Касэлона. Особенный рейс (СИ) - Гриб Елена Григорьевна

Двое молчаливых обладателей внушительных значков казенного образца дружно прослушали писк наушников и так же дружно спрятали удостоверения во внутренние карманы черных костюмов.

— Счастливого пути, Райс, — изволил бросить на прощанье один из них.

И Сэм остался стоять перед «Касэлоной», чувствуя себя обиженным ребенком.

Как это называется, а? Пришли, помахали документами, попугали техникой… Он аж обрадовался: вообразил, что «зайчиха» Леви Стар обнаружится до отлета. А в ответ: «Извини, мужик, ошибка вышла. Нас послали проверить твоего соседа — транспортник с липовыми номерами».

«Нет в этой жизни справедливости», — Райс в тысячный раз проверил часы.

— «Зара», начинай подготовку ко взлету. — Он преодолел шлюз и задержался в кают-компании, неприязненно глядя на прятавшийся за диваном чемодан на колесиках. — И транслируй на весь корабль, что если чертова Леви даст о себе знать, так и быть, я довезу ее до ближайшей обитаемой системы.

— Сразу надо было это сказать, а не пугать девушку открытым космосом.

В первый миг Сэму показалось, что «Зара» обрела разум и смеет ему указывать. Потом он сфокусировал взгляд на копне светлых, наверняка крашенных волос, и понял: его действительно поучает искусственный интеллект — к сожалению, не скрытый в проводах и приборах, а запихнутый в бионоситель.

Долго злиться по одному поводу Райс не умел, однако киборги, андроиды, муляжи, голограммы и прочая муть, которую по незнанию или же с пьяных глаз можно принять за человека, действовали на него как красная тряпка на быка, и никогда не теряли актуальность.

— Сана, крошка, — он оглянулся и с удовлетворением отметил, что других пассажиров не наблюдается — наверняка в преддверии взлета пристегнулись к койкам в каютах, как и предписывали инструкции, — назови-ка свой идентификационный кэй-номер и… Какого черта ты делала в машинном отделении?! — Сэм заметил на уродской одежде киборга следы масла и пыли.

— Согласно судовому уставу, техник обязан следить за состоянием двигателей.

— Техник?! Ты же…

— По документам я — Алесана Лютик, штатный техник пассажирского судна класса Эль, зарегистрированного в системе Ариппы как «Касэлона», ном…

— Не смей шляться по моему кораблю без разрешения!

— Это приказ капитана или ты просто психуешь?

Ему пришло в голову, что он до сих пор ни разу не слышал ее приятный мелодичный голос, словно созданный для того, чтобы выводить из себя. При незабвенном «приеме» на работу болтал Никал, Алесана же и рта не открывала. Краснела, бледнела, смотрела в пол… Не «тыкала», не дерзила, не усмехалась краешками губ в ответ на едва сдерживаемую ярость собеседника.

— Ты — не она, — это открытие настолько поразило Райса, что он заговорил почти спокойно. — Алесана существует, но это не ты! Девушка, которую приводил Никал, была настоящей, а ты… Мерзкая подделка! И я идиот, раз принял вас за одного человека.

Сана насмешливо фыркнула, не высказывая ни намека на обиду.

— Самокритичность — это хорошо, но попрошу без оскорблений, капитан. Я к ним привыкла, а других они могут шокировать и настроить против тебя. И не придумывай небылиц. Мой дядя честно рассказал тебе, кто я и почему хочу забыть Оникс навеки. Правда, кое о чем он умолчал.

— О том, что ты — киборг? Что Алесана Лютик официально засветилась в космопорту и тайком отправилась в безопасное место, а ты — отвлекающий маневр для людей Джедилэя Сина? Догадаться нетрудно.

— Что из-за кошмарного детства у меня развилось раздвоение личности. Что рядом с хамами правильная тихоня Алесана прячется в свою скорлупу и появляется Сана. И что от Саны ты не дождешься уважения до тех пор, пока не начнешь проявлять его сам.

— Какая чушь!

— Справку показать? — Она откровенно издевалась. — Выбор за тобой, капитан. Либо ты ведешь себя как нормальный человек и имеешь дело с милой пугливой Алесаной, либо терпишь меня. Сколько там в договоре? Шесть месяцев?

— Один рейс. И закончится он через неделю.

