Не ходи к гадалке, Лиззи! - Галина Васильевна Герасимова

– Да, мы работаем вместе, – откликнулся гадалец, краем глаза наблюдая за Керном. Тот наклонился и понюхал ароматические палочки, совсем не аристократически сморщив нос. И чего морщился? Отличный запах, тонизирующий. Немного кедра, сандала и цитрусовых – сегодня Тайлеру надо было взбодриться, а принимать лекарственные стимуляторы он не рискнул.

– Мисс Марино – маг? – зацепился за его слова Уоллис и постучал пальцами по подлокотнику. – Странно, я не почувствовал в ней силы.

– Она гадалка. Все рамолы умеют немного гадать, – уклончиво ответил Тайлер.

Судя по быстрому переглядыванию, в голове у магов пронеслось одно – шарлатанка.

– А что насчет вас? Вы тоже… обычный рамол?

– Рамол, но не без дара. – Гадалец демонстративно, не вставая с места, зажег и погасил свечи.

– А мне можете что-нибудь предсказать? – спросил Керн, показывая череп со свечкой своему напарнику.

Уоллис едва заметно закатил глаза, и череп вернули на полку.

– Могу. Вы скоро обожжетесь. – Тайлер скрыл раздражение за улыбкой. Посетитель с сомнением покосился на него, приподнял стоящий там же хрустальный шар и выронил его от боли и неожиданности. Нагревшийся артефакт покатился по полу. – Я тут ни при чем. На шаре защита от чужих прикосновений, – добавил, пока его не обвинили в нападении на офицера, но, кажется, никто и не собирался его обвинять.

Керн под суровым взглядом Уоллиса подошел и встал за его спиной.

– Простите любопытство моего друга, – к удивлению гадальца, извинился капитан.

– Все в порядке. – Долгие расшаркивания были ни к чему, и Тайлер предпочел перевести тему: – Как продвигается расследование? Появились зацепки?

– Пока мы рассматриваем версии. Покушение – лишь одна из них.

– Роуз не спрыгнула бы сама, – уверенно сказал гадалец.

– Верю. Поэтому я здесь, – согласился Уоллис. – Но подозреваемых, к несчастью, предостаточно. Может, вы припомните, был ли кто-то из ее поклонников слишком навязчив?

– Букеты и серенады не в счет? – уточнил Тайлер.

Еще неделю назад он мог с твердой уверенностью заявить, что Роуз ни с кем не встречалась. Но вчера она выглядела по-настоящему влюбленной. Мужчина сжал кулаки, вспомнив, каким счастьем светилось лицо кузины, когда она уходила на свидание. Вот только безутешный избранник не появился ни у него, ни в больнице – Тайлер попросил мальчишек проследить, но посторонние в палату не заходили.

– За последние полгода мисс Марино замечали с разными мужчинами, – вернулся к делу Уоллис, чуть подавшись вперед и сложив пальцы домиком. – Любитель конного спорта Дориан Стокман, барон Эдельвейс, учитель истории в школе для девочек господин Рифман. Называть дальше?

– Было бы неплохо, – кивнул Тайлер, мысленно вычеркивая имена.

Уоллис проделал хорошую работу, но кое в чем ошибся. Перечисленные мужчины по большей части были их клиентами, жаждущими узнать, повезет ли им в будущем: кто победит на скачках, стоит ли вкладываться в меха и готова ли строгая директриса пансиона к пылкому признанию. Других отношений с Роуз они не имели.

– Вы не удивлены популярности кузины.

– Вы видели Роуз. Действительно считаете, что мне есть чему удивляться? – искренне возмутился Тайлер.

Уоллис неожиданно смутился.

– Пожалуй, нет, – кашлянув, улыбнулся он, но быстро взял себя в руки.

Задал несколько стандартных вопросов: куда уходила девушка, когда он видел ее последний раз.

– Мисс Марино с кем-то встречалась, и вы не знаете с кем? – услышав о возлюбленном Роуз, переспросил офицер.

– А вы всегда знаете, где пропадает ваша сестра? – парировал Тайлер и тут же пожалел, что упомянул о журналистке. Капитан подобрался, и гадальца окатило таким холодом, что впору было выглянуть на улицу, не выпал ли снег. – Недавно она приходила сюда погадать. – Жестом фокусника вытащил таро. – В последнее время гадания популярны среди девушек.

– Мистер Марино, если Лиззи придет снова, отправьте ее домой, – попросил Уоллис. – Наша семья не одобряет подобные увлечения.

– Вы лишаете меня заработка, офицер, – Тайлер искривил губы, собираясь добавить пару колкостей, но решил не подливать масла в огонь. – Хорошо, я понял. Поверьте, сам не рад журналисту в своем доме. Но раз уж мы заговорили о вашей сестре, вы не думаете, что она может появиться тут из-за материала для газеты?

Уоллис расслабленно откинулся на спинку кресла.

– Лиззи пишет только рекламные объявления и некрологи и изредка помогает мистеру Аркано. Не думаю, что он задействует ее в столь опасном деле. Не волнуйтесь, она вас не побеспокоит.

– Ну, если вы так уверены… – Как он и предполагал, юная мисс Уоллис имела свои тайны. Это можно было использовать, но пока не стоило просвещать капитана, кто такой мистер Аркано, – проблемы семьи Уоллис касались только их. Усмехнувшись, Тайлер прикусил костяшку большого пальца, но тут же отдернул руку. – Уже поздно. Давайте вернемся к вашим вопросам.

Задерживаться маги не стали, да и вопросов оставалось немного. Иногда они повторялись, хотя формулировка была разной, иногда что-то спрашивал напарник Уоллиса – резко, перебивая, не давая подумать, и Тайлер догадался, что маги проверяют правдивость его ответов.

– Что ж, из города вы в ближайшее время не уедете? – спросил капитан напоследок.

– Нет. Поэтому отзовите своих подчиненных. Пусть лучше занимаются делом, чем околачиваются у салона. Я не собираюсь никуда уезжать. – Тайлер выразительно посмотрел в окно: мужчина, сидящий на лавочке на противоположной стороне улицы, закрылся газетой.

– Третье око у вас работает, что ли? – хмыкнул Керн, узнав осведомителя.

– Он просто уже два часа читает одну страницу, – не стал наводить туман гадалец, и брошенный напарниками взгляд не обещал незадачливому филеру ничего хорошего.

Сославшись на головную боль, Лиззи не спустилась к ужину и заперлась в комнате. Смотреть в глаза отцу она боялась – казалось, он спросит, как дела, и она тотчас выложит все как на духу! И к разговору с матерью не была готова. Наверняка Амелия уже разболтала о визите миссис Сандерс, да еще и выставила Лиззи виноватой.

– Милая, открой дверь, нам надо поговорить. – Раздался настойчивый стук, и девушка, застонав, накрыла голову подушкой. Она собиралась притвориться, что уже спит. Не будет же мама вечность стоять под дверью? – Я знаю, ты еще не спишь! – настойчивее повторила та. – Не веди себя как ребенок!

Но она хотела быть ребенком! Лиззи обхватила подушку, прижимая к животу. Тогда мама была бы на ее стороне. В детстве, если дочь ошибалась, она всегда обнимала ее и утешала, говорила, что не случилось ничего страшного, все можно исправить. Даже когда девочка поняла, что видит духов, мама испугалась, но продолжала оберегать ее. Почему все изменилось?

Судя по глухому звуку, мама прислонилась к двери и заговорила негромко, чтобы слышала только