Развод по… - Ева Витальевна Шилова

самых распространенных развлечений и удобств. Множество условностей и запретов. Сплошное засилье волков, как будто других кланов нет. Нет, выполню поручение и обратно, больше меня сюда на аркане не затащат.

– А, Вы, наверное, покинули Шарванш в самом юном возрасте! Но, знаете, в родном мире есть и свои плюсы. Если Вы подарите мне танец, я постараюсь хоть немного реабилитировать нашу родину в Ваших глазах.

Уже хотела согласиться, и тут ощутила, что мою левую руку плотно так взяли в плен. Поворачиваюсь – смазливый блондинчик, решивший не иначе как присвоить мою кисть. А за ним еще трое белобрысых качков. Понятно, что смуглая короткостриженая брюнетка с вишневыми глазами не мог оставить большинство мужиков равнодушными, но так напористо кидаться-то зачем?

– Ларван из рода Полярного Волка, – прокудахтало это белобрысое чучело, – истинный оборотень.

А гонору-то, гонору! Истинные оборотни, да еще из высшей знати, бубенть. А собственно, чем гордиться? Тем, что им, для кого оборотничество является генетической чертой, дано производить оборотней-младенцев, найдя свою оборотную пару? Или возможностью инфицировать других своим оборотничеством? И вот что? Предполагается, что я паду ниц от восторга? Смешно, ей-богу. Вы еще разведите специальную писюномерку по поводу наличия у вас двух или трех форм, вот я отдельно посмеюсь.

Так, что-то я отвлеклась, а глазки-то у этого Полярного волчка какие масляные… Он бы еще, роняя слюну, начал шипеть «Моя прелесть» – и полное совпадение с небезизвестным книжно-киношным персонажем. Мерзость же, ну. Не отвлекаемся, работаем, Мелли, работаем.

– Мелисса из рода Пепельной Кошки.

И взгляд с вызовом. Ты хоть и высший, а мне плевать. Я как-нибудь поклонниками из своих, из кошачьих обойдусь. И вообще от тебя псиной воняет.

– Я прошу Вас подарить мне этот танец.

А руку не отпускает. Видимо, предполагается, что это уже его собственность, не иначе. Вот же наглая морда.

– Прошу извинить, но я уже обещала этот танец другому кавалеру.

Еле отняла конечность, что за манеры у некоторых. А с Рафанджи мы прошлись в вальсе. Хороший партнер, ведет ровно и уверенно, лапать не пытается. В процессе танца он успел рассказать о таких местах, как «поющее» озеро, лавовая гора и лавангровые плантации. Я призналась, что ничего из этого увидеть не успела, была рано отправлена родителями в пансион.

– А почему они не хотели растить вас здесь?

– А Вы сами точно хотите прожить здесь свою жизнь? Планета, между нами говоря, достаточно захолустная, жизнь скучная, возможности минимальные. Что Вас, например, здесь держит?

– Семья. Служба.

– Жена и пятеро котят? Ранчо?

– Матушка, три сестры и четверо братьев. И двое племянников. И командование парашютно-десантным батальоном.

– Рафанджи, про то, что Вас здесь держит долг, я уже поняла. Но Вы не ответили на мой первый вопрос: точно ли Вы хотите прожить здесь свою жизнь?

– Я никогда об этом не задумывался.

А может, и напрасно. Так, музыка кончилась, пора сменить тему.

– А что это за деятель меня пытался пригласить?

– А, Лар… Он из высших волков. Неприятный тип.

– Да уж, я заметила. Оп-па, к нам идет. Скажите, а если я нахально попрошу Вас спасти меня от него и протанцевать со мной следующий танец, Вы не будете сильно скандализированы?

– Почту за честь!

С Рафанджи мы протанцевали еще три танца. А потом с одним из его братьев. А потом опять с ним же, старательно не давая возможности Ларвану меня пригласить. И в конце концов просто сбежали от этой мускусной атмосферы. Оказывается, за отелем разбит вполне симпатичный парк и Раф, как он попросил себя называть, знает наизусть названия всех местных цветущих кустарников, без малейших затруднений выговаривая вейлегия, махманзия, курдашлинсия и даже цинфирталия.

– И откуда такие познания?

– Мама с сестрами разведением цветов увлекаются, так что мы всей семьей выучили названия.

Вечер закончился проводами в отель и договоренностью встретиться завтра. Расписание второго дня начиналось с раннего утра и назначало общую встречу на поле для бега. Форма внешности – животная, форма одежды – ее отсутствие. А хорошо размяться в кошачьей ипостаси, пробежавшись по траве! Когда я нарезала семь кругов и уже отдыхала, послышалось:

– Мелисса, привет!

О, Рафанджи. Ух, ты, практически манул! Ну, с поправкой на более крупные размеры. Такой невероятно пушный серо-рыжий меховой медвежий котик. Эх, запустить бы руки в шерсть и потискать, потискать. Идиллию прервало появление светлых волков. Ларван со товарищи весьма настоятельно пытался склонить меня к прогулке с ним, плохо понимая слово «нет». Даже начал намекать на некое насильственное решение вопроса. Если бы не появился распорядитель из Горных волков, я бы точно вышла из себя и подрала мерзавцу морду.

– Скажите, Ульфин из клана Горных, почему Ларван считает возможным так неприятно свободно себя со мной вести? Я, что, какой-то повод дала? Или это некий стандарт поведения?

– Скорее, второе. За этого «золотого» мальчика перегрызлись чуть не все наши волчицы на выданье, вот и привык, что ему никто не откажет.

– А нельзя как-то довести до его сведения, что меня он не интересует?

– Все равно не поверит.

– И что, мне придется терпеть его малоприятные приставания?

– Строго говоря, он пока ничего предосудительного не делает. Но… я Вам очень рекомендую не оставаться наедине с ним и его прихвостнями. Ходили слухи… впрочем, неважно. Через три дня начнутся дни протокольных подписаний брачных соглашений, и Вы с легкой душой отсюда уедете. И забудете этого малоприятного молодого человека. А до тех пор…

– А до тех пор я побуду кавалером Мелиссы и постараюсь оградить ее от нежелательных контактов.

– Это хорошая идея. Кстати, я по вашей просьбе постарался навести справки о судьбе Вашей старшей сестры – Маргиссы из рода Пепельной Кошки, и ничего не обнаружил. Вот уже больше четырех лет о ней ни слуху, ни духу, не считая сплетен пятилетней давности о том, что она собиралась замуж за инопланетника. Но больше ничего. Если появится что-то новое, я Вам немедленно сообщу.

– Благодарю Вас.

Раф показал мне окрестности Ультана и мы в кошачьем обличье вместе пробежались вдоль мелкой речушки, по берегам которой росли смешные растения-метелки, с которых если чуть задеть веером обсыпалась белая пыльца, так что через несколько минут мы напоминали белых котов. А вечером после концерта, который мы посетили вдвоем, он повторил предложение показать достопримечательности Шарванша. И я согласилась.

Третий день пребывания ознаменовался осмотром лавовой горы (вот уж, действительно «лунный пейзаж»), четвертый – поездкой на цветущую лавангровую плантацию, когда очень пригодился мой арендованный глайдер. Что-то я непозволительно расслабилась, пришлось признаться мне самой себе. Вместо того, чтоб