— Сочувствую. Надо просматривать документы прежде, чем ставить подпись. Я твоя, капитан, на целых полгода. Надоем — ты всегда можешь перестать быть сволочью и вернуть Алесану.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

На большом экране кают-компании вспыхнула предупреждающая надпись, затем бортовой компьютер сообщил, что система готова к старту.

— Хочешь убедить меня, что ты не киборг? Слушай приказ хозяина. Назови свой кэй-номер.

— Альфа-три-семь-омега-девять-шесть.

Сэм не сумел спрятать торжествующую ухмылку, Сана же рассмеялась вслух.

— Ты забавный, — сообщила, вытирая выступившие от веселья слезы. — Этот номер звучал во всех новостях. Счастливчик Эл, киборг со «Звезды любви». Никогда не слышал? Ну да, тебе неинтересен Оникс. Альфа-три-семь-омега-девять-шесть принадлежал профессору Илиасу Метту и погиб, спасая этого самого профессора. Его даже похоронили по-настоящему. Киборга, не Метта. Так что хватит уже обзываться.

«Зара» педантично напомнила, что до пятнадцать ноль-ноль осталось десять минут, и Сэм наконец-то определился, как вести себя с «техникодоктором».

— Убери это куда-нибудь, хоть в утилизатор. — Он ткнул ногой чемодан Леви, что сиротливо валялся в тени дивана. — В рейсе будешь драить полы и убирать каюты. Говоришь, ты не киборг? А повтори-ка кэй-номер, а?

— Альфа-три-семь-омега-девять-шесть. Господи, да ты же совсем с катушек съехал, капитан! Не видишь, что я забавляюсь?

— Вижу твои глаза. Мне хватает этого. — Райс, не оглядываясь, зашагал к рубке. — Документы подделать можно, глаза — нет.

— И что с ними не так? — услышал безразличное.

— Они пустые. Ты — пустышка.

Переступая порог, он подумал, что никогда не говорил такого даже той бездушной твари, что отняла семью. Но эта мразь еще хуже. Она почти убедила его в своей реальности.

С другой стороны, Сэм ведь не приказал ей залезть в утилизатор и закрыть за собой дверку. Все-таки прогресс был налицо.

* * *

Оникс-6 превратился в большое желто-бурое пятно, окутанное сероватым туманом. Никакого эстетического удовольствия в его созерцании Райс не находил, однако отпрыскам Волка вздумалось полюбоваться на отдалявшуюся родную планету и причин им отказать не нашлось.

Они неотрывно смотрели на экран, куда «Зара» транслировала изображение с внешних камер. На их лицах застыло одинаковое выражение вселенской тоски и плохо скрываемой грусти. Зеленоволосая оторва украдкой вытирала глаза, ее вредный братец натужно покашливал, маскируя шмыганье носом.

На пару мгновений Сэм им даже позавидовал. Сам он давно и навеки потерял способность к сантиментам. Ариппа стала для него олицетворением беспросветности и горя, другие планеты были всего лишь точками маршрута. «Касэлона» — вот единственный дом, который он ценил. А все остальное… Где-то обстоятельства складывались лучше, где-то — хуже, но по большому счету это не имело значения.

Оставив Миру и Мика упиваться горечью расставания с родными пенатами, Райс повернулся к их отцу, оккупировавшему главное кресло рубки. Кресло пилота. То, в котором за последние три года не сидела ни одна чужая задница.

Глядеть на это было не то чтобы неприятно… Скорее, странно. Как-будто поселил гостя в собственной спальне, а потом начал ревновать к своей кровати.

— Водили раньше «маршрутки», Аристэй?

— Только патрульные корабли. Они тоже небольшие, управление почти не отличается. Волнуетесь?

Сэм отрицательно качнул головой.

— Не из-за вас. Оникс-6 позади, через неделю прибудем на Оникс-10, а там пара дней — и эта система забудется, как страшный сон.

Волк отвернулся от приборов и смерил собеседника внимательным взглядом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Зря вы так. У нас есть чем гордиться.

— Например, межгалактической тюрьмой на Ониксе-3? — бросил шпильку Райс.

— Исследовательский центр на Ониксе-2, фермы лайсов на Ониксе-7, галанитовые шахты на Ониксе-8… И Оникс-12, конечно же. Заповедная планета с условиями, близкими к земным. Когда-то я обещал Мире и Мику, что свожу их туда на экскурсию.