

— Что же они тогда нарушают заповеди? И потом, вдруг Лага убил коклох?

— Прекратим этот бесполезный спор. Я вот что хочу напомнить тебе. В коклохском обществе груз моральной ответственности перед верой очень высок. Их воспитывают в духе самоотречения и преданности религии с самого детства. И они вправе судить нас, людей, как духовно менее развитую цивилизацию. А вообще, не стоит нам с тобой ввязываться в эти межнациональные войны. Послезавтра улетать.

Коган хотел опротестовать слова отца, но тут появился Томми. Кихалис поморщил лоб и произнес: