Когда Боги улыбаются - Анна Велес

у него в комнате была установлена некая, скажем так, тревожная кнопка. Вот ею старик и воспользовался. Но так как он нажимал ее раз за разом… — монах устало махнул рукой. — Естественно, начался переполох. Мы прибежали. Человек пятнадцать. Он указал на часовню…но мы не успели…

Его голос упал до шепота. Монах будто постарел и сгорбился в кресле.

— Ну, же, — Павел удивительно быстро оказался рядом со священником. — Святой отец, я понимаю, вы не смогли спасти настоятеля, но вы же схватили хотя бы одного преступника. Это уже многое.

— Мы даже не знали, что он там, — будто не замечая его слов, продолжал вспоминать отец Василий. — Эти двое выбежали из дверей, когда мы только показались во дворе и…

— Извините, — Елена вынуждена была прервать рассказ. — Вы сказали двое? Может, вы кого не заметили? Вы рассмотрели этих двоих?

— Не очень, — казалось, ее вопросы чуть взбодрили пожилого человека, заставив отвлечься от самого страшного воспоминания — смерти бывшего настоятеля. — Это были двое мужчин. Один меньше ростом, в черном… Он растерялся, будто не знал, куда бежать. И мои братья его схватили. Второй… Он был очень высоким и широкоплечим. Ему удалось вырваться.

— И куда он побежал? — осторожно так поинтересовался Алек.

— К хозяйственным воротам, — монах сделал какой-то неопределенный жест, видимо, указывая направление, где расположен был этот выход из монастыря. — Странно, но в ту ночь они оказались открыты.

— Боюсь, в этом нет ничего странного, — задумчиво ответила ему Елена. — Скажу так же, что и сегодня ночью эти ворота не заперты. Скорее всего… А где это?

— Недалеко от центральных ворот, — оторопело ответил отец Василий. — Стена идет вдоль проезжей дороги, а за поворотом и есть еще одни ворота. Небольшие. Там разгружают продовольствие и материалы для ремонтных работ. Но как? Почему он открыты?

— Потому что кто-то их открыл, — нехотя сказала Хозяйка Бюро. — Как и в ту ночь. Мне не хочется прибавлять вам печалей, отец Василий, но…Вы умный человек, и уже утром бы, после отдыха смогли бы сами это понять.

В глазах священника полыхнула боль и осознание. Некоторое время он молчал. Его рука перебирала четки. Ни маги, ни Павел не стали ему мешать. Предательство всегда трудно пережить.

— Я должен был понять, — через некоторое время уже совсем другим тоном, собранным, но угрюмым, заметил отец Василий. — Егор, когда приехал, тогда что-то такое тоже сказал… Он еще проверял ворота. И потом он настаивал на установке камер…

— Логично, — оценил Павел.

— Извините, но можем мы немного вернуться назад, — попросила Елена. — Вы сказали двое… Но их было трое! Та женщина. Сегодня ночью она сама призналась Егору, что была в часовне и пытала настоятеля.

Монах посмотрел на нее… странно. Как всегда смотрят «нормальные» люди на таких, как Елена и Алек. Но все же, он счел нужным принять ее слова на веру.

— Мы видели только двоих, — возразил он. — Но мог быть третий. Когда преступники выбежали, все братья сразу бросились за ними. И в часовню мы вошли позже…. Там мог кто-то оставаться, а потом тихо исчезнуть. И если кто-то в монастыре им помогал, он мог…

Мысль о предательстве все еще не давала ему покоя.

— Оставим это, — мягко предложила Хозяйка Бюро. — У меня есть еще один вопрос. Икона. Там в часовне была икона, перед которой любил молиться отец Иннокентий. Что с ней стало?

— Икона? — вот теперь она, кажется, сильно удивила отца Василия. Он даже как-то встряхнулся после своих тяжких воспоминаний.

— Образ святого Власия, — уточнила Елена.

— А… — монах чуть нахмурился. — Мы нашли ее на полу рядом с телом настоятеля. Похоже, ее просто отбросили в сторону. Оклад от нее отлетел, а само изображение было в крови…

— Где она сейчас? — быстро спросила чародейка.

— Не знаю, — отец Василий пожал плечами. — Ее потом забрал отец Григорий. В смысле, Егор.

— Понятно, — почему-то Елену это обрадовало. — А где он был в ту ночь?

— Но…Вы же не думаете, что он… — опять растерялся монах.

— Не думаем, — быстро успокоил его маг. Алек не знал, зачем его дорогая подруга задает все эти странные вопросы, но если она знает, что делает, то просто надо ускорить весь этот процесс. Вообще-то ему уже очень хотелось спать. — Ваш нынешний настоятель тут совершенно не причем. Не будет же он организовывать второе нападение уже на самого себя?

— Да, — отец Василий даже чуть улыбнулся. — Егор был в епархии по финансовым делам монастыря. Ему позвонили сразу. Ночью. К утру он уже был здесь.

— Я думаю, нам всем пора отдохнуть, — решила вдруг Елена и засобиралась. — Спасибо вам, отец Василий, за рассказ. И простите, что заставили вспомнить ту ночь.

— Я рад помочь, — чуть церемонно поклонился монах. — Всегда готов ответить на ваши вопросы.

Но вот искренности сейчас в его словах было не много. Пожилой человек устал от переживаний, да и чужаки на территории обители его не радовали. Все же братья привыкли жить замкнутым сообществом. А тут чужаки еще и маги…

Алек чуть иронично улыбнулся священнику. Павел лишь кивнул, собираясь на выход.

На улице небо осторожно меняло цвет. Теперь все было затянуто какой-то густой молочно-серой дымкой. Близился рассвет. Вместо того, чтобы пойти к машине, маги и майор ФСБ отправились к тем самым хозяйственным воротам. Это были тяжелые дубовые сворки, закрывающие нишу все в той же древней каменной стене. В одной из половинок ворот была сделана калитка. Елена поднесла ладонь к ручке, но не коснулась ее. Чуть прикрыла глаза, прислушалась к своим ощущениям.

— Ну, — через пару мгновений сказала она Павлу. — Тут хорошие отпечатки нашей дамочки. И все.

Офицер устало кивнул и быстро снял отпечатки.

— А может, поспим хоть немного, — чуть по-детски жалобно предложил Алек.

— Я, конечно, крутой российский офицер, — с легкой иронией отозвался Павел. — Но я не железный. Поехали в город.

— Ага, — Елена кивнула. — И ты так спокойненько забудешь нам кое-что сообщить.

— Черт, — искренне выругался ФСБшник. — И правда, забыл. Это о сегодняшнем нападении.

— Естественно, что не о погоде, — когда Алек хотел спать, он становился просто