Расселл Джонс - Выше головы!

— А как там Фьюр и Тьюр? — спросил я, наклонившись в сторону Брайна.

Мы шли, держать за руки, и я старался не шагать широко, чтобы они успевали. Всё-таки с непривычки было трудно попадать в ритм!

— Нормально, — ответил он. — Учатся.

— А кто придумал с той лив-фотографией, не знаешь? Мне очень понравилось!

— Правда? — Юки крепче сжала мою ладонь. — Я очень волновалась…

Я хотел спросить, кто снимал, но мы уже дошли. Но не до моего блока. Потому что у меня пока не было своей комнаты. И не потому, что никуда не пускали — наоборот!

Для перемещения по станции Р-ДХ2-13405-1 взял обычную тележку для малых грузов. Места там было не много, но его блок и мой багаж вполне поместились. Чтобы предотвратить столкновение, вокруг тележки был выстроен ярко-жёлтый голографический конус — его-то я и заметил в первую очередь. А потом уже обратил внимания на людей, столпившихся вокруг.

Стояли они не просто так — мешали камиллу двинуться. А он, похоже, впервые попал в такую сложную ситуацию, так что предпочёл дождаться меня.

Блокировали его четверо мужчин и одна женщина. Или два инженера, энергетик, ремонтник и шахтёр, судя по цветам комбо. Спорили они так, что я вспомнил о Максе Рейнере и его «шуточке» с Юлианом Иманом. Тэферы тогда страшно разозлились! Вот здесь было почти то же самое. Только причиной был я. Стоило мне появился, они сразу же замолчали. Но я успел услышать достаточно, чтобы вникнуть в суть дискуссии.

— Я просил найти тебя подходящую комнату, — сказал я, повернувшись к тележке.

Людей я намеренно игнорировал — их вина, что у меня на пустом месте возникли совершенно ненужные проблемы! Дети продолжали держать меня за руки, с любопытством глядя на взрослых.

— И просил… полтора часа назад! Времени было достаточно, чтобы найти десять комнат!

— Я нашёл! Но меня не пустили… — начал объяснять камилл.

— Потому что Рэй должен жить у нас! — перебил его один из парней.

— Почему это у вас? — воскликнул другой.

— Так, так, минуточку, — вступилась женщина. — А чего это вы…

Я откашлялся, прекращая спор. Но он был готов вспыхнуть в любую минуту.

— Найди незаселённый блок, — сказал я, глядя на камилла. — Я буду жить там.

— В наличии имеются свободные комнаты. Не рекомендуется занимать незаселённые блоки, когда есть свободные комнаты, если только…

— ЛН и ОО, — отрезал я. — Извините, друзья, но я не хочу никого обижать!

— Ну, можно и так, — пожал плечами тот, кто первым заговорил со мной.

По взглядам, которые они бросали на Юки и Брайна, я понял, что если бы не дети, спор продолжился. Но проявлять агрессию в присутствии младшеклассников — последнее дело! Так что они разошлись, как будто ничего и не было.

— А что такое «ОО»? — спросил Брайн, пока мы шли следом за тележкой. — «ЛН» — это личная несовместимость, да?

— Точно. Молодец!

— Мы на психогигиене проходили, — объяснил он. — Но про ОО там ничего не было.

— Это значит «организационные обстоятельства». Это не психогигиена, а основы управления, оно у вас начнётся в старшей школе.

— А…

Незанятый блок нашёлся рядом. Вообще-то Р-ДХ2-13405-1 был прав: свободных комнат было очень много. В том районе, где проживали холостяки, их часто оставляли «про запас» для друзей, прибывающих в сектор или вообще на станцию. Достаточно было отправить запрос логосу, и он легко подбирал подходящие варианты.

«Личная несовместимость» была обычным объяснением для переезда. К «организационным обстоятельствам» часто прибегали командированные профэксперты или администраторы. Ещё был вариант «МП» — медицинские показатели для тех, кто страдал агорафобией. Для той ситуации, которая возникла в моём случае, точной аббревиатуры не было, ну, да ладно. «Всё равно я здесь на пару дней!»

— Неплохо, — тоном знатока оценил Брайн.

Внутренние стены блока, который наобум выбрал камилл, были оформлены под берёзовую кору, и оттого казались необычайно светлыми. Вообще здесь явно поработал дизайнер: то ли оттачивал стиль, то ли сдавал экзамен по мастерству. Я мог всё поменять… Но на самом деле мне очень нравилось!

Я пропустил Брайна и Юки впереди себя.

— Какую комнату выберешь? — просил он.

— Среднюю.

Мы вошли, и я тут же полез в тележку, даже не давая камиллу возможности распаковаться и занять соответствующее место под управляющей панелью.

— Сейчас…

Я дважды переворошил свой скромный скарб. Чашка, расчёска, ножницы для ногтей, пара интересных камешков, подобранных на планете, лив-фото, присланное Фьюром… «Неужели забыл?» Быть этого не могло — я точно помнил, как всё укладывал! Хорошо, что у меня была копия — тот самый подарок, который я привёз для Юки и Брайна. Так что я не стал отвлекаться на пропажу и беспокоить и без того взволнованных малышей.

— Вот, это вам, — я протянул Юки коробку, похожую на ту, в которой мне привезли подарок от Фьюра.

— А что там было? — спросил Брайн, пока Юки открывала контейнер. — В коридоре, когда мы шли…

— Не могли разобраться, куда меня селить, — улыбнулся я, присаживаясь на собранную постель. — Столкновение интересов — вы проходили такую штуку?

Он с серьёзным видом задумался, но тут Юки отвлекла его — точнее, сюрприз от Нортонсона отвлёк.

Лив-фото, присланное Фьюром (а он отправил на планету две штуки — мне и дяде), стало для бывшего лейтенанта вызовом. Или источником вдохновения — трудно решить наверняка. Он загорелся идеей делать такое же. И сделал, хоть для этого пришлось попотеть! Закончил, когда мы с Сикорой лежали в медблоке, впрочем, нас к тому времени он уже отснял.

Снимок получился, может быть, не такой выверенный, как в подарке Фьюра, но богатый. Фоном стал большой обзорный эмэтам, а за ним синее дневное небо в россыпи облаков. А на снимок поместился генерал Телжан, Рейнер, Бруни, Хойский и доктор Олберт — в общем, все, с кем Нортонсон работал или просто был хорошо знаком. Грета там тоже была. И я, конечно. В центре стоял сам Генрих с котятами: один сидел на плече, другой на голове, так что адресат снимка был очевиден: Юки.

Юки была необыкновенно счастлива — даже захотелось заснять её в этот момент: распахнутые сияющие глаза и приоткрытый рот. Просто эталон «счастливой девочки»!

— Прикольно, — сказал Брайн. — А Фьюру можно показать?

— Он уже получил такой же, — отозвался я. — Генрих отправил так. А вот вам попросил вручить лично.

— Спасибо! Спасибочки! — Юки подарила мне очередное жаркое объятье.

— Мне-то за что?

— За всё…

— Мы пойдем, у тебя, наверное, дело, — проницательный Брайн потянул сестру из комнаты. — Ты же скоро уезжаешь, да?