Сергей Жилин - Иоанниты

- Это не имеет значения, - протянул я.

Виктория стоит передо мной, напоминая живую молнию. Она грозная и опасная, но что-то мне подсказывает, что в меня она не ударит.

- Ладно, теперь ты, - всплеснула она руками и заняла своё место.

- У меня всего одна придирка: как вы умудрились упустить профессора? На вас не навалились семеро - это был всего-то пожилой человек.

- Сама не знаю, - отчётливо слышится недовольство собой, Виктория даже отворачивается, не в силах смотреть кому-то в глаза после такого промаха. - Я от него не ожидала такого, он нёсся, как будто ему лет двадцать!

- Вспоминая того иоаннита, могу предположить, что наш учёный - уже не человек.

- Кто знает...

Долго Бестия не усидела без любимого зелёного снадобья. Предложила и мне стаканчик, но лакать алкоголь не привык.

Дочь я тут попусту не понимаю.

- Кстати, а что за иоаннит?

Пробка чпокнула в неповторимой тональности.

- Один из телохранителей Ремапа оказался членом нового Ордена. Выкормыш Монарха.

- Серьёзно? И ты с ним управился?

- Он оказался малоопытным, но заклинания уже знал мощные. Хорошо ещё, мне удалось впутать его в рукопашную. Думал, взять его языком, но парня убили. А остальные даже не подозревали, кто это такой.

Виктория опрокинула за воротник и вдруг припомнила что-то важное, принявшись тыкать в меня пальцем:

- Кстати, это были не телохранители. Точнее, не совсем.

- Не понимаю, - уронил я локти на колени.

- Ну, если бы их задачей было охранять Андре, то какого чёрта они вцепились в тебя клещами, а учёного бросили на произвол судьбы?

- Занятно... Может, непрофессионалы?

- Возможно, - Виктория неуклюже развела руки в стороны и захлопала ресницами. Да, у неё какая-то дурная привычка при употреблении абсента изображать из себя хмелеющую простушку. - Но что-то мне подсказывает, что это ближе к ловушке: Монарх был уверен, что учёный скроется, а целью было зарезать лезущих не в своё дело. Не исключено, что ждали конкретно тебя.

- А справься я с теми людьми, Монарх, как минимум, будет в курсе, что я объявился.

Пророкотав прозаичную мысль, я не смог пережить нахлынувшую досаду и от души приложил подлокотник. Рука соскользнула и задела стол в придачу - не терпящие капризов шахматные фигуры попрыгали на бок и покатились в укрытия.

Викторию в этой ситуации больше расстроила загубленная партия. Она поглядела то на хаос на доске, то на меня с выпученными глазами и полным ртом вонючего пойла.

Сглотнув, она достала из кармана ферзя и равнодушно бросила к остальным:

- Ладно, признаюсь, я его стащила.

Не то чтобы смешно, но настроение определённо улучшилось. Потеря элемента неожиданности - это очень плохо, но я только чудом добрался бы до Монарха, сохранив его.

Разве что следующий шаг сделать будет непросто.

Бестия думает примерно об этом же:

- Надо бы проверить ещё тот дом, поспрашивать насчёт Ремапа.

- А мне интересна та лекция, о которой упомянул твой молодчик.

- Паттер?

- Да, он самый. После случившегося её, по-хорошему, должны отменить, - как ни надейся, а поверить в то, что наивный физик явится, уже не выходит. - Он должен послать письмо - в идеале его надо перехватить.

- Так займёмся немедленно, - порывается дочь копать и копать под Монарха.

- Погоди, - окликнул я её, когда полупустая бутыль звякнула, возвращаясь к товаркам. - Одного мне удалось допросить: из полезного он назвал только имя Рамона Бернадоте. Знаешь о нём?

- Кто ж не знает? Самый завидный жених Каледонии, - дочь при этих словах аж расцвела, так что понятно, кто в строю вожделеющих дурочек не будет исключением. - Он - редкостный красавец, но известен не только этим. Его отец - ветеран войны с пиратами[10], от него Рамон научился мастерски фехтовать. Сейчас считается первой шпагой Каледонии. Уже лет одиннадцать у него своя школа: совместно с другими мастерами он обучает, как раз, охранников, телохранителей, порой проводит курсы у жандармов.

- Значит, люди в доме Ремапа - настоящие профессионалы, - задумчиво протянул я и провёл языком по зубам.

- Их могли просто нанять.

- Сомневаюсь, ведь направил их лично Рамон - не наниматель. А язык ещё и молчал, будто это страшная тайна. И ещё тот иоаннит... не просто так же он пришёл фехтованию подучиться.

- Значит, я займусь Бернадоте прямо сейчас. А ты отдохни.

- Я не устал, - попытался, было, я подняться.

- Нет, ты напряжён, как чёрт в упряжи. Этим я займусь одна.

И вот так собственная дочь уже указывает мне, словно и не было того разговора, кто здесь кого главнее. Наверно, начинает сильно бояться за своих парней.

Ведь верно: сквозь стекло я вижу, как она торопится увести Штиля подальше из подвала. Тот обращает всё в камень взглядом, косится на меня, словно его хилый умишка способен придумать для меня стоящую месть.

Видывали мы таких.

Выбора мне не оставили, но это не значит, что я не должен его делать. Я покорно вышел "проводить" дочь на дело, улыбался покорно. Выждал минут десять, большей частью в компании вездесущего Адама, а затем двинул в своё личное расследование. Благо, свои основы, подкреплённые уроками Салли, дают мне чёткое, насколько только возможно, представление, куда идти в случае, когда перед тобой маячат кирпичи тупика.

Хочешь выйти на след - ступай на рынок, там следов порядочно. На сей раз, правда, мне нужны не языкастые прохвосты, а что-то более приземлённое. Что именно, я выяснил не сразу - мне пришлось убить на это полтора часа. Зато я поел (с чем у банды Белой Бестии туго).

Но обо всём по порядку.

Сперва мне понадобилось заскочить в Собор Святого Бруно, где священник (уже, правда, незнакомый) согласился приглядеть за всем моим снаряжением. Банде я в этом вопросе не доверяют...

Затем представилась дивная возможность посетить один из берегов Божьей Иглы, на котором гордо, по-павлиньи, распустил хвост один из крупнейших и солиднейших ресторанов города. Бордовые цвета фасада и внутренней отделки способны доставить истинное удовольствие большинству представителей рода людского в равной степени как и вызвать омерзение у чудаков и просто людей с иным вкусом. Господи, я заговариваюсь...

По-моему, когда принимали моё продырявленное на плече пальто, гардеробщики почувствовали неладное. Но, учитывая, что на пиджаке не оказалось крови, как и на штанине, мне ничего не возразили, более того, я не заметил, чтоб кто-то откровенно пялился.

Выгляжу я грязновато, неухожено, но деньги-то плачу нормальные, поэтому меня компромиссом усадили в угол, почти спрятали за ветвистыми конструкциями перил. Заказ мой был прост - популярнейшие блюда в Каледонии. Подали мне безвкусную ерунду из креветок и зелени, а также омаров под кислым соусом (но это уже вкуснее).