Кровавая прогулка дьявола - Дэвид Грин

— Ник, — шипит она, голос густой от нарастающей паники, — туман становится все сильнее. Я слышу их, вой, рычание. Мы не можем выйти наружу.

Дерьмо.

— Я разберусь с этим, — шепчу ей.

Я возвращаюсь к Розе. Она улыбается, когда я сажусь, и показывает на наполовину съеденный шоколадный торт с растаявшим ванильным мороженым. Я приглаживаю волосы, всколыхнувшиеся после стычки с Марвом, и поправляю пиджак. Мое сердце стучит как-то жалобно, как заяц, бьющий своими лапами по земле.

— Приберегла для тебя немного. Наверное, ты мне нравишься больше, чем я думала.

— Ты доедай, — говорю, оглядываясь в поисках официанта. — Это твое любимое пирожное.

— Ник Холлеран, — усмехается Роза, — ты не перестаешь удивлять. Все в порядке с твоим преследователем?

Марв проходит мимо, когда я забираю чек и прошу официанта вызвать нам такси. Он встречает мой взгляд, и его черные, как у акулы, глаза сверкают злобой. Пачка бумаги прижата ко лбу, кровь на воротнике. На этот раз нет улыбки, нет взгляда обожания. Марвин Клэнси ненавидит меня до глубины души. Я смотрю ему вслед, пока он не выходит из «Тони» и не сливается с густым туманом.

— Я разобрался с ним. Почти уверен, что он все понял. — Мне приходит в голову мысль, когда мы покидаем наш столик. — Скажи, ты все еще занимаешься айкидо?

Я довольно уверенно владею «Ругером», кулаками и ногами, но мне спокойнее знать, что Роза все еще практикует боевые искусства. Мы собираемся выйти на улицу, а там на свободе дьяволопоклонник и бог знает, что еще.

— Ник, я теперь преподаю айкидо. Так, этот парень все понял, но он не собирается отступать?

— Отступит. Мне просто интересно, вот и все.

Она поднимает бровь. Розу не обманешь.

— Да ладно, Ник. Не надо меня сейчас дразнить. Ты только недавно начал откровенничать со мной. Ты беспокоишься об этом парне, верно?

— Слушай, я сказал ему, что в следующий раз, когда увижу его, позвоню в полицию. Они все равно им интересуются. — Она снова смотрит на меня так, что я поднимаю ладони, защищаясь. — Роза, я обещаю. Полиция на быстром наборе. Если я почувствую его запах, так и сделаю.

Она кивает.

— Хорошо. Я поверю тебе в этом, Ник. Может, я выпила слишком много вина, а?

Мы ведем светскую беседу в холле, и я стараюсь казаться вовлеченным, внимательным и не таким чертовски озабоченным, как есть. Роза забирает свою куртку, когда подъезжает такси. Диана прилипла к моему боку, как тень, когда мы выходим на тротуар. Я ни хрена не вижу в этом тумане, хотя Роза этого совершенно не замечает. Я снова чувствую на себе тяжесть. Что-то наблюдает за мной, там, в тумане. За ним я слышу сопение, рычание. Вонь гнили.

«Плоть… Свежая кровь… Сладкое, сладкое мясо… Оно зовет нас… Такие голодные… Вгрызаются… Прекратите боль… Накормите нас… Освободите нас…»

Я открываю дверцу такси. Диана вплывает в нее, прижимается лицом к окну с дальней стороны, вглядываясь в густой серый мрак.

— Я не поеду с тобой домой, Ник, — говорит Роза, ударяя меня по руке.

От этого я едва не выхватываю свой «Ругер». Черт, мои нервы! Это… присутствие. Что это?

— Ах, нет, конечно, нет, — заикаюсь я. Роза смеется. Похоже, она думает, что поймала меня на какой-то коварной уловке. — Подвезти тебя?

— Нет, я сама доберусь. Ты дал мне много пищи для размышлений сегодня вечером. Но тебе лучше отправиться домой и выспаться, хорошо?

Она прижимает свои руки к моей груди, как делала это пять лет назад, когда задерживала кровь в моем теле. На этот раз она нежна. Поглаживает. Роза тянется вверх и прижимается своими губами к моим. На мгновение я забываю о тумане, Марвине Клэнси и обо всем остальном, что таится снаружи.

Только на мгновение.

— Увидимся на неделе? — спрашивает Роза, отстраняясь.

— Конечно, — говорю я, ловя ее пальцы своими, когда она отпускает руку с моей груди. — В любое время.

Роза смеется.

— Я позвоню тебе.

— Эй, знаешь, что? Почему бы тебе не взять мое такси? — Я улыбаюсь, пытаясь удержаться от рысканья глазами по сторонам. — Я заплачу. Это меньшее, если не могу отвезти тебя домой сам.

— Уверен?

— Я поеду на следующем.

— Что ж, Ник. Настоящий джентльмен, — смеется Роза, беззаботно запрыгивая на заднее сиденье. Засунув руки в карманы, я достаю горсть банкнот и бросаю их водителю. — Куда она захочет, приятель.

Огни такси, сливающиеся с туманом, завораживают меня, когда оно отъезжает, пока пронзительный вой не впечатывает меня в стену ресторана рядом с Дианой. Она прижимается ко мне, и я не обращаю внимания на ее пронизывающий холод, который разливается по моему телу.

Еще одно такси проносится мимо, рассекая туман. Я свищу как можно громче, и моя внезапная удача не заставила себя ждать, когда заскрипели шины.

— Куда, Ник? — спрашивает Диана, ее голос звонкий и такой детский.

Я ломаю голову. Марвин Клэнси следит за мной. Он знает, где я работаю, возможно, знает, где я живу. В «Стикс» я тоже не могу пойти. Поклонник Дьявола и копы следят за моими обычными местами. Куда-нибудь в неожиданное место, подальше отсюда.

— Знаешь Редвуд и Мэн? — спрашиваю я таксиста. Он согласно кивает в сторону заднего сиденья. — Отвези меня туда по длинному извилистому маршруту, приятель.

Диана все еще стоит рядом со мной. Редвуд и Мэн. Там она раньше жила. Малышка наняла меня для работы, и если я не могу вернуться домой или в свой офис, то вполне могу начать. Там, где Марвин Клэнси и все, что на меня охотится, не догадаются искать. Я только надеюсь, что этот туман не последует за нами туда же.

Когда такси отъезжает от тротуара на свою полосу, я смотрю в окно. В тумане появляется лицо.

Марвин Клэнси.

Глаза урода встречаются с моими, и на этот раз он ухмыляется, его багровые зубы сверкают сквозь туман. Такси оставляет его позади, и вой и крики в тумане стихают,