Исправник - Петр Ингвин

сегодня Сказочника оставят в деревне — навсегда или хотя бы до утра. Выгнать в ночь — это отправить на верную смерть. Подземники на это не пойдут. Как сказал папа, они боятся Сказочника, а рисковать жизнью никто не хочет. А еще они боятся, что одного убьют, а позже придут десятки таких же. Сказочник каким-то чудом дошел — значит, и другие дойдут. Дорожка проторена. Закон сильного: слабых нагибай, с более сильными дружи.

А еще папа сказал слова, которые звучали в голове Анюты нескончаемым небесным пением: «Сказочник — твоя надежда на чудо».

Ночью Анюта пойдет к Сказочнику и предложит себя ему в жены.

Если же он ее отвергнет…

Тогда у нее не останется выхода. Отвернувшись от нее, Сказочник заставит ее действовать. Она возьмет нож и пойдет к Близнецам. Будь у нее время, можно было придумать что-то другое. К сожалению, время кончилось. Ночью Анюта умрет. Или она, или Близнецы. С ними обоими ей не справиться, но свою жизнь она продаст дорого, постарается забрать с собой хотя бы одного. Или просто покалечит. В пещере поднимется крик, невесту обнаружат в комнате парней и, как полагается по закону, забьют камнями. Так будет, если…

Если. Потому что «Сказочник — твоя надежда на чудо».

Папа видел, чем она занимается. Ее намерения он понял еще вчера, когда она заговорила о Близнецах и о своем спасителе. Поэтому он пошел в Холодную пещеру. Сейчас, глядя, как она собирается, он позвал ее:

— Анюта, обо мне не беспокойся. Стань счастливой назло всем.

— Прости меня, папа…

— Это ты меня прости, дочка. Отец должен защищать своих детей, а я тебя защитить не смог. Но я счастлив, что сделал хоть что-то. Хочу предупредить. Сказочника, наверняка, до завтра оставят на том же месте, другого подходящего места для чужака у нас нет. Скорее всего, за входом в Холодную пещеру будут приглядывать из дворца. Могут зайти туда с проверкой. Могут внутрь не заходить, но поглядывать от входа и прислушиваться. Еще могут смотреть за следами на снегу. Идти напрямую опасно.

— Был бы другой способ…

— Он есть. Дровяной склад рядом с бамуковой рощей — это второй вход в Холодную пещеру. До него дольше бежать, зато из дворца никто не увидит, и гаденыши вроде Заспранца ничего не предъявят — следы уйдут в другую сторону. На складе сдвинь верхний щит, проберись по верху поленниц до самой последней, разбери дрова под потолком, сделай лаз и окажешься внутри. Держись правой стороны.

— Зачем держаться за стену? Может, достаточно иногда щупать? Что я должна найти?

— Я неверно выразился. Коридоры разветвляются, и «держаться правой стороны» — значит, все время сворачивать направо. Возьми с собой лучину, без света ноги сломаешь или заблудишься. Холодная пещера огромна, внутри нее можно бродить целыми днями.

— Откуда ты все это знаешь?

— Я был ребенком, когда складировали первую поленницу. В коридорах мы играли в прятки, и даже сейчас я мог бы с закрытыми глазами пройти от одного входа до другого.

Поздно вечером вернулась Дунька. После работы в роще она сначала пошла не домой, а за новостями, и не успокоилась до тех пор, пока не узнала все подробности.

— Сказочника изгнали! — выпалила она еще на входе в комнату.

— Сегодня?! — В руке Анюты сломалась игла.

— Решение приняли сегодня, но разрешили уйти завтра. Ему объявили: «Можешь остаться на ночь, но ранним утром, едва растает снег, ты должен покинуть деревню. До утра людям запрещено говорить с тобой, чтоб не смущать умы, а чтобы запрет не нарушали, во дворце у окна всю ночь будет дежурить сменный наблюдатель».

— Если бы с кем-то из подземников сегодня опять что-то случилось, — сказал папа, — и Сказочник мог бы спасти, они приняли бы другое решение. Осторожность взяла верх. Подземники уничтожат все, что считают опасным, и выгонят всех, кого боятся.

Дунька несогласно мотнула головой:

— Тогда они помогли бы Сказочнику прогнать дивов.

— Подземники гордятся, что служат дивам, и не рискнут потерять здоровье, которое получают в обмен. Опасными они считают не тех, кто сверху, а тех, кто снизу. Тех, кто может их заменить. Нас. Они боятся потерять свое место. Сказочник мог сделать счастливыми всех. Подземникам это не нужно. От того, что кому-то живется хуже, чем им, они получают удовольствие. Мало того, они видят в этом смысл жизни.

Дунька подала Анюте запасную колючку. У Анюты дрожали руки, и новая игла, просверленная обломком прежней, получилась хуже предыдущей.

— Хорошее будет одеяло. — Глянув на работу Анюты, Дунька повалилась на тюфяк. — Дашь попользоваться?

— Сделай такое же сама и пользуйся сколько хочешь.

Ужин прошел в молчании. После ужина папа и Дунька легли спать. Межкомнатную занавеску на ночь не задвигали давно, с тех пор как у папы начались приступы. Анюта легла рядом с Дунькой, на свою половину тюфяка, как было заведено со времен, когда была жива мама. Дунька заснула мгновенно.

Анюта поднялась, собрала котомку с нехитрыми пожитками, надела на себя все свои вещи, ноги замотала в подарок Хромоножки. В одеяло лучше закутаться на выходе, а в коридорах оно будет мешать. Снегоступы, заваленные запасной одеждой, стояли у стенки — у папы руки не дошли разобрать, а Дунька ничего не сделает, пока прямо не скажешь, причем говорить придется дважды или трижды.

— Папа, — Анюта толкнула его в плечо.

Он открыл глаза. Не спал. Ждал.

— Папа, мой прежний план больше не работает. Сказочника изгнали. Я тоже ухожу из деревни. Вместе со Сказочником или по его следам, мне все равно. Я не вернусь. Близнецы не оставили мне выбора. Прощай, папа.

— Прощай, дочка. Я верю в тебя. Не забудь, что надо идти в дровяной склад.

— Нет, я пойду в ближний вход и пойду прямо сейчас. Снег только что повалил, мои следы сразу же заметет.

— Тебя могут увидеть из дворца.

— Вот именно: «могут увидеть», а не «увидят». Снегопад скроет меня. Лучшего времени, чем сейчас, уже не будет.

Они обнялись. Дуньку Анюта решила не будить. Спросонья Дунька может громко сказать что-то лишнее или вообще помешать уйти.

Закрытая за собой занавеска стала границей, за которой началась новая жизнь.

В коридорах Анюта часто замирала на несколько мгновений, прислушивалась, пережидала.

Сдвинуть внутренние деревянные щиты удалось почти бесшумно, они сдвинулись с легким скрипом.