Пиво, эльфы, два стрельца - Виталий Святец

У нас гвардеец сломался, несите другого!

И вновь их захлестнула волна веселья.

– А-а-а-а-а! – передразнил кто-то.

– А-а-а-а-ха-ха-ха-ха-ха! – подхватили остальные.

– Гвардеец, тоже мне, ха!

Младшему офицеру Роду Бравсу было не смешно. Совершенно. Он мгновенно разучился улыбаться и резко захотел только одного – домой, под одеяло, в тишину.

– Да послушайте же вы! – в сердцах заговорил он. – Вы же все взрослые гномы, а ведете себя словно дети!

Смешки мгновенно стихли.

– Это ты кого тут маленьким назвал?! – выкрикнуло по очереди несколько гномов из толпы.

– Я… Э…

– Это притеснение гномов по принципу роста!

– Мы принцессе пожалуемся!

– Нет-нет. Ребята, он прав, – заговорил ближайший к Бравсу бородач. Возникла странная пауза. – Он совершенно прав.

Тут же гном упал на колени и принялся дергать гвардейца за штанину, тыча пальцем на соседа справа. – Дяденька, он мое место занял, хны-ы-ык!!!

Окружающие засмеялись до колик.

– Выгони его! Он сжег мою капусту и сожрал мою шоколадку! – сказала низкая барышня, одна из немногих гномих среди присутствующих, чуть не визжа от радости.

– А еще он рыбу тухлую продает!

– Неправда! Я ее тухлой уже поймал!

Шум веселья заставил хозяев соседних торговых рядов подойти и посмотреть, что, собственно, происходит. Вскоре все вокруг хохотали в унисон, а Род Бравс готовился расплакаться.

– А ну хватит! – крикнул вдруг какой-то эльф.

Толпа нехотя затихла и устремила на него взоры отвращения.

– Кошмар какой, и верно говорит! – продолжал эльф. – Как дети! Смеетесь почем зря! Да с таким злом! Испугался, ха-ха, как смешно! Вы что, совсем лишены чувств? Разве не видите, что офицеру некомфортно и просто тяжело!

Род в изумлении уставился на остроухого. Гномы начали переминаться на месте и изучать свои ботинки.

– Вы совсем уже, словно озверели! – выпалил остроухий. – Посмотрите на него! Ему же явно нужна помощь!

До сих пор стоящий на коленях и держащий Рода Бравса за штанину гном оглядел младшего офицера снизу вверх.

– Помощь кого? – переспросил он.

– Гвардии! – ответил эльф. И завопил. – Гвардия, помогите! Над гвардейцем смеются!

Раскатом грома хохот вырвался из собравшихся. Многие, не в силах стоять на ногах, рухнули и заколотили ладонями по земле. Те, кто послабее, держались за животы, боясь их надорвать, но продолжали смеяться. Эльф, в попытках не выкашлять от хохота остатки легких, прикрыл рот руками.

Бравс сбежал.

Спрятался за ближайшим домом, тщетно пытаясь справиться с колотящимся сердцем. Его до самой макушки заполнили стыд, унижение и боль. До него все еще доносился гул ревущей от смеха толпы и редкие громкие колкости. Едва сдерживая слезы, он побрел домой. К черту все, решил он. Хватит, сдаюсь, не справился. Бравс с силой рванул с рукава куртки нашивку младшего офицера, бросил на землю и растоптал ее. После чего дал эмоциям волю.

***

Эрн слушал длинную, преисполненную терминологии и высокохудожественных отступлений речь перевозбужденного Жезла всю дорогу до штаба гвардии. Он прекратил попытки понять, что говорит ученый, на третьем предложении. Входя в свой кабинет, он все еще слушал.

– Жезла… – вкрадчиво начал капитан, но собеседник не услышал.

Прошло еще совсем немного времени, и терпеть стало невозможно.

– ОСТАНОВИСЬ! – Эрн ударил кулаком по столу.

