Тени звезд - Антон Александрович Карелин

подачек, из самородков-напоминаний, возникающих по всей галактике, ты сможешь сделать богатство и стать миллионером, унизить и растоптать его. И пока ты наслаждаешься богатством и властью, он сгниёт на своей планете, со своей гордостью… Ведь это не ты предал Роберта, а он тебя.

— Он выбрал их, — глухо сказал Шур. — Жалких тупых трудяг, ограниченных, вместо меня, безграничного. Я предлагал ему стать богатыми вместе. А он пытался предупредить остальных и спасти. Но я лучше. Я умнее. Сильнее. Я победил.

— И ты не простил предательство, — понимающе кивнул Одиссей. — Ты не мог позволить Роберту просто взять и умереть. Ты сделал всё, чтобы никто не нашёл отвергнутую планету, и терпеливо ждал, ведь срок жизни октоподов вдвое больше, чем у людей. Ты знал, что он сгинет, а у тебя будет ещё полжизни впереди. И каждый год, когда ты наслаждаешься жизнью в цивилизованном мире, он страдает и мучается, ведь выживание в одиночку на чужой планете — пытка, а не жизнь.

— Дааа, — протянул Шур. — Порой мучение — часть любви. Горькая сладкая часть.

— И когда я своим появлением застал тебя врасплох, а потом тщательно подобранными словами в тексте объявления дал понять, что знаю тайну шеклов — ты испугался, что я обнаружил планету Роберта. Что я прилечу и выпущу его на свободу из твоей тюрьмы. Ты должен был выяснить, что именно мне известно. Поэтому ответил на объявление: поддельный телохранитель высокого класса, согласный работать по низкой цене.

— И тогда ты ещё понизил цену, — расплылся октопод. — Дал знать, что откликнулось двое подходящих спецов и заказ получит тот, кто согласится на меньшее. Такой простой и прекрасный ход.

— Вопиющая наглость, плевок в лицо. Любой нормальный профи отказался бы от таких условий. И только убийца согласился. Потому что его целью был отнюдь не заказ.

— О, когда ты говоришь, это кажется так просто, так неизбежно, — возбуждённо прошептал Шур. — Ну разумеется, я был в шоке и торопился, искал хоть какую-то информацию и хватался за любую зацепку. Я переоценил угрозу, поддался на твою хитрость. Ты дал мне такой привлекательный крючок, на который трудно не клюнуть. И я клюнул.

— А я заранее знал: тот, кто откликнется на объявление и согласится на заказ, и есть мой соперник. Но мне и в голову не могло прийти, что ты применишь sкиллер, инсценируешь атаку и угрозу, — лицо Одиссея болезненно сморщилось. — Убьёшь Кизю.

— Я должен был как следует вас напугать, — зло улыбнулся спрут. — А как иначе я мог загнать тебя на этот корабль? Мне нужно было взять вас под контроль, покинуть пределы Гуро, выйти из их юрисдикции. Инсценировка угрозы — по сути единственный способ. Иначе бы вы душевно пообедали, вернулись на мусоровоз и улетели. А я уже понял, что у тебя, мошенника, слишком хороший ИИ. Он гораздо сильнее моего. Так что я был обязан ни в коем случае не допустить вашего возвращения. Пришлось быстро импровизировать.

— Но нуль-портал для шекла! — воскликнул Фокс, потрясая руками. — Ты потратил почти миллион!

— Всё окупится тысячекратно, — нервно махнул щупальцем осьминог, до сих пор чувствующий эту трату, как живую телесную рану. — Главное было узнать, что тебе известно. Вытянуть из тебя координаты, и я вытянул… Увы, ты назвал верные. Окажись мой вор обычным мошенником, я бы ничего не сделал. Просто выполнил заказ, отпустил бы вас с подружкой и растворился среди звёзд. Но ты почти раскрыл нашу с Робертом историю, раскрыл на весь мир, а ещё хуже, ты вплотную подобрался к нашей тайне.

Осьминог, не торопясь, напластал метры щупалец на плечи человека, тот пошатнулся от тяжести.

— Я яростно влюблюсь в твоё тело перед тем, как задушить, — пообещал Шур.

— С чего ты взял, что у тебя получится? — тихо спросил Фокс.

— Мы дрейфуем в ничейном космосе, свободном от надзора и правопорядка, скрытые от наблюдения слоями разнообразных защит, — нежно объяснил осьминог, любуясь жертвой. — Здесь можно разорвать на части, и никто не узнает, не сможет помешать. Не призовёт к ответственности. Ещё одно идеальное убийство.

— Именно, — медленная улыбка изогнула бледные сжатые губы человека. — Никто не узнает и не сможет помешать.

— Пытаешься блефовать? — октопод напряжённо сжался, но на всякий случай осторожно отступил, разглядывая человека, сканируя его всеми доступными способами. — Нет, ты не представляешь мне угрозы. Я не настоящий телохранитель, но настоящий покоритель планет и приспособлен к выживанию в смертельных условиях. Я могу убить тебя десятком способов голыми конечностями, что говорить о техническом оснащении. Конечно, у меня есть оружие и защита. Я хорошо подготовился к нашей встрече.

— Но допустил маленькую ошибку, которая тебя и погубит.

— Что за ошибку? — потребовал спрут, в голосе которого впервые прорезалось нарастающее нетерпение и злость.

— Ты включил нам с Аной земные условия.

— Что? — щупальца злобно взметнулись. — Причём тут…

— Профессор, ну же! — не выдержав, воскликнул Фокс.

Под Шуром бесшумно раскрылся нуль-портал. И, влекомый старой доброй земной гравитацией, мясистый октопод рухнул в него, как гора в бездонную пропасть. Он дико завизжал вибрирующим, душераздирающим голосом, щупальца взметнулись, тесный бархатный вихрь оплел Одиссея и рванул за собой. Но уплачено было только за осьминога, а корпорация «Ноль» всегда следит за вашим балансом. Поэтому Шур провалился в портал, который сомкнулся вокруг каждого кончика его содрогающегося тела и разом погас — а человек ударился о пол, с криком боли отскочил и покатился в сторону. Врезался в мягкое сиденье, зашипел, с ругательством поднялся, пришибленный, весь в проступающих синяках. И принялся разминать шею.

— Перенос завершён, — как ни в чём не бывало сказал Гамма. — Убийца доставлен в приёмное отделение тюрьмы повышенной безопасности системы Гуро.

— Вот и отлично, прекрасно, — морщась от боли, буркнул Фокс, которому очень хотелось пойти, вымыться и забыть последние пять минут. — Найди на этом корабле что-нибудь, что приведёт Ану в чувство. Верни зрителей. И спроецируй обратно эмо-панель.

«ОФИГЕННО!»

«Ты его размазал!»

«Мы все его размазали. Я перевела денег на нуль-портал, значит, я тоже поймала убийцу!»

«Бедный Кизя…»

«Бедные покорители!»

«Этот сыщик красавчик».

«Ура! Победа! Ура!»

«Чего вы радуетесь, идиоты, теперь цена на шеклы упадет в тысячу раз».

«А я успела продать »

Примерно десять миллионов зрителей бесновались по всем подключённым каналам, превратив эмо-блок в туманность подиковатее и похлеще даже Конской головы.

— Кхе-кхе, — вежливо подал голос профессор Корвин. — Я должен принести свои искренние извинения, молодой человек.

Одиссею было слегка неловко их принимать, но нельзя же запретить ближнему признавать свою неправоту.

— Я принял вас за мошенника, прошу простить мою оплошность. Шекловодство мне… слишком дорого. За годы теоретизирований,