Восток. Запад. Цивилизация (СИ) - Демина Карина

- Ничуть. Здесь жарко.

- Здесь?

- В прериях днем тоже очень жарко, но к вечеру жара отступает. Ночью и вовсе можно замерзнуть. Осень туда приходит рано. Со льдом, ветрами пронизывающими. Еще по одну сторону гор вечно льет, а вот через хребет тучи не перебираются, оттого по другую – засуха. И пустыня.

Рука почему-то дрожит. На это нет причин. Никаких. Но она все равно. И дрожь эту сложно сдержать. А еще… еще это как-то неправильно.

Розовый куст.

Белесый призрак статуи среди колючих ветвей. И город… нет, не тот город. Не такой.

Карандаш коснулся листа.

- Расскажите, - попросила Эва.

- О чем?

Странно переходить на вежливое «вы», когда все так… так неправильно.

- Не знаю. О чем-нибудь. Вы ведь были в прериях. И не только. Я… я из поместья выезжала редко. А уж дальше города и вовсе не бывала, да и тут… - уголек скользил по листу, и Эва уже видела, что получится.

Матушка эту картину не одобрит.

Да и… странная она. Картина. Даже для Эвы.

- Вот так и… - Эдди поскреб макушку и смутился. – Извините, леди… когда так, то и не знаешь, о чем говорить. Бывать в разных местах приходилось. Но не сказать, чтобы эти места так уж впечатляли. Захолустье – оно и есть захолустье.

Она прикрыла глаза.

Вовсе не обязательно смотреть, что рисуешь, чтобы видеть. Главное позволить руке самой… уголек в сторону. И время за краски браться.

Потихоньку.

Главное, чтобы он говорил. А он говорил. На сказку похоже. Прерии. И мертвый город, в котором когда-то жили люди, но не совсем, чтобы люди.

Драконы.

Странно думать, что они когда-то существовали. Но наверное, это правда, ведь Эдди не стал бы лгать, верно? К чему? Пустыня мертвецов.

Берт.

Эва могла бы, пожалуй, увидеть, как это было. Ветер. Песок. И те, у кого не получилось уйти. Наверное, им там тоскливо, если так тянет к живым.

Поезд.

Рельсы. И дорога над ущельем. Город, в который сбежали опальные мастера. Эве хотелось бы там побывать. И в пустыне тоже, правда, она побаивается мертвецов, но…

- Все, - в какой-то момент она поняла, что и вправду все. Акварели пишутся быстро. И… и у нее получилось?

- Можно взглянуть? – Эдди поднялся.

А Эва кивнула.

И… сама посмотрела. Что-то у нее определенно получилось. Странные ломаные линии, синие, серые и сизые. Пятна какие-то. Туман? Определенно. Туман и город.

С высоты птичьего полета.

Дома.

Сверху они именно так и выглядят. Дороги мертвыми руслами каменных рек. И тени крыльев.

Ворон.

Черный-черный, как уголь. На первый взгляд он кажется просто пятном мрака, но потом… вот крылья.

И клюв.

- А ты где? – Эдди почему-то не удивился. И разочарованным не выглядел. Напротив, он разглядывал картину задумчиво и внимательно.

- Я выше, - подумав, ответила Эва. – Это ведь бывает? Чтобы зимородки поднимались выше воронов?

- Еще как бывает.

Краски высыхали.

И…

- Подаришь? – спросил Эдди тихо.

- А… тебе и вправду нравится? Просто… просто девушки рисуют пейзажи. Сад там. Или озеро. Или вот еще пруд можно, особенно заброшенный. Заброшенные пруды очень в моде.

- Вправду. И заброшенные пруды у каждого, небось, есть. А у меня будет призрачный город.

Призрачный? Эве нравится.

Определенно.

- Тот… человек… он очнется?

- Не знаю, - Эдди стоял над картиной. И над Эвой возвышался. – Может, что и очнется. А может, что и нет.

- Мы ведь нашли душу. И вернули.

- Да, но захочет ли она оставаться в теле? И сможет ли… понимаешь, то, что там было… это ритуал. И нехороший. Само это место дерьмовое.

- Дом не виноват! – поспешила сказать Эва. – Дом хороший. Он просто… просто тоже не смог убежать.

- Случается и такое. Дело не в доме. Дело в том, что под домом. Ты видела?

- Тьму?

- Именно.

- Ты не сказал о ней отцу. Почему?