Ученый замер.

– Икола, – немного погодя сказал капитан. – Мне иногда кажется, что ты говоришь набор слов, каждое из которых по отдельности я понимаю, а вот общий смысл, черт возьми, ускользает от меня! Давай теперь все то же самое, и по-человечески! Сжато, кратко и самую суть.

Пришлось подождать. Икола Жезла некоторое время собирался с нужными мыслями, отбрасывая все лишнее. Когда у него это, наконец, получилось, то выяснилось, что для описания идеи не требовалась длинная заумная тирада про состав пшеницы, ячменя, качество древесины для бочек и все остальное. Хватило всего лишь нескольких слов.

– Безалкогольное пиво, господин капитан. Это обычное пиво, только без алкоголя.

Эрн обдумал сказанное и расплылся в широкой улыбке.

– Безалкогольное пиво… – капитан получал незамутненное, искреннее удовольствие от этой мысли. Это решило бы столько проблем, сколько он не воображал себе даже в самых смелых мечтах. – Да-а. Видать, здорово ты головой ударился!

– Только, – снова заговорил Жезла, – я, признаться, не уверен, что это вообще возможно. Нужны опыты.

– Так пусть этим займутся профессионалы, – потер руки капитан.

В приоткрытую дверь просунул голову Яр Безликинс.

– Господин капитан? – неуверенно спросил он.

– О, очень удачно, Яр, заходи. Мне нужно собрать трактирщиков города, и как можно скорее. Разошли короткие письма, и… – капитан осекся, заметив, что Безликинс не записывает указания в блокнот, как обычно это делает, а его лицо приняло крайне обеспокоенный вид. – В чем дело?

– Господин Крато просит об аудиенции, капитан.

Эрн открыл было рот, да так и остолбенел. Потребовалось немного времени, чтобы он смирился с тем, что сказал штаб-сержант.

– Просит? – он недоуменно глядел то на Безликинса, то на Жезла. – Подожди-ка, просит? Это точно Крато?

– Вне всякого сомнения, господин капитан, – сказал Яр Безликинс без особенной твердости в голосе. Он сам не до конца понимал, где именно в привычном порядке вещей произошел сбой и почему глава эльфийской общины об аудиенции вдруг просит, а не требует ее.

Эрн прислушался. Штаб гвардии был наполнен обычными звуками шелеста бумаг и приглушенными разговорами о работе. Он выглянул в окно, но и там все было тихо: никто не бегал в ужасе, не впадал в истерику, не плакал. Все было спокойно.

– Час от часу не легче, – капитан усмехнулся, но сделал это совсем невесело. – Хорошо, пусть войдет. После – займись, пожалуйста, письмами для трактирщиков, это срочно. Завтра, скажем… в полдень, в ратуше. Нужно кое-что со всеми обсудить.

– Будет сделано, – голова Безликинса исчезла за дверью.

– Для меня будут поручения? – спросил Икола Жезла.

– Разумеется, – кивнул Эрн. – Делай банки с пчелами. Ты все знаешь.

Жезла вышел из кабинета, едва не столкнувшись в дверях с господином Крато.

– Я не вовремя, господин капитан? – тихо спросил эльф.

Эрн снова на мгновение замер от того, насколько сильно ему врезали по устоям. В кабинет вошел глава эльфийской общины, господин Крато, этот заносчивый, беспардонный и напыщенный эльф, убежденный в собственной правоте настолько, что готов этим любого довести до нервного срыва. Только вот сейчас он не производил такого впечатления. Вел себя спокойно, сдержанно и учтиво, словно его подменили.

– Проходите, Крато, – капитан встал и указал гостю на кресло. – Я, признаться, удивлен тому, что лекари отпустили Вас так скоро. Вы действительно хорошо себя чувствуете?

Крато сел и поставил трость, которую держал свободной, здоровой левой рукой. Правая, зафиксированная на груди, предательски ныла от раны.

– Стрела не задела ничего важного, и