Мышь в Муравейнике - Дана Обава

ассортимент и все такое. Скукота на самом деле. А как вы?

— Хм, хм, — как бы прочищает горло другой продавец, скрытый от нас стеллажом.

Стелла раздраженно зыркает в том направлении.

— Давайте, вы что-нибудь примерите, — предлагает она и добавляет, перейдя на шепот: — Я отложила что получше, сейчас принесу.

Кейт довольно улыбается и подмигивает мне. Через минуту Стелла появляется со стопочкой вещей и ведет нас к примерочным. Там она вручает нам по три пакета:

— Думаю, я угадала с размером, но если что, есть и побольше и поменьше.

Уединившись за шторкой, вытаскиваю из пакетов светло-серую маечку с розовой и серебряной полосой, серые шорты с блестящими заклепками и длинные розовые чулки. В принципе, уже видела такое — сейчас модно, да и серый цвет здесь совсем не такой как у моей обычной одежды, а довольно приятный. Но все равно с большим сомнением влезаю в это все и долго вожусь, прикрепляя чулки к крайне коротким штанинам.

— Вет, давай, вылезай уже! — торопит Кейт взволнованным голосом.

— Уже почти, — пыхчу в ответ и вылезаю к единственному на все примерочные большому зеркалу.

Ну, в общем, у меня слов нет, чтобы описать этот кошмар! Будь у меня ноги постройнее, я бы была похожа на фламинго-мутанта! Я даже одну ногу поджала для эксперимента. На Кейт с ее поджарой спортивной фигурой это все смотрится гораздо более уместно — ей досталось все тоже самое только в оранжевом цвете вместо розового.

Кейт крутится, осматривая себя со всех сторон и, видно, что довольна. Мне же не охота долго разглядывать свое уродство, так что мчусь переодеваться обратно. Из-за шторки слышу, как они продолжают разговор.

— А что твой брат? — интересуется Кейт.

Я припоминаю, что брата Стеллы зовут Стоув или как-то похоже. Не смотря на то, что они с ней двойняшки, учились мы в разных классах и я с ним не знакома.

— В техники пошел. Он всегда хотел заниматься ремонтом и обслуживанием летающих машин, — отвечает голос Стеллы, по-моему, резко ставший грустным. Хотя в этот момент снимаю майку, так что может мне кажется. — Но это, конечно, если повезет. А вы как? Явно выбрались с нулевого. Как вам это удалось? — меняет она тему.

— Я в стражу пошла, — говорит Кейт нарочито безразличным голосом. Я возвращаю внимание к тому, чем занималась, и наконец стаскиваю с себя слишком тесные шорты.

Происходит пауза в разговоре. Стелла почему-то не удивляется, не поздравляет Кейт, не спрашивает, как это она так смогла. Она молчит, и я спешу одеться в свое, чтобы выглянуть наружу.

Стелла выглядит плохо. Она словно в раз осунулась, поблекла. Глаза стали тревожными и, кажется, из них вот-вот потекут слезы.

— И какой теперь у тебя доступ? — шепотом спрашивает она Кейт.

Подруга чувствует неладное и не спешит отвечать.

— А что случилось? — не выдерживаю я вида этой сцены.

— Стоув пропал, — потерянным голосом говорит Стелла.

— Так подай заявление, — советует Кейт. — Я же новичок, что ты от меня хочешь, — она отворачивает от нее и тоже уходит переодеваться за шторку.

— Я не могу, — шепчет Стелла и идет за ней.

— Что произошло? — я тоже подхожу ближе, чтобы она могла рассказывать нам обеим, не переживая, что услышат лишние уши.

— У моего брата была девушка, но она… — Стелла стирает со щеки вытекшую слезу. — У нее очень плохо со здоровьем, и она училась в спец-классе. Вы ее, наверное, не знаете. Фелис, в инвалидной коляске ездила, может, видели? Они со Стоувом хотели жить вместе, но ей нужно хорошее лечение, которого на нижних уровнях не получить, понимаете? Так что ее родители решили оставить ее у себя и после совершеннолетия, то есть она бы стала акбратом своего отца. Но она хотела вырваться из-под его опеки, а это значит, что Стоуву понадобилось быстро найти большие деньги. Ее бы стали лечить на верхних уровнях за деньги, а жила бы она со Стоувом.

— Слушай, если он совершил преступление, то мне лучше об этом не рассказывай, — предупреждает Кейт, раздраженно отдергивая шторку.

— Он всего лишь спустился вниз, — качает головой Стелла. — Поэтому я не могу обратиться к стражам официально, но ты можешь спуститься туда и поискать его, да? — в отчаянии просит она.

— Ты хочешь, чтобы я спустилась на подземные уровни?! — с ужасом уточняет Кейт.

— У тебя же есть доступ?

— Да, но нас еще на первом занятии предупредили, — голос Кейт дрожит от напряжения и злости, — что если спустимся туда без приказа, то нас ждет строжайшее наказание и запись в штрафники. Извини, но я не собираюсь рисковать всем из-за того, что твой брат совершил глупость. Он прекрасно понимал, что из этого может выйти!

— Я понимаю, — еле-еле произносит Стелла и вытирает буквально полившиеся по щекам слезы, отворачивается от нас.

Кейт складывает вещи обратно в пакеты.

— Я это возьму, рассчитай меня, — просит Кейт, дождавшись, пока она возьмет себя в руки.

Стелла кивает, а мне, наконец, удается собраться с духом, чтобы сказать:

— Я спущусь!

— Что?! — обе шокировано смотрят на меня.

— Я — теперь акбрат одного из офицеров, у меня тоже есть доступ, — поясняю я для Стеллы. — И ни в какие штрафники меня записать не могут.

— Да, но ты понимаешь, что если тебя поймают, то последствия для тебя могут быть даже хуже?! — рычит на меня Кейт. — С ума сошла?! Думаешь, тебе реально позволено шнырять, где захочется?! Да ты даже по мелочи никогда закон не нарушала! Ты даже представить себе не можешь, что стражи делают с настоящими преступниками! Ты не переживешь это!

— Кейт! — шикаем мы на нее, потому что ее шепот стал излишне громким.

Затем Стелла поспешно сует мне в руку какой-то сложенный обрывок бумаги.

— Это осталось от объявления, по которому Стоув хотел обратиться там, внизу. Не знаю, как он собирался заработать денег, но, может, ты найдешь целую такую листовку или кто-нибудь внизу его узнает, — с надеждой тараторит она, и сует мне так же распечатанное фото своего брата.

Обалдело пялюсь на бумажку. Я-то думала, что на подземных запретных уровнях только чудовища и обитают, а тут какие-то объявления, какую-то работу можно найти. То есть получается, что хоть и нелегально, но какая-то жизнь там кипит?

— Ладно, как хотите, но, если что, я об этом ничего не знаю, — недовольно говорит Кейт, хватаясь за свои пакеты с новой одеждой.

Обратно мы с Кейт возвращаемся порознь, она снова не хочет иметь со мной ничего общего.

3

Всю ночь меня одолевают мрачные