Право на месть - Ирина Омельченко

Ну и банально, руки потом жирными будут. Или мокрыми. Или грязными, если я их о штаны вытру. Салфеток в заведении мамы Джо отродясь не водилось. Должно быть по той же причине, что и столовых приборов. Не суть.

Ел я, хоть и голодный, не торопясь. Смакуя пряное блюдо, прикидывая как быстро Док увидит сигнал и придет на встречу. Оказалось, довольно быстро. Две пинты всего. Пора бы завязывать считать время в пинтах, но от многих привычек не так-то легко избавится.

Лысого врачевателя мама Джо, как по мне, недооценила. Сначала ему принесли стакан чего-то жидкого и густого, желто-бурого цвета, будто моча больного животного. А чуть позже мальчишка-подавальщик поставил перед ним тарелку, чье содержимое больше всего напоминало жаренных насекомых. Я бы подумал, что моему партнеру «тонко» намекнули, что ему тут не рады. Но он ел гадость и пил гадость с довольной улыбкой, так что…

Хотя в целом его настрой можно было назвать нервным: тонкие пальцы то скользили по столешнице, то оглаживали лысину, то замирали в воздухе. Если он все еще переживает по поводу напористости Роуз Финниганн, то пора бы и остыть. Или случилось еще что-то, чего я не знаю? Давно в таком состоянии его не видел.

— Ван, этот сигнал — просьба об экстренной встрече!

— Угу. — Делаю крупный глоток. В животе растекается приятная теплота. Сейчас будет нудеть, как обычно.

— Экстренной! Ты хоть знаешь значение слова⁈

— Угу. У меня отличный словарный… ик… запас. — Отставляю пустую кружку. Делаю знак мальчишке повторить, но он пялится сквозь меня пустыми раскосыми глазами, будто не видит и не понимает. Зараза.

Кидаю еще одну купюру сверху. Теперь уж конечно жирными руками, звиняйте. «Доволен?». И сразу, как по волшебству смысл моего жеста до пацана «доходит». Внезапное озарение, мать вашу.

— Ты бр-росил меня одного в этом пор-рочном паучатнике! Я подумал, тебе будет интер-ресно узнать, как идут дела. — Раздражение слегка прорывается в голосе рычащими звуками. Дышу. Успокаиваюсь. Между прочим, гонорара за это дело я тоже еще не видел.

Коротко излагаю Доку диспозицию. Добавляю собственные рассуждения и выводы, которые сделал на основе наблюдений. Папку с документами я еще раз пролистал, пока ждал. Изучил подробнее и даже, ну извините, оставил пару жирных пятен. Это ведь копии, их возвращать не нужно. А заодно заслужил неодобрительный взгляд мамы Джо. Видимо за едой здесь отвлекаться не принято. Плов, должно быть, следовало есть с большим пиететом. Эх, подсунут мне здесь в следующий раз таких вот жареных кузнечиков! Как пить дать, в наказание.

— А что носитель?

— Да ничего. Молчит как рыба. Хотя ни минуты не сомневаюсь, прекрасно вспомнил кто его на перо насадил. — Цокаю зубом. Безрезультатно пытаюсь выковырять языком застрявшую морковь. Док молчит. Смотрит пристально.

— Ты же не коп, Ван. — Наконец, заговорил. Его глаза, бесцветные, как и весь он сам, смотрят со странным выражением… не пойму, жалости, что ли? — Это не твоя работа.

Опять заладил свое «наше дело прокукарекать». То есть, если жертва не хочет — мы никого искать не будем? Бесит. Я, может, спать теперь не смогу. И есть. Ну, почти. Буду думать: кто пришил блондинистого жиголо и, главное, за что? Разве можно вот так? Постоять рядом с нераскрытой тайной и равнодушно пройти мимо?

— Мне нужен твой спец по техническим вопросам.

— Нет.

— Нужен.

— Нет. — Одно слово. Без объяснений.

— Отлично! Как знаешь! — Залпом допиваю пиво. Хлопаю кружкой по столешнице сильнее, чем оно того требует. Подхватываю папку с документами и ухожу.

Не хочет помогать — не надо! Сам разберусь!

Можно подумать, я не найду хакера в Сити! Да с десяток.

Дверью заведения мамы Джо тоже хлопаю от души. Голограммный мужик снова на месте, что-то жрет из котла, и это тоже раздражает.

Черт бы побрал этого лысого пилюлькина! Если когда-нибудь полиция будет расследовать его убийство, я даже пальцем не пошевелю, чтобы помочь следствию. Возможно потому, что буду тем самым преступником, которого они ищут, ага.

Убрать Дока, забрать себе малышку и ее слепого брата… да… эти фантазии греют душу ровно до того момента, пока не кончаются наличные. А кончаются они подозрительно быстро.

Эрих Сумире

Входная дверь заперта. Обувь снята, обтерта и поставлена носок к носку.

Привычный ритуал успокаивает нервы.

Он открыл дверь, оценил обстановку. Пакет с парентеральным питанием давно иссяк и болтался, перекрытый зажимом. Лицо девушки, и без того худое, выглядело осунувшимся. Синяки на теле налились желтизной.

Осторожно распаковал контейнер с подогретым бульоном и филигранно перелил его содержимое в поильник. Ни капли мимо.

Поднял голову носителя и старательно, небольшими глотками, влил бульон в ее рот. Влажными салфетками обтер губы, подбородок, шею, грудь, — куда могли упасть жирные капли. Затем принялся за внутреннюю сторону бедер и ягодицы, насколько позволяло положение прикованного к кушетке тела.

Вытер едкие подтеки. Сгреб перепачканную пеленку и прочий мусор в один куль для утилизации. Ужасный запах. Мужчина с трудом подавил желание отстегнуть металлические скобы и привычно унести хрупкое тельце в горячий душ. Нельзя рисковать. Не имея возможности двигаться, девушка мочилась под себя.

— Я знаю, ты еще здесь.

— Да пошел ты, мазафака.

Эриху пришло на ум, что если бы детектив узнал причину его нервозности, то умер бы от сердечного приступа. Или открутил бы ему голову, что вероятнее.

В этот раз что-то пошло не так. Время шло, а носитель номер тридцать четыре не желал исчезать.

Ван Хэвен

Выбирая между знакомыми хакерами, я руководствовался не только их территориальным положением, но и будущей благодарностью. В итоге решил сделать крюк побольше и проведать Купера.

У Люсинды пришлось бы не только шутки шутить, но и постельные подвиги совершать, а я морально был не в том настроении, чтобы тискать пожилых женщин.

В случае с Купером требовалось лишь запастись терпением. Юмор у него дурацкий и гонора чересчур, но ради дела стоило потерпеть. Специфичный народ — эти технические специалисты. Да и места для жительства выбирают странные.

Фасад дома, в котором засел Купер, был сплошной, без окон, словно гигантская, вытянутая вверх, коробка из-под обуви. Я по привычке провел запястьем по панели вызова, чертыхнулся и начал щелкать кнопки — все подряд, без разбора. Панель древняя, похожая на старинный домофон. Давно тут не был, не помню какая срабатывает вместо звонка. Наконец, услышал шипение микрофона.

— Код доступа?

— Рай.

В ответ лающий смех и писк открытия замка. Не знаю, в чем смысл этой шутки, но если она веселит Купера, то пусть.

Поспешно зашел,