Гильдия Чёрных Кинжалов (СИ) - Костылева Мария

— Подводит обычно тот, на кого рассчитывают.

Честно говоря, я даже забыла про Айзу. Я и сейчас хотела, чтобы она ушла, но воспитание не позволяло сказать об этом прямым текстом, а уставший мозг не мог подобрать правильные слова.

— Ты как-то продвинулась в поисках мальчика?

— Мальчика нашли, он с родителями. Послушай, Айза, не сердись, но я очень…

— Да, я понимаю, сейчас уйду. Рада, что всё хорошо закончилось. Возможно, завтра нам не удастся попрощаться, так что…

Слово «попрощаться» резануло меня. Я уезжала — а Айза оставалась. Чтобы стать служительницей.

— Ты хочешь сказать, что не передумала? — спросила я. — Это же страшное место. Ты ведь тоже видела, если была там…

— Видела, — спокойно ответила Айза. — Но это не значит, что я должна отсюда уезжать.

— Они служителей даже за людей не считают!

— Всё верно, — согласилась Айза. — Служитель Библиотечного Дворца и не человек. Он выше, чем человек.

Я стиснула зубы.

— Тонг-Эмай говорил о них как о «собственности».

— Неважно, как это называется. Служитель Библиотечного Дворца служит людям, и всё, что он делает, идёт на пользу обществу…

— Да тебе просто задурили голову! — не выдержала я.

— Нет. Это то, для чего я рождена. Я всегда это чувствовала. Я не умею общаться с людьми, не переношу шума, я всегда хотела отгородиться от мира, но при этом познать его до самых глубин. А здесь собрана память всего человечества, здесь такие тайны, которые знают лишь избранные — и я стану этой избранной! Меня вдохновляет мысль, что я буду частью совершенной системы, что Гроус будет стоять и процветать — отчасти благодаря мне…

В её голосе вдруг зазвучала такая страсть, что я испугалась. Она будто стала столпом огня, который мог поджечь всю комнату, включая и меня. Я невольно отступила на шаг, и Айза, заметив это, смутилась.

— Твоя работа ведь тоже предполагает опасность, — уже спокойнее заметила она. — Ты ведь тоже пошла в Гильдию Чёрных Кинжалов, чтобы сделать мир лучше. Такие, как ты, всегда рискуют и платят подчас слишком большую цену… но если бы этого не было, воцарился бы хаос. Так что ты сможешь меня понять…

«Нет, — подумала я. — Не могу. Во-первых, я не шла в Гильдию, а бежала из дома, Гильдия просто вовремя подвернулась. Всё остальное приложилось после. Во-вторых, я люблю разгадывать загадки. А в-третьих… закопать себя заживо среди пыльных манускриптов, да ещё и стать чьей-то собственностью, не имея прав и возможности защититься в случае чего — как об этом можно мечтать?».

Однако я как-то сразу поняла, что поддерживать этот разговор бесполезно. То, что я назвала бы «подчинением кучке сомнительных личностей», Айза упорно продолжала бы называть «самопожертвованием во имя великой идеи», и если и существовало средство, чтобы изменить её сознание, то у меня его не было.

— Хорошо, Айза… Удачи тебе.

***

Я зря опасалась, что Гарток забудет о нашем уговоре или пересмотрит его. Он действительно подготовил для меня список книг и даже написал их примерное содержание, зная, как и я, что ознакомиться с ними мне не дадут. В приёмную за своим кинжалом я пришла часам к одиннадцати, и у секретаря уже всё было готово.

— А кто консультировал Аргеллу, когда она работала с дипломом? — спросила я, проглядывая список.

— Господин Суртей, насколько мне известно. И ещё пара служителей, но тоже под наблюдением старшего хранителя…

Гарток говорил негромко и с оглядкой. Меня это по-прежнему раздражало, но уже не так, как поначалу. Кто их знает, этих библиотекарей с их тайнами… Если они не подчиняются никаким законам, то вполне могут за слишком длинный язык посадить Гартока в какой-нибудь тёмный подвал. Или его ребёнка. Для поддержания треклятой дисциплины.

— И тут все книги, которые она читала в зале, правильно?

— Верно. Она, правда, набрала больше, но некоторые ей не позволили взять.

— Это какие? — тут же заинтересовалась я.

— Не могу сказать точно. Я только слышал, как старший хранитель Тонг-Эмай просил смотрителя читального зала не давать ей мемуары Мантера Сиу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вы это слышали, потому что тоже находились в читальном зале?

— Нет, я находился тут, — невозмутимо ответил Гарток. — Просто старший хранитель и смотритель Тебай вышли на лестницу, когда это обсуждали.

Ну да, разумеется… Читальный зал у них на втором этаже, слышно здесь должно быть хорошо. Занятно только, что об этом нельзя было поговорить внутри. Настолько, что Аргеллу оставили там одну — ведь кроме смотрителя там мало кто бывает из служащих Дворца. Это я успела узнать во время вчерашних шатаний по этому замечательному месту.

— А кто такой этот Мантер Сиу?

Гарток посмотрел на меня, как на блоху.

— Известный художник, госпожа Кей-Лайни. Жил около трёхсот лет назад.

Я сделала вид, что не заметила презрения в его взгляде. Вместо этого спросила:

— Зачем Аргелле понадобились мемуары художника?

— Он обладал даром, а тогда ещё не был изобретён состав эликсира, блокирующего доступ человека к магической оболочке. Если вы посмотрите на его картины, то увидите, что они не совсем обычны. Он видел мир не так, как нормальный человек — что неудивительно для того, кто находится в постоянном контакте с магией. И разумеется, это отражалось на его творчестве. Для того, кто исследует влияние магии на сознание, его дневники должны быть очень интересны.

Я рассеянно поблагодарила секретаря за обстоятельный ответ. Мысли мои в те секунды вернулись на несколько месяцев назад.

«Землю пронзила большая хрустальная игла, и люди лишились защиты… — нараспев читала Аргелла. — Красиво, правда? Что бы это могло значить? Может, у господина Тормура спросить?.. Хотя нет, ему это не понравится… Я не должна была видеть эту книгу… Но красиво ведь, да?»

— И почему же, интересно, ей не позволили взять эти мемуары?.. — проговорила я, задрав голову — словно бы могла увидеть двух мужчин, стоявших этажом выше и договаривающихся скрыть от любопытной студентки записки сумасшедшего художника. Могу поспорить, что пока они договаривались, любопытная студентка уже заглянула туда, куда было нельзя. Вопрос, узнали ли они об этом?..

— Некоторые старинные книги просто разваливаются в руках, — со вздохом заметил секретарь. — Их могут брать только специально подготовленные люди в особенных перчатках, сделанных в Гильдии Белых Часов… Полагаю, мемуары Мантера Сиу относятся к таковым.

— Ну да, — медленно кивнула я, — так я и подумала.

9.

Морлио, Морлио… Когда я теперь тебя увижу?..

Лошади бежали быстро. Дилижанс подскакивал на ухабах, и что-то в животе противно сжималось, как от дурного предчувствия. Я спрашивала себя, действительно ли это то, что мне нужно делать, правильно ли я поступаю — и не находила ответа. Казалось, в моей жизни всё упорядочивается. Сглаживаются острые углы, рассеивается облако неизвестности. Я была уверена, что пройду собеседование и устроюсь на прекрасную работу. Каус сказал, что тогда и о проблемах с законом можно будет забыть — и я почти не сомневалась, что Центру удастся решить этот вопрос. У меня будет хорошее жалование, вдоволь загадок, чтобы их разгадывать, а в отпуск я смогу ездить, куда захочу, включая тот же Морлио… но всё же, всё же. Что-то безвозвратно исчезало из моей жизни, что-то очень важное. И потом, как быть с Аргеллой?..

— Не стоит грустить, — сказал мне Каус. — Если тебе что-то не понравится, ты всегда сможешь уехать.

Мы недавно перешли на ты, но он по-прежнему говорил с некоторым официозом, продолжая держать дистанцию. Мне подумалось, что это и к лучшему. Я пока не могла сказать, как отношусь к Каусу. Слишком он был положительный. Участлив, вежлив, не назойлив, проницателен. Да ещё и красив.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Но при этом он позволил порезать руку Тали во второй раз, — напомнила я себе. — Да, он хотел предложить свою кровь, но отступился, когда ему сказали «нет».