Эдди потер подбородок. А если подумать, то не такой он и огромный. Конечно, выше Эвы, но не настолько, чтоб уж совсем… она ему по плечо будет. Даже чуть-чуть над плечом, а еще ведь можно прическу высокую сделать.

И каблуки.

Матушка как-то говорила, что некоторые особы носят туфли на очень высоких каблуках.

- Я сам не уверен в том, что…

- Что мы видели?

- Ты же слышала этого, лощеного?

- Лорда Эдвина?

- Его самого, - Эдди раздраженно фыркнул. Смешной. – Ненаучно.

И передразнивает довольно похоже.

- Вот скажи ему, что тут под городом скрывается чего-то такое, а чего – хрен его знает… извини.

Эва кивнула.

Она извинит, потому что в самом деле это ведь полный… хрен его знает. Ругаться про себя было приятно.

- То ли это тьма, а какая? И почему её некроманты не почуяли? То ли… вот артефакт? Не похоже. Оно казалось живым и древним. И… может, оно вовсе есть только там, а тут нет?

- Может, - согласилась Эва. – И что теперь?

- Теперь я сделаю тебе одну штуку, - Эдди глядел уже не сверху вниз, а в глаза. – Там оно или и там, и тут, это не так важно. Главное, что оно беспокоится. И значит, соваться на ту сторону опасно. Понимаешь?

Эва зачарованно кивнула.

- Амулет не позволит тебе переступить границу.

- А если…

- Одно – ни в коем случае. Отцу твоему я все же скажу. А то повадились. Если им чего надо, пускай меня зовут.

Это было заботой?

И приятною.

И… и быть может, Эва сказала бы спасибо. Совершенно точно, сказала бы спасибо. Она даже уже собралась, просто почему-то застыла, зачарованная взглядом. И…

- А что вы тут делаете? – звонкий голосок Тори все испортил. – Нам сказали, что вы тут. Эва и вправду решила порисовать?

Эва прикусила губу, чтобы не зарычать.

Вот… вот почему она всегда так? Не вовремя? И… и главное, раздражает.

В новом платье цвета спелой вишни. Слишком ярком для молодой девушки, но ей идет. И платье, и бледность кожи, и румянец.

А еще глаза темные-темные.

- Не слишком-то похоже получилось, - сказала Тори, чуть склонив голову на бок. – Но в этом определенно что-то есть.

- Не трогай, пожалуйста, - Эдди аккуратно снял лист. – Это мое.

- Да я и не собиралась, - Тори надула губки. – Кстати, я рисую ничуть не хуже. И даже лучше… можете у маменьки спросить. И да, мы заказали платья. Матушка хотела и тебя дождаться, но я сказала, что вы надолго, а платья ждать не будут. Надеюсь, ты не обиделась?

Нет.

Ничуть.

И наверное, даже рада, что вот так, что… платья – это ведь ерунда в сущности. Зато Эва рисовала. И слушала.

- Я тоже так подумала, - Тори крутанулась и сморщила носик. – А еще мы знаешь кого встретили? Грету Грейсон. С Дианой. И еще сестрами Шеворот. Они отвернулись…

- Простите, - Эдди отступил и поклонился. – Но мне пора. Меня… тоже дела ждут.

- Важные?

Он тяжко вздохнул и признался.

- В университет собираться надо. Учиться… буду. Наверное.

- Сочувствую, - Тори упала в кресло и вытянула ноги. Она, кажется, окончательно забыла о том, как надлежит вести себя девице хорошего рода. – Но тогда свидимся. Вместе учиться будет веселее.

И ресницами хлопнула так, что появилось желание отвесить ей затрещину.

- Несомненно, - Эдди все-таки откланялся.

И…

- Ты когда злишься, такая смешная - Тори подняла кисточку и, покрутив в пальцах, облизала.

- Я не злюсь!

- Злишься.

- И вовсе нет!

- И вовсе да! – Тори показала язык, на котором появилось пятно. – Но предлагаю мир. Мне он не нужен. Страшный. Просто… жуть.

- Кто?

- Этот твой…

- Он не мой, - Эва вздохнула с явным сожалением.

- И переживаешь? Ой, да брось…

Она бы бросила. И с большой радостью не переживала бы, потому что, оказывается, только в романах переживания мучительно-сладкие. И легко примерять чужую роль, если в любой момент можешь отложить книгу. А на самом деле все куда как тоскливей.

- Понятно. Давай тогда так… я тебе помогу.

- Чем?

- Чем смогу. Пока не знаю, - Тори задумчиво перебирала кисточки. – Мне кажется, я смогу его узнать. Если снова увижу.