Знак огня - Екатерина Руслановна Кариди

хитра, жена моя, хитра и мудра!», однако он просто смотрел на нее с восхищением. А вслух он произнес:

- Может сработать. Но много времени это нам не даст.

- Вот и не будем терять времени.

Писать и крепить табличку прямо под отпирающей вход руной выпало Хорму, а они стояли рядом. И пока это нехитрое действо происходило, вокруг успело скопиться несколько любопытных молодых Стражей из Эвиных новобранцев,

- Видели? - спросил Энгвард, показав на табличку. - Никого сюда не пускать.

- Угу, - мрачно кивнула Эва. - Выкинете фортель, паутину будете снимать будете во всех залах.

- Командир, мы никогда...

Она только закатила глаза. Но теперь минимальная охрана была обеспечена. Правда, ненадолго.

- Давайте побыстрее вскрывать. А то знаю эти молодые дарования, обязательно во что-нибудь ввяжутся.

- Да, - сосредоточенно кивнул Хорм и пошел к стеллажу.

А Энгвард оглядел Хранилище цепким взглядом. Многие поколения Стражей относились к доставшейся им в наследство и тщательно оберегаемой библиотеке древних магов как к мертвому грузу, который вроде и незачем тащить, но бросить нельзя. В равной степени бесполезно и бесценно. Сейчас все ощущалось иначе.

Надо было, чтобы такой безумец, как он, женился на мейре. Цепь случайностей? Нет. Судьба. Он шумно вздохнул, ощущая, как в груди зарождается трепет перед неизведанным.

А Эйтерн Хорм тем временем склонился над руной, запиравшей потайной вход, видно было, как дрожат его руки. Некоторое время он так и стоял не шелохнувшись.

- Есть идеи, как отрыть? - тихо спросила мейра.

Мужчина молча кивнул, худое лицо заострилось, темные волосы свесились на лоб. Шумно выдохнул сквозь зубы, а потом взрезал ладонь. Капли крови закапали на камень, наполняя бороздку. Внезапно руна вспыхнула, освещаясь красным, а потом раздался скрежет и каменная пыль повисла в воздухе. Открылся вход.

В Хранилище было холодно, холоднее, чем в остальных залах, но с лица Хорма катился градом пот. Он закрыл глаза и, тяжело дыша, застыл на пороге.

- Ты первый, глава, - прошептал тихо.

Мороз по коже. Энгвард пригнул голову, стиснув кулаки, а потом резко сорвался с места и вошел. И остановился. Эва влетела следом, чуть не врезавшись в его спину.

- Что там?! Не молчи, Эн!

***

Хорм вошел следом. Позволил себе наконец. Когда открыл глаза и увидел наконец, что там хранилось, был потрясен.

Стеллажи у дальней стены. А в центре, прямо на полу - множество рунных камней!

Маленьких, размером с крупный апельсин. Они были сложены пирамидами почти до потолка. И на каждом камне руна - знак огня. Но руны были разных модификаций. Хорм еще помнил, что есть осветительные, для обогрева, для развития и наоборот. Но даже он не знал всех значений и нюансов. И еще отдельно в стороне были сложены совсем маленькие каменные заготовки, размером с детский кубик.

Это же...

Догадка была шокирующей.

- Что это? - тихо проговорила мейра.

- Это... - он шагнул вперед и застыл.

А потом резко обернулся к главе и резко взмахнул руками:

- Скажи, в самом начале, когда орден Стражей только образовался, здесь все так и было?

- Как? - спокойно задал вопрос Энгвард.

А у Хорма во рту пересыхало, пришлось сглотнуть, чтобы нормально выговорить.

- Холодно.

Повисло молчание.

- Я имею в виду, всегда ли тут было холодно? Кхммм... - Хорм оттянул ворот и обвел рукой пространство. - И этот сумеречный свет?

- А разве когда-то было иначе? - спросил глава Ордгарн.

- Было. Да! - Эйтерн Хорм отвернулся и закивал. - Здесь...

Потом заставил себя успокоить, провел ладонью по лицу, стирая эмоции, и заговорил:

- Чтобы ты понимал, здесь ВСЕ было иначе. Думаешь, это гора, а в ней залы? Нет, Страж, - он покачал головой. - На самом деле, это был огромный храмовый город.

- Храмовый? - Энгвард перекосился недоверчиво.

- Не совсем. Считай, что я оговорился. Но да, тут были и храмы. И это были высокие, сияющие строения. Их белые стены, аркады и сверкающие на солнце купола было видно издалека. А внутри эти строения были ярко освещены, везде горел огонь.

Хорм замолчал, ненадолго уйдя в себя, а после лицо его осветилось слабой улыбкой:

- Климат был теплый и влажный. Никто не знал, что такое кутаться в меха. Дивные растения, все цвело круглый год... Прекрасные женщины в тонких полупрозрачных одеждах...

Он глубоко вздохнул.

- Скажи, за что тебя изгнали? - неожиданно спросила Эва.

Хорм очнулся.

- Скажу. Когда-нибудь. Прости, мейра, не сейчас, - а потом повернулся к главе. - Ну так что, есть сведения?

Глава обвел взглядом Хранилище.

- Если что-то и есть, все сведения ты найдешь тут, - проговорил и сразу перешел к делу. - Времени мало. Итак, что это? К чему был задан вопрос о прежних временах?

Хорм кивнул.

- Сейчас попробую объяснить. Это, - он показал на сложенные в пирамиды рунные камни. - Огонь, тепло, свет, очищение. Каждый из этих камешков занимал свое особое место в кладке. И если я правильно мыслю, то перед тем как уйти, наши собрали их все и сложили здесь. А помещение закрыли и опечатали.

***

Откровенно говоря, Энгвард был потрясен. Он, глава ордена Стражей, даже не подозревал ни о чем подобном. Они же постоянно жили возле Разлома много веков, холод Хаоса у них в крови. И этот синеватый магический свет всегда ощущался естественным и нормальным. Но да, ему с юности казалось загадкой, для чего древним магам нужно было возводить сложные каменные своды в теле горы? Где логика? Единственное, что всегда приходило на ум, - эстетика? Ибо - да, эстетика тут была. Своеобразная непонятная красота, одни изваяния невиданных животных чего стоили. А эти изваяния на каждом шагу в этих залах. И каменный трон — главное место силы - стоит на четырех химерах...

Глава нахмурился, некоторое время смотрел на рунные камни, наконец спросил:

- Зачем было это делать?

- А, - Хорм устало усмехнулся, а потом внезапно ответил вопросом на вопрос: - Ответь, Страж, что больше всего притягивает Хаос?

***

Энгвард пожал плечами. Это было известно каждому, выросшему при Разломе, чуть ли не с пеленок. И любой Страж с ходу ответил бы - огонь. Жар. Тепло тела и души. Однако сейчас он впервые задумался о том, что это значит.

И промолчал.

Хорм, видя понимание в его глазах, кивнул. А